Будь моим происшествием (СИ) - Брежнева Маша

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Вит, хватит мечтать, давай завтракай, — Кирилл снова вырвал меня из мыслей, которыми в последнее время я была занята слишком часто.

— Кирюш, а вдруг кто-то из них не поступит в универ?

— Москвитина, ты неисправима! — когда он злился на меня, то всегда называл мою девичью фамилию. Сейчас он тоже был не в лучшем настроении — ему не нравилось, как я так сильно переживала за происходящее в школе. — Я ей про завтрак, она мне о работе. Давай ты попробуешь о своих будущих детях думать с таким же интересом?

— Есть будущие, а есть самые настоящие.

— Лин, не беси меня.

— А то что?

— Посажу на диету из моркови и брокколи.

Я изобразила самое отвратительное выражение лица, какое только могла. И решила действительно поменьше говорить о работе, чтобы не выводить Кирилла своими излишними переживаниями.

***

Сегодня мне предстояло пойти в школу, чтобы раздать классу, теперь уже своим выпускникам, их фотоальбомы. До выпускного альбомы сделать не успели, и решено было, что все ребята придут в один день, заодно увидятся ещё раз.

А я тоже хотела увидеть их. За два года я полюбила этих мальчиков и девочек, таких непохожих, с непростыми характерами и совершенно разными мечтами. Но мы многому научили друг друга. И я точно знала, что буду очень скучать.

Катя, Антон и Рита пришли вместе. А вот Жени с ними не было, что даже расстроило меня.

— Антон, а где Ковалевский? — спросила я у лучшего друга Жени.

Рита изобразила безучастное выражение лица, но я знала, что это обман. Два года я наблюдала за взрывной парочкой, обожала их всей душой. Они были такими настоящими, такими искренними в своей любви. Я знала, какие сильные для своего возраста чувства они испытывают друг к другу. Поэтому не могла понять, как Женя позволил себе совершить такую страшную ошибку, шагнув во взрослую жизнь без своей любимой девушки. Они расстались накануне выпускного, но я же видела, какими глазами продолжали смотреть друг на друга эти двое!

— Он поехал подавать документы на поступление, — ответил мне Рублюша. Наша местная рок-звезда в конце одиннадцатого класса не устоял все же перед чарами Кати. Вместе они смотрелись довольно мило, но было видно, что ничего серьезного от этих отношений ждать не стоило.

— Тогда ты заберёшь его альбом, чтобы передать? — предложила я Антону.

— Я хотел так сделать, но он сказал, чтобы я даже не думал. Он сам хотел прийти к вам, вы же завтра будете на работе?

— Да, буду.

— Тогда этот клиент завтра и явится.

Собственно, Антон был прав, и уже на следующий день в моем кабинете появился Ковалевский. Он выглядел уже совсем взрослым, причём казалось, будто события последних дней изменили его, заставили отбросить последние детские привычки и дурачества. И только непослушные кудряшки все ещё выдавали в нем того мальчишку, из образа которого он вырос за эти два года, что мы были знакомы.

— Как ты? — спросила я у Жени, когда он приземлился на свою любимую парту возле моего стола.

— Вчера весь день в коматозе каком-то. Брат съездил со мной, помог не заблудиться в универе, он ведь там же учился. Я отдал туда оригинал аттестата, сказали, шансы пройти на бюджет у меня высокие.

— Я рада за тебя, но это и так понятно. Морально ты как?

— Честно? — спросил он без тени своей фирменной улыбки.

— Ну конечно.

— Отвратительно. Это же пройдёт со временем, да?

Я не знала, что ему ответить. Боль в душе со временем проходит. А вот настоящая любовь может жить бесконечно долго. Я верила в это, надеясь, что наша с Кириллом любовь как раз такая. И смутно чувствовала, что история Риты и Жени тоже из этой пьесы.

— Ладно, я глупый вопрос задал, — сказал Ковалевский, облегчая мне муки ответа. — Скажите лучше, как у вас дела.

Я улыбнулась, думая, открыть ли ему секрет, о котором до сих пор знали всего несколько человек? Но решила, что Женька может быть одним из «посвящённых». И нет, не в рыцари.

— Жень, в конце года я стану мамой, — выдала я, улыбаясь от собственного счастья.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Правда? — он моментально изменился в лице и наконец-то улыбнулся. — Виталина Сергеевна, это так круто! Вы будете потрясной мамой, я уверен.

— Спасибо, я верю в это, но мне чуть-чуть страшно.

— Думаю, это нормально. А вы уже знаете, кто будет?

Я сказала ему, что ещё нет, но узнаю в ближайшее время.

— А назвать как хотите? — не унимался Женечка.

— Не поверишь. Это будет твой тезка. Ведь и для девочки, и для мальчика подходит. И мужу это имя нравится.

— Да лаааадно! Серьезно? Это так прикольно!

Я не сдерживала своих радостных эмоций, потому что ещё никогда в жизни не была счастлива, как в эти месяцы.

— Наверное, я побегу, — сказал Женя, убирая свой выпускной альбом в рюкзак. — Спасибо вам за все. В какой-то момент я начал думать, что вы мне как старшая сестра.

— И тебе спасибо, Жень. Вы все дали мне больше уроков, чем я вам. И речь именно о жизненных уроках. Но помнишь, что я говорила? Все ещё впереди!

— Прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко? — он улыбнулся на прощание, а я кивнула пару раз в ответ на его мысль.

С уходом этого класса из школы закончилась важная глава в моей жизни. Но прямо сейчас я готовилась писать новую. Где я буду уже не «классной мамой», а самой настоящей.

Хотя надеюсь, что самой классной на свете!

И пусть меня даже сажают на диету из брокколи и моркови. Ради маленького чуда я на все согласна. Потому что нет в этом мире ничего важнее любви.

Самое время позвонить Воскресенскому и сказать ему об этом.

Конец

*Фанфик-глава*

Проходит пять минут, как Женя вышел из моего кабинета. Телефон начинает звонить максимально неожиданно для меня. И в трубку не своим голосом кричит моя коллега, учитель начальной школы, работающая сейчас в школьном лагере с мелкими.

— Вита, там твой Женя сцепился с Владом из «А» класса! Возле гаражей. Я сама их успокоить не смогла!

Я выбегаю из кабинета быстрее, чем успеваю осознать ее слова. Лечу по лестнице, пока мысли судорожно путаются в голове. И вот я уже на школьном крыльце, сворачиваю налево, к гаражам, за которыми обычно курят старшеклассники на переменах.

Я не знаю, что случилось, но у меня нет другого выхода, я должна быть там. Я просто это чувствую.

Как только подхожу к нужному месту, вижу настоящий мужской мордобой. Женя и парень, выпустившийся из параллельного класса, машут кулаками не на шутку.

— Прекратите! — мой голос пронзает воздух, и Женя тут же поворачивается лицом ко мне. В эту секунду он пропускает удар, от которого моментально выступает кровь на нижней губе.

Женя замахивается в ответ, а мне так больно и противно смотреть на все это…

— Да хватит уже! — вновь кричу я. — Вы с ума сошли!

Приостановившись на мгновенье, они расходятся на метр и стоят, как коты перед дракой. Тяжело дышат и смотрят друг на друга ненавидящим взглядом. Не представляю, что стало причиной этих разборок. Но Влад, подумав несколько секунд, протягивает Ковалевскому руку.

— Ладно, Жек, я не прав. Прости.

Женя размышляет недолго и отвечает ему сухим рукопожатием. Тогда Влад, подхватив с земли свой рюкзак, кивает мне и быстро уходит.

Ковалевский вытирает разбитую губу и тыльной стороной ладони проходится по щеке, на которой красуется неплохой такой синяк.

— Что это было? — спрашиваю я, пока Женя приходит в себя. За те два года, что я его знаю, он никогда не был замечен в драках. Да, он был далеко не пай-мальчиком, но до такого дело никогда не доходило.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Курить вредно, — с ухмылкой отвечает мне парень.

— Чего?

— Вредно курить, говорю, — Женя подходит чуть ближе ко мне. — Сходил в школьную курилку, называется… Влад просто конченный дурак. Назвал меня мажором и сказал, что я без отца ничего не добьюсь. Ну и сцепились, короче.