Раздвоение соседки (СИ) - Филимонова Лина

- Анфиса в душе, - только и успела промямлить я.

И что мне теперь делать?

- Хочешь чаю? – спросила я.

И, не  дожидаясь ответа, поставила чайник на плиту. Я медленно заваривала чай, медленно доставала печеньки и выкладывала их в вазочку. Все это время я пыталась придумать какой-нибудь план. Но в голову не приходило ничего более оригинального, чем сообщить, что Анфиса не выйдет из ванной, пока он не уйдет.

Я поставила перед Гошей чашку и налила в нее чай. Зеленый. Он посмотрел на желтоватую жидкость и ничего не сказал.

- Я слышала, вы с Анфисой ходили в джазовый ресторан. Как все прошло? – спросила я.

Надо же как-то прервать затянувшееся молчание.

- Замечательно. Просто отлично.

Гоша отводит глаза. В чем дело? Он смущается, что ли? Знал бы он, что сейчас чувствую я. Желудок сжался в трясущийся комок, ноги подкашиваются, руки дрожат...

Я разлила чай, промахнулась мимо кружки.

- А как тебе удалось забронировать столик? – продолжила я деревянным голосом.

В нормальной ситуации я бы вообще не стала говорить об этом свидании, мне это неприятно. И странно. Я слишком живо помню наш невыносимо страстный поцелуй, который Гоша считает поцелуем с Анфисой.

Но сейчас никакие другие темы для разговора почему-то не приходят мне в голову. Я тяну время. Для чего? Что я буду делать дальше?

Оказывается, Гоша уже ответил на мой вопрос. Но я услышала только окончание его монолога:

- В общем, очень полезно иметь такого знакомого. Кстати, у меня тоже есть к тебе вопрос...

И снова отвел глаза. Через секунду я узнала причину его неловкости.

- Мы там встретили некоего Богдана. Не знаешь, кто это?

Ах, вот что его беспокоит!

- Понятия не имею, - пожала плечами я. – Я же тебе говорила, у нее миллион всяких Богданов.

- Прямо миллион...

- Тебя она тоже внесла в коллекцию? – не удержалась я. – Ты теперь тоже будешь бегать за ней, как верный пес?

- Не уверен насчет коллекции.

- Ну-ну.

- Все не так, как ты думаешь.

Конечно, не так! Ты влюбился в Анфису, а она влюбилась в тебя! И сейчас ты смотришь прямо на нее и не догадываешься об этом.

- Анфиса всегда принимает у тебя душ? – поинтересовался Гоша, после того как я подлила ему чая и добавила в вазочку печенек.

- Только когда прибегает взмыленная, как конь. Это она так сказала.

Гоша выпил целую чашку зеленого чая и даже не поморщился. Я подлила ему еще. И вышла из кухни, осторожно прикрыв за собой дверь. План созрел.

Я влетела в ванную и заперлась. Разделась, немного намочила волосы. Надела халат. На голове соорудила тюрбан из полотенца. С волнением в груди посмотрела в зеркало.

Это Ника! Никто ни за что не примет меня за Анфису!

А что я могу сделать? Выйти из душа с ярко-красными губами? Надеть туфли на шпильках? Можно было бы переодеться, но тогда придется снять полотенце с головы. А мои волосы в художественном волнистом беспорядке, выпрямить их я никак не успею. Прическа меня выдает! 

Придется положиться на слова Русалки, что люди невнимательны и доверчивы.

Гоша ожидает увидеть Анфису. И он ее увидит. Вот только сбегаю за очками...

Я вплыла на кухню, стараясь двигаться так, как я двигаюсь в образе своей стервозной сестры. Вошла, остановилась. Высокомерно взглянула на незваного гостя.

Оказывается, я перепутала очки! Надела мамины. И это хорошо - все расплывается, и мне не так страшно. Гоша не сможет пронзить меня взглядом.

Мой сосед поднялся со стула и остановился в метре от меня.

- Прекрасно выглядишь, - сообщил он.

Наверное, он смотрел на меня восхищенными и влюбленными глазами. Я бы хотела насладиться этим взглядом, но не могла – я его не очень четко видела.

- Такой ты мне нравишься даже больше, - заметил он.

- Да ну? – насмешливо произносит Анфиса. То есть я. Или все же она? В общем, кто-то из нас двоих.

- Могу я тебя пригласить... – начал Гоша.

- Нет, - сразу обрываю его я.

- Я даже не договорил!

- У меня другие планы.

- На сегодня?

- И на завтра.

- А на послезавтра?

- Я подумаю. 

- Мне показалось, мы неплохо провели время...

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Тебе показалось.

- Но тот поцелуй...

Я состроила крайне высокомерную рожу: надула губы, посмотрела в правый верхний угол и повела плечом. Типа, ах, поцелуй... какая мелочь. Бывали у меня поцелуи и получше.

- Не хочу тебя задерживать, - произнесла я, стоя перед ним со сложенными на груди руками.

- Ты меня выгоняешь? – удивился Гоша.

- Ну что ты. Просто не задерживаю.

Он шагнул ко мне. Я бросила в его сторону быстрый взгляд поверх очков. На его лице явственно отражалась досада. Он двинулся к двери. Проходя мимо меня, то есть мимо моей высокомерной стервозной сестренки, Гоша остановился. Нас разделяли какие-то сантиметры. Нет, уже миллиметры. Без каблуков я была ниже, мой взгляд упирался в его подбородок, поэтому мне пришлось задрать голову, чтобы самоуверенно сверлить его взглядом. Никто из нас не собирался отводить глаза.

Он слегка наклонился. Его губы приблизились к моим. Я каждой порой своей кожи ощущала его магнетический жар. Мои колени подкашивались, но я изо всех сил держала лицо, сохраняя насмешливое выражение. Еще немного – и меня начнет бить такая сильная дрожь, что он это заметит. Мои руки уже дрожат, я вся дрожу, но пока что мне удается это скрывать.

Я думала, он меня поцелует. Но он этого не сделал. Левый уголок его рта дрогнул в легкой усмешке, он отстранился и не спеша направился к выходу.

- Я тебе позвоню, - произнесли мои губы.

Зачем я это сказала? Я не собиралась, слова сами вырвались откуда-то из глубин моего бешено колотившегося сердца.

Дойдя до входной двери и открыв ее, Гоша остановился, обернулся, посмотрел на меня взглядом победителя и произнес:

- Буду с нетерпением ждать.

Глава 13. Взволнованный Гоша и вероломная Мила

Анфиса так и не позвонила Гоше. Просто не захотела. Или решила его помучить. Я не знаю. Эта моя сумасбродная сестра... невозможно, понять, что творится у нее в голове.

Зато я позвонила Богдану. Надо держать обещание.

- Ника, - обрадовался он. – А я уж думал, ты меня кинула...

- Нет, - сказала я.

- Я весь извелся от любопытства. Что такое ты творишь?

Никаких предисловий, сразу главные вопросы.

- Э-э... Ну... в общем... А мне обязательно отвечать?

- Все добровольно, - отозвался Богдан. – Но что-то я за тебя переживаю.

- Я сама за себя переживаю.

- Так почему этот перец думает, что тебя зовут Анфиса?

- Он ошибся. А я не стала поправлять.

А что, это правда. Не вся, конечно. Но я ни капли не вру!

- А теперь уже вроде как неловко, - закончила я.

- Понял. Но это странно, - отреагировал Богдан.

Еще бы, не странно. Это вообще тихий ужас!  

- Я знаю. Может, лучше поговорим о тебе?

- Обо мне? – Богдан удивился. – Я скучный. А вот ты... Слушай, когда я увидел тебя в этом платье, я просто выпал в осадок.

- Серьезно?

Я хихикнула. Комплименты всегда приятны.

- Правда, сначала я сомневался, что это ты.

- А потом перестал?

- Ну, когда ты обернулась и посмотрела на меня своими испуганными оленьими глазами... Перестал, да.

- Оленьими?

Что это еще за эпитеты для моих глаз?

- Как у Бэмби. Знаешь такого?

- Знаю, - я невольно улыбнулась.

- Тогда, на дороге, ты тоже была испугана, - огорошил меня Богдан.

- Ну, конечно. Я боялась, что у меня колесо лопнуло.

- А мне показалось, что ты немного боялась меня.

- Разве что совсем каплю.

Не то чтобы я его боялась... Просто я всегда чувствую себя немного неуверенно с незнакомыми людьми. Особенно с мужчинами. Особенно, если у них бандитская внешность, а мы одни на дороге.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Я не страшный, - заверил меня Богдан.

- Да я знаю!

- Хорошо.