Замуж за первого встречного или невеста с сюрпризом (СИ) - Стасина Евгения

-Шагай. И вот, - Гриша дверь открывает, чтоб я ручки не касалась, и собственноручно ключ поворачивает. - Ну ты копуша, Стефания. Знал бы, раньше собраться заставил.

Только результат был бы тот же.

Глава двадцать первая

Стеша

Вот только не спрашивайте, чего я ждала. Да чего угодно! Тамаду с дурацкой бабочкой на шее, конкурсы примитивные, реки спиртного и коллективные завывания под песни Аллегровой. Даже мысль о танцах допускала, ведь сосисочный магнат - тоже человек. Просто обязан уметь веселиться, иначе к чему ему золотые слитки в сейфе?

А тут такое! Стол на резных ножках, даже представить боюсь, сколько метров в длину, живые цветы в изящных вазах по центру и человек сорок молча приборами о дорогой фарфор звенят. Жуют, не чавкая, да изредка крохотную порцию утиного мяса вином запивают. Интересно, коллекционным? Я человек, конечно, своеобразный, но продегустировать элитный алкоголь не откажусь. Когда ещё доведется? А то ведь столько шуму вокруг этих бутылок с пятизначными ценниками!

-Отец, - Гриша манерно кивает, выпускает мою холодную ладошку и без должного пыла старика к себе прижимает. А он и правда старик, лет на семьдесят выглядит, не меньше. Волосы пепельного цвета, кожа морщинистая, и взгляд умудренный. Он как раз им сына своего сверлит, недовольно брови на переносице сведя.

-Что, без опозданий никак? - ни цветы не берет, ни узкую синюю ленточку с миниатюрной подарочной коробочки не стягивает. Неужели неинтересно, что там? Я вот у мужа спросить постеснялась, но вариантов подобрала несколько: часы, печатка, браслет, например. Олигархи ведь побрякушки любят? Если и не носить, то хотя бы шкатулку ими забивать.

-Машина барахлит.

-Ещё бы! Ездишь на консервной банке! Отца родного позоришь!

Вон оно как! У Гриши, вообще-то, БМВ… Не Логан какой-нибудь или Девятка убитая…

-Жену-то хоть представь. Или немая она у тебя?

Жутко мне. Ведь свёкор даже Борькину мать переплюнул - та жалила только словом, а этот даже глазами свои серыми отметины на моём теле оставляет. Сверху вниз на меня глядит, и чем ниже взором дорожку прокладывает, тем сильнее кровь в моих жилах леденеет! Нужно в руки себя взять…

-Конечно, - супруг у меня вон какой спокойный. Если бы мне стоило чего-то опасаться, наверняка бы предупредил. - Стефания. Для родных просто Стеша. А это отец мой, - руку мою участливо пожимает, а вторую на талии устраивает. - Юрий Викторович.

-Очень приятно.

-Я вижу, - именинник кивает безразлично, а стоит мне краской залиться, сменяет гнев на милость. - Чтоб при мне никаких Стеш. По-деревенски как-то.

Целует меня в щеку, а я и не знаю, что делать должна. В ответ чмокнуть? Засмеяться? Или достаточно улыбнуться?

-В обморок хоть не грохнись, - выход мне свёкор на ухо подсказывает. - И обними, что ли! Люди смотрят!

Так и делаю. Робко по плечу пенсионера хлопаю и голосом больше похожим на писк, выдаю:

-Поздравляю.

Здоровья, денег и счастья желать сил нет. Язык онемел, а колени так трясутся, что по атласной юбке еле заметная рябь идёт.

-Спасибо, дочка. Ну что ж, с официальной частью покончено, можете за стол садиться. Правда, закуски вы уже пропустили, но к горячему успели. Галя!

Я жду, что из одной из дверей выплывет миловидная старушка в накрахмаленном переднике и поспешит приказы хозяина выполнять, а вместо этого слышу лишь скрип отодвигаемого стула.

-Галина Лаврентьевна, Юра! И побольше нежности в голосе. Я тебе не заводская работница и в горничные не нанималась. Гришка, что-то ты поплохел. Пиво хлещешь? Брюхо вон появляется! - итак: ни формы, ни белого чепца на этой дамочке нет. Впрочем, как и брюха у моего спутника. Платье вечернее, дорогое, стразами переливающееся, огромная брошь в виде навозной мухи на пышной груди и ярко-красные туфли на высокой шпильке. Ещё и абсолютное отсутствие такта налицо: на неё гости пялятся во все глаза, виновник торжества пар из ноздрей выпускает, а она моего муженька за бок щипает.

-В зал тебе надо. И давай сюда веник этот. Я сегодня за цветы ответственная, - розы забирает у Полонского и, понизив голос, говорит:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

-У меня завтра семинар. Новую группу набрала, первое занятие будет. Я у папашки твоего все букетики конфискую. Все равно выбросит, а мне плевать, чем зал украшать.

-Ты, как всегда, Галь, - чего это Гриша её в висок целует? Вы не подумайте, не ревную я вовсе, да и явно же, что для любовницы она старовата, но я ведь жена. Должна права заявлять!

-Стеш, это тётка моя… - слышу и успокаиваюсь. А то, если быть честной, по части ревности я полный ноль. Потому и не заметила, как Зайцева из-под носа у меня увели.

-Галина Ларионова. Гуру в вопросах счастливой семейной жизни! - женщина супруга моего перебивает и по-свойски меня за щеку треплет. Чего они все, сговорились? Я теперь есть не смогу, пока прикосновения незнакомцев с кожи не сведу. Хотя бы влажной салфеткой!

-Очень приятно, - рассеянно отзываюсь и судорожно пытаюсь вспомнить: я антибактериальный гель в сумочку бросила?

-А мне-то как! Гришка, давай-ка на моё место садись. Я хоть с женой твоей посплетничаю. Ты ведь не против?

Куда уж там? На этом странном безмолвном банкете без труда можно шум пропеллера в её заднице расслышать. Откажусь, все равно достанет! Потому и следую покорно на другой конец стола, тоскливо на приступившего к трапезе Гришу глянув. С ним мне бы комфортней было...

-Не возражаешь, если я буду тебя Стефой звать? А то старый прав, Стеша совсем уж по-простому.

-Конечно.

Можно подумать, Галя истинно аристократическое имя! Ну и нравы у этих чванливых статуй, способных только украдкой посматривать, да деликатесы жевать.

-Так вот, Стефа. Я только сегодня о вашем браке узнала! И в честь такого события даже одно место в своей группе для тебя припасла!

-Зачем? - от неожиданности роняю крохотный тюбик с антисептиком, что незаметно под столом из клатча вынула, а родственнице моей новоиспеченной хоть бы что! Лыбится, жутко дорогое шампанское хлебает и заговорщицки шепчет:

-За хлебом. Ты Гришку нашего ещё плохо знаешь. То, что он тебя в загс отвел, конечно, о многом говорит, но расслабляться не стоит. Или ты не планируешь с ним до конца своих дней прожить?

Планирую! Уже сутки, как… Только курсы-то тут при чем?

-Так вот, - в ответ на мой кивок, Галя и мой бокал наполняет. - Послушать меня лишним не будет. Все эти бракоразводные процессы, страсть как утомляют. Уж поверь мне, я трижды замужем была!

-То есть? Вы же гуру…

-Это теперь, когда шишки набила. А раньше, как ты, во всю эту ерунду не верила. А ведь и в моей молодости подобные курсы были. Ты утку-то ешь. Кстати, это тебе мой первый урок - мужчины тощих баб не любят. Плоским должен быть только живот, а все остальное должно глаз изгибами притягивать. Так что жуй, и визитку мою не забудь, там и адрес и время занятий написано.

Ну и командирша! Можно подумать от мяса у меня что-то вырастет! Я им с детства не брезгую, и что? Где результат?

Но Галя так зыркает на меня, что грех ослушаться. Вилку в руки беру и только сейчас замечаю, что приборов рядом с моей тарелкой тьма- тьмущая! Я хоть ту схватила? Кошу взгляд вбок, на пухлого мужичка, что наверняка уже не первую порцию уминает, и незаметно для присутствующих приборы меняю. Вроде верно все… Ну и Гриша! Хоть бы додумался предупредить: у мамы в столовой интеллигенты не обедают! Откуда мне знать что к чему?

-И, кстати, почему Гриша нас раньше не познакомил? Обычно, он секретов от меня не держит.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А я почем знаю?

-Сглазить боялся, - с опаской на утиную ножку гляжу, и слова Полонского цитирую. Он ведь, кажется, так с моей мамой объяснялся?

-Я не сразу на контакт пошла. Ему пришлось за мной побегать.

-Побегать? - уж слишком громко собеседница моя удивляется, за что и извиняется перед присутствующими. А я и бровью не веду, хоть мужнин взгляд на себе чувствую. - Гришке нашему? Вот так новость! Он ведь никогда ни за кем не бегал…