Ты Для Меня (СИ) - Гринвэлл Ольга

Когда я вышла в гостиную, стол уже был накрыт. Для человека, который испытывал определенные трудности при приготовлении супа это было весьма удивительно. Никита, к тому же, успел переодеться. Теперь на мужчине были голубые льняные брюки и белая футболка, так удачно подчеркивающая его загар.

Услышав мои шаги, Никита обернулся. Что-то такое мелькнуло в его глазах, отчего у меня на миг замерло сердце. Я тут же одернула себя. «Ну что ты, Эвелина, ещё не хватало влюбиться в этого мужика!». И тут же поймала себя на мысли, что вдруг я уже опоздала с предупреждениями. Не на шутку испугалась.

— Ты чего разрумянилась? У тебя точно нет температуры?

Ничего не ответив, я села за стол.

— А ты что-нибудь ела сегодня? — спросил он.

— Конечно. Утром съела бутерброд, а днем наш суп. С голода я бы точно здесь не умерла. Так что...

Никита вопросительно глянул на меня.

— Мог бы не ехать в такую даль, — продолжила я.

— А может я хотел приехать? — тихо произнёс он. Наши глаза встретились.

Хмыкнув, я взяла большую ложку и стала накладывать рис в свою тарелку. В груди бешено билось сердце.

Повисла напряженная тишина.

— Мне надо поговорить с тобой по поводу этой аварии.

Я еле сдержала вздох облегчения. В голове просто какой то хаос. Мне хотелось внимания Никиты, а с другой стороны я жутко этого боялась. Не к чему мне это. Не к чему.

 Мы некоторое время молча ели. Затем Никита разлил вино по бокалам.

— Вель, коли у нас выдался такой вечер, я предлагаю расслабиться и  получить хоть какое-то удовольствие от совместного ужина. Я понимаю, что ты наверное предпочла бы другую компанию и, может, другую еду, но сейчас у нас нет выбора.

Я натянуто улыбнулась, поднесла бокал к губам.

— Извини, я даже не спросил, любишь ли ты красное вино или нет.

— Люблю.

Никита неотрывно смотрел на мои губы.

— Расскажи мне о себе.

— Что ты хочешь услышать, Никит? Ты и так уже все про меня знаешь. Я «мажорка», папина дочка и купаюсь в шоколаде.

— Я не хотел обидеть тебя. Прости.

Никита взял меня за руку, слегка сжал пальцы.

— Расскажи мне про своих родителей.

— Родители? У меня только папа. Он меня воспитывал с глубокого детства. Я его обожаю. Мой папа самый самый лучший на земле.

— А мама?

Я поморщилась. Ненавижу отвечать на этот вопрос. Когда я говорила о своей матери, то ее образ вставал перед моими глазами. А я не хотела этого. Мне навсегда хотелось вычеркнуть воспоминания об этой женщине из своей памяти. И из сердца.

— Она бросила нас, — я сделала большой глоток, поперхнулась. — Мне кажется, что отец очень переживал. Отправил меня во Францию. На несколько лет. У нас там дом. Ну а потом... потом он встретил Лидию.

— Кто такая Лидия? — Никита внимательно слушал. Казалось, что его на самом деле интересует моя жизнь. Я вздохнула.

— Моя будущая мачеха. У них свадьба в следующем месяце.

— Я кажется видел ее тогда в больнице. Мне показалось, что у вас довольно-таки натянутые отношения.

— Ты прав. Я ненавижу ее. А она меня. Хочет избавится от меня любой ценой. Мой папа все равно меня любит больше, чем ее.

— Но если твой отец тебя так любит, то почему же не хочет помочь тебе в ситуации с аварией?

Я только пожала плечами. Мне и самой это было не понятно. И очень обидно. Почувствовала, как в горле встал ком горечи.

Никита тем временем налил нам ещё вина.

— Да уж. Я думаю, твой отец просто хочет, чтобы ты подчинялась его указаниям, была послушной дочерью. Для него ты по-прежнему маленькая девочка.

— Но это смешно! Он просто спит и видит, чтобы я выгодно вышла замуж. Мой отец — бизнесмен. В голове у него одни деньги. Думает, что счастье дочери тоже в деньгах.

Стараясь сдержать эмоции, я быстро выпила содержимое бокала.

Поймала на себе взгляд серых глаз. Наверное это все-таки действие вина, потому что я внезапно поняла, что  мне становится комфортно сидеть напротив этого мужчины и говорить о себе.  

Глава 27. НИКИТА.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Черт побери! Как же оказывается сложно сидеть напротив женщины, есть, говорить о чём-то, непринужденно смеяться, когда на самом деле просто хочется смять ее в своих объятиях и впиться губами в ее рот. Каждый раз, когда Эвелина отпивала из бокала вино, я не мог оторвать взгляда от этих сладостных губ. По детски пухлые, яркие — они напоминали мне спелую малину.

Сразу возникло напряжение, едва мы сели за стол. Потребовалось какое-то время, чтобы девушка начала чувствовать себя более раскованно и непринужденно. Наш разговор зашёл об ее семье, родителях, подругах. Эвелина наконец-то стала смеяться. Может быть, это  действие вина? Словно отвечая на мои мысли, девушка ойкнула. Прикрыла ладошкой рот.

— Совсем забыла! Мне же нельзя спиртное. Я принимаю антибиотики.

— От двух бокалов ничего страшного не случится, — сказал, накрывая ее ладонь своей. — Но это хорошо, что ты вспомнила, а то я как раз собирался открыть ещё одну бутылку.

— Никит, но тебе же завтра на работу, — с укором посмотрела на меня.

— Не с утра.

Я уже представил как мы завтракаем вдвоём, пьём кофе. Вздохнул, прикрывая рукой глаза.

— Ты наверное устал? — она расценила мой жест по-своему. Я отрицательно покачал головой.

— Нет. Наоборот. Сейчас я как раз то отдыхаю. Знаешь, Вель, я рад, что приехал. И что мы сейчас здесь сидим. Вдвоём.

Встав из-за стола,  подошел к музыкальному центру, нажал кнопку.

— Какую музыку ты любишь?

Эвелина пожала плечами.

— Разную.

— А я люблю джаз. Он меня здорово расслабляет. Часто после работы сижу в темноте и слушаю.  Комната словно наполняется звуками саксофона. Жаль, что  не умею играть на этом инструменте, — я включил одну из композиций Андреа Манзони. — Сам же осилил только фортепиано.

Девушка хихикнула.

— И я тоже. Родители мучили все детство.

— Ну так может как-нибудь сыграем в четыре руки?

Эвелина склонила голову.

— Может быть...

Подойдя к девушке, я взял её за руку.

— Давай танцевать.

Она недоверчиво посмотрела на меня. Куча эмоций сменились у неё на лице. Эвелина встала. Пожала плечами.

Я положил руки на ее талию, едва прикасаясь. Теперь лицо Эвелины было напротив моего и я видел глаза девушки совсем близко. Большие, такие синие, словно горные озера. Губы. В предельной доступности.

Ее тёплая ладонь на моей груди. Может быть она чувствует как громко и неспокойно бьется мое сердце.

Я вспомнил тот вечер, когда впервые увидел эту девушку. Совсем ничего не знал о ней тогда.  С тех пор столько произошло событий, невольно объединяющих нас, но Эвелина по-прежнему была для меня загадкой. Было чувство, что за слегка снисходительной и ироничной личиной скрывается совершенно другая девушка.

Мы медленно двигались в танце. Эвелина расслабилась от звуков музыки, положила голову на мое плечо. Я вдыхал аромат ее волос и от этого чувствовал лёгкое головокружение. Давненько не ощущал себя  как робкий студент на дискотеке. Просто знал, что стоило мне позволить вольность по отношению к этой девушке, и я бы уже не смог удержать себя в узде.

Последние аккорды. Я отпускаю ее и она стоит напротив. Не мигая смотрит мне в глаза.

— Спасибо, — даже не слышал, прочитал по губам.

Прерывисто вздохнув, провёл рукой по волосам Эвелины.

— Замечательный вечер, — легко прикоснулся губами к её лбу. Такой невинный поцелуй.

— Я устала, Никит. Наверное уже поздно...

Судорожно бросилась собирать тарелки со стола.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я сам, — остановил ее. — Иди. Спокойной ночи.

Отвернулся. Очень сложно позволить ей уйти. Эти чертовы принципы. Клиентка. А не плюнуть ли на все?

Услышал за спиной звук захлопнувшейся двери.

Выдохнул. То ли с облегчением, то ли с разочарованием.