Джоу Росс - Любовная паутина

С каждой минутой положение становилось все хуже.

– Нет, – едва слышно, одними губами пролепетала она. – Я хочу, Митч, правда, но...

– Ты боишься последствий, душа моя...

– Нет. – Что с ней происходит? Ведь ее не назовешь неопытной. Она принимала противозачаточные таблетки еще с младшего курса колледжа. Так почему же ведет себя будто паникующая девственница? – Тебе не надо, Митч, об этом беспокоиться.

Внезапный укол ревности озадачил Митча. Он не принадлежал к тем мужчинам, которые видят в нетронутой женщине вызов себе и завоевывают ее как военный трофей. Он всегда предпочитал женщин опытных, готовых разделить с ним легкую сексуальную связь. Без навешивания оков.

– Тогда в чем проблема? – Его руки бродили по ее телу, пальцы ласкали бедра, талию, груди.

Испустив глубокий судорожный вздох, она откинула голову назад и встретила его вопрошающий взгляд.

– Я боюсь, что не смогу тебе понравиться. Выражение его лица менялось у нее на глазах: сначала растерянность, недоверие и затем что-то такое теплое и нежное, от чего у нее перехватило дыхание.

– Почему бы тебе не положиться в этом на меня? – Обняв ладонями ее лицо, он поймал губами припухший рот и медленно, бережно опустил Эланну на землю. Все сомнения были отброшены, и у нее вылетел слабый, умиротворенный вздох.

Выказав терпение, какого Митч и не подозревал в себе, он упоительно долго ласкал ее только ртом. Его губы волновали, томили, услаждали, и Эланна поймала себя на том, что впервые не ощущает перед мужчиной никакой стесненности. Закрыв глаза, она позволила себе совершенно расслабиться.

Невольно удивленный тем восхищением, которое она вызывала в нем, Митч заставлял себя продвигаться медленно, наслаждаясь каждым чувственным вздохом, каждым тихим стоном. Солнечные лучи, просеиваясь сквозь листву, отбрасывали на ее атласную кожу золотистые зайчики. Оторвавшись от нее и присев на корточки, Митч какое-то время любовался открывшейся перед ним картиной. Эланна лежала в постели из полевых цветов, в ореоле из рассыпавшихся волос, с закрытыми глазами, и легкая женственная улыбка порхала на ее чувственно припухших губах. Воплощение красоты. Совершенное создание природы. Ни одна женщина не была для него столь желанна.

За обладание ею не жалко и жизни, не то что свободы. Почувствовав на себе жадный взгляд, Эланна медленно открыла глаза и, прочтя на красивом его лице откровенную алчность, жарко вспыхнула. Руки ее непроизвольно потянулись к нему, и он принял приглашение, которого так долго ждал. Остававшаяся на них одежда слетела, будто ее сдуло морским ветром. Плоть припала к плоти. Нежные вздохи превратились в стоны. Внутренний огонь сжигал обоих.

Эланна шептала ему в ухо слова наслаждения, а Митч осыпал страстными поцелуями ее пылающее тело. Его приводило в восторг, насколько отзывчива оказалась она на ласки, как вздрагивала от его прикосновений, как радовалась всему, что он делал с ней.

Смех Эланны, сочный и страстный, плавал в душистом воздухе. Ее волосы обвивали его нежным шелком, прилипая к груди. Мучительная сладость. Сладкая мука. Агония. Экстаз. Вчера исчезло. Завтра затуманилось.

Осталось только сейчас. Только безумное, восхитительное настоящее.

Когда она, вся изогнувшись, прижалась к нему, Митч понял, что время предвкушения истекло. Выдохнув ее имя, он ворвался в нее. Ее тело, жаркое, влажное, гостеприимно приняло его, и в согласном ритме, усиливаемом аккордами морского прибоя, они уплыли в страну блаженства. В страну, где торжествует слияние души и плоти, а разуму в ней делать нечего.

Эланна закрыла глаза, захваченная потоком воспоминаний. Хотя до того безумного дня на лугу у нее уже было двое возлюбленных, хотя ей уже двадцать четыре года, она оставалась невероятно наивной. Невероятно невинной. И она обожала Митча, любила его до беспамятства.

– Наверно, каждая женщина по крайней мере раз в жизни должна потерять голову, – пробормотала она скорее себе, чем Митчу.

Он наблюдал за ее лицом и понимал, что она не меньше, чем он, потрясена воспоминаниями, вызванными его букетом. Ну хоть что-то, решил Митч.

– По-моему, мы оба в тот день потеряли голову. – Словно бы оставив за скобками возникшую между ними преграду, он мягко, стараясь не вспугнуть, обнял ее за талию. – Честно признаюсь, я повез тебя туда, чтобы соблазнить. Но после нашей любви решил, что это ты соблазнила меня.

– Наверно, мы оба были соблазнены, – ласково сказала она. – Пейзажем, настроением, твоим отъездом на следующий день.

Что-то было в ее голосе новое. Что-то для него непонятное. Сожаление?

– Мой отъезд все ускорил: меня толкнул в тот вечер на уговоры, а тебя – согласиться бежать со мной, – задумчиво сказал он. – Но поверь, Элли, если бы я не обнаружил себя связанным своей любовью по рукам и ногам, я бы улетел не задумываясь, даже не оглянувшись на прощание. – Конечно, так он и делал прежде. Бесчисленное множество раз... Но когда он лежал в тот день среди цветов, наслаждаясь и остывая от страсти, то уже понимал, что уйти от Элли ему будет нелегко. Человек моментальных решений, он пришел к выводу, что единственным верным выходом будет женитьба.

– Я рада, что ты не улетел, – искренне призналась Эланна. Потому что, несмотря на все, что случилось, она всегда будет хранить в памяти и благословлять бурный год, проведенный с Митчем Кентреллом, когда они были молодоженами.

Именно это он и хотел услышать.

– Я тоже. – Он привлек ее ближе к себе. Слишком близко. На мгновение ее тело – и разум – ответили на когда-то такое родное прикосновение. Но когда губы Митча коснулись ее лица, она подумала о Джонасе.

– Митч... – Она лихорадочно искала способ, как бы, не обидев, удержать его на расстоянии. Мучительный вопрос застыл в его глазах. Вместе с отчаянием от своего мужского бессилия, которое он и не пытался скрывать. Чтобы как-то утешить его, Эланна подняла дрожащую руку к его щеке.

Кожа была горячей. Не просто горячей. Она пылала. И не только от желания.

– Ты болен!

Митч вдыхал незнакомый аромат духов и необъяснимый волнующий запах, источаемый ее порами. От этого запаха кровь бросилась ему в голову и в чресла, запульсировала в каждой жилке.

– Ерунда, какой-то вирус, – проговорил он как можно беззаботнее. – По-моему, я подцепил его в Висбадене.

– Ты был у врача?

– Угу. – Он обхватил ладонями ее плечи и удивился, что она носит жакет с накладными плечами. Хотя Элли стала красивее, чем прежде, теперь она напоминала Джоан Кроуфорд в ранних фильмах, где та играла молодых женщин, начинающих деловую карьеру. Он всегда предпочитал Хедди Ламарр и ее воздушные наряды.