Мередит Рич - Бижутерия

Глава 6

Свадьба Анны Чипли Макнил и Рэндэла Портера Фергюсона Третьего была главным пунктом в летнем календаре общественных событий на Манхэттене.

Мадлен прилетела в Нью-Йорк на две недели раньше (Уатт Макнил послал за ней свой реактивный «Гольфстрим») и приняла участие в последнем этапе предбрачных сборищ, которые шумно продолжались весь июнь. После новогодней ночи ее пугала неизбежная первая встреча с Уином Берджессом — соседом по комнате и лучшим приятелем Рэнди. Но к чести Уина, он вел себя вполне вежливо, вернее, так, как будто никогда не видел Мадлен, что вполне устраивало девушку.

По большей части сборища ее утомляли, как и в тот раз, когда она приезжала на Рождество. Но Мадлен была рада, что ее пригласили на свадебные торжества. У нее появилось время пообщаться с Анной, прежде чем та переступит порог совместной замужней жизни с Рэнди. И она отвлеклась от мыслей о будущем.

Главным кавалером Мадлен на всех вечеринках был брат Анны Хэдли Макнил. После года в университете он стал язвительно умничать по поводу сборищ, которые они посещали. Вечеринки казались ему такими же утомительными, как и Мадлен, и это их объединяло. Через несколько дней девушка начала ценить его черный юмор.

В последние выходные накануне свадьбы празднества переместились в загородный дом Макнилов в Саутгемптоне. В субботний вечер, после позднего завтрака, катаний по воде, встряски коктейлями и обеда на шесть десятков человек, Хэдли и Мадлен улизнули от остальных. Словно дети, они с визгом носились в сумраке ландшафтного парка и наконец оказались в построенном в восточном стиле бельведере. Под ясным звездным небом они умолкли и, погруженные в свои мысли, смотрели на океан.

— Накачался шампанским, наговорился и наулыбался, — устало бросил Хэдли. — Хочешь, прогуляемся по берегу и уйдем еще дальше от этой сумасшедшей толпы?

Мадлен кивнула:

— Очень утомительно перекидываться ничего не значащими фразами с незнакомыми людьми, которых больше никогда не увидишь.

— Считай, что тебе повезло. Мне-то их видеть придется. Снова и снова. Опять и опять. Я знаю их с детского сада. Мы вместе ходим в школы, потом вместе работаем, забавляемся интрижками с женами друг друга, разводимся, вновь женимся, собираемся вместе и в восемьдесят лет пьем мартини.

— Ты делаешь общество предметом своих шуток.

— М-м-м… Меня всегда интересовало, почему все так стремятся наверх. И я пришел к выводу, что эти люди не знают ничего лучшего.

— Ах вот как? — едко осведомилась Мадлен. — Значит, мы, простые бедняки, не ведаем своего счастья?

— Теперь ты ведаешь. Можешь открыть совершенно новое направление в общественных стремлениях — карабканье вниз.

— Оно уже открыто, называется поход в трущобы.

— Черт побери, я всегда опаздываю на сезон со своими идеями.

— Успокойся, оно не пользуется популярностью. Дело в том, что никто не хочет там жить.

— Это ты верно заметила, — посерьезнел Хэдли. — Прошлым летом Пендлтоны давали трущобный прием. Стоил тысячи. Все прекрасно провели время, а я нашел затею отвратительной. Меня просто с души воротило. — Он немного помолчал и продолжил: — Послушай, Мадлен, если бы у тебя была куча денег, что бы ты с ними сделала?

— Все это мне, конечно, открыло глаза. Если бы у меня было столько денег, сколько у этих людей, я бы их тратила на что-нибудь другое, помимо вечеринок.

— И на что же? Допустим, ты унаследовала десять нефтеносных скважин. Все потребности в роскоши удовлетворены. Что тогда?

— Ну… Бог ты мой… сразу так трудно сказать. — Мадлен рассмеялась, пытаясь сосредоточиться. — Я бы постаралась делать какие-нибудь полезные вещи: вкладывала бы средства в онкологические исследовательские центры, помогала бы тем, кому хуже, чем мне. И не сидела бы на собственной заднице, не ждала, пока из бутылки с шампанским выскочит пробка. Я бы работала, даже если бы не нуждалась в деньгах, потому что для самоутверждения необходимо трудиться, созидать.

— Это для тебя важно?

— Да. В этом все. Я хочу, чтобы меня оценивали саму по себе, а не в соответствии с размером моего банковского счета. — Мадлен прыснула. — Только вот размер моего банковского счета переносит наш разговор в область высокой комедии. Оставим богатым беспокоиться о том, как с чистой совестью тратить деньги. А мне надо думать, чтобы хватило на дешевую забегаловку и на порцию спагетти.

Хэдли изучающе, словно с высот великой мудрости, посмотрел на нее.

— У тебя все будет отлично, Мадлен. Ты упорная. Честолюбивая. Возьмешь все, на что положишь глаз.

— По-твоему, я какая-то хапуга. А я надеялась, что я лучше.

— Ты нормальная, — быстро проговорил Хэдли. — Просто выросла без всего того, что имеем Анна, я и иже с нами. Поэтому хочешь иметь вещи и презираешь себя за свое желание. Я же видел, как ты смотрела на свадебные подарки. На твоем лице было выражение вожделения и ужаса.

— Неправда! — вскинулась девушка. — Боже, Хэдли, твоя сестра права. Ты смеешься над всем и над каждым. Разве я виновата, что выросла в бедности? Я стараюсь не ослепляться всем, что вокруг. Но что поделаешь, это слепит!

— Ну-ну. — Хэдли обнял ее за плечи и шутливо поцеловал в макушку. — Я не собирался тебя унижать. Наоборот, ставлю выше всех здешних дебютанток. — Он махнул рукой в сторону дома, где вовсю шумела вечеринка. — Ты настоящая. Этим все сказано. Не замешена на искусственном. Я это ценю. Мне это очень нравится. В тебе много такого, что скрыто от глаз.

Мадлен устало улыбнулась:

— Хорошо. Спасибо тебе. Но давай немного помолчим.

Они сняли обувь и пошли по кромке воды, чтобы холодные волны Атлантики перекатывались через их ступни. Мадлен чувствовала, что запуталась: презирала людей за их огромные состояния, но в то же время желала того же, что имели они. Она не знала, как примириться с тем и другим. Для начала следовало придумать сказочное украшение и сделаться знаменитой и богатой. А потом уж разбираться с моральным аспектом ситуации.

— Знаешь что, — нарушил молчание Хэдли. — Я говорю это только тебе: Анна идиотка, что выходит замуж сейчас. Времени у нее навалом. А Рэнди такой предсказуемый. Неужели с ним интересно жить?

Мадлен согласно кивнула:

— Грубо говоря, Анна чокнутая, а Рэнди зануда.

— Точно! — рассмеялся Хэдли. — Моя сестра могла бы попутешествовать. У нее есть деньги, которые оставила бабушка. Ей надо бы уехать. Люди больше не женятся, просто живут вместе. Пожила бы немного с Рэнди, он бы ей быстренько надоел.

— Согласна. Сама я не планирую выходить замуж в ближайшее время. Надо еще так много всего испытать.