Фрэнсин Паскаль - Ревность и обман

— Джина, — начала Лила, выходя вперед, — мы хотим извиниться перед тобой за все, что случилось на этой неделе. Испытательный срок — суровое испытание, но не жестокое. Мы считаем, что было бы несправедливо, если бы ты его не прошла из-за Сандры, и хотели бы принять тябя в свои ряды прямо здесь и сейчас.

Джина улыбнулась:

— Спасибо тебе, Лила, и всем вам. Это так мило с вашей стороны. Но одна из причин, по которой я хотела вступить в «Пи Бета Альфа», это возможность побольше времени проводить с Сандрой. И боюсь, если ее исключат, то без нее мне будет не так интересно.

Джессика, Кара и Лила переглянулись.

— Это мы тоже обсудили. Мы считаем, что Сандра и так достаточно наказана, и поэтому не станем исключать ее из нашего клуба.

— Ну что же, — Джина улыбнулась, глядя на Сандру, — тогда в «Пи Бета Альфа» появился новый член! И старый тоже!

— Тебе очень повезло, Сэнди Бэкон, — прошептала Лила, когда остальные отошли к танцевальной площадке, — на ее месте другая бы тебя в жизни не простила!

Сандра сперва не нашлась, что ответить.

— Ты права, — наконец сказала она. В глазах у нее стояли слезы. — Мне так повезло!

Она смотрела, как Джина через всю танцевальную площадку идет к Тому, и ее сердце наполнилось любовью и гордостью. Джина Уэст была самой лучшей подругой на целом свете, и Сандра поклялась: что бы ни случилось, больше никогда не подвергать их дружбу таким испытаниям.

— Просто не вериться, — говорила Джина, глядя в голубые глаза Тома. Они танцевали медленный танец, один из последних в этот вечер, — мы с Сэнди снова друзья, и меня в конце концов приняли в «Пи Бета Альфа»! Это одна из самых счастливых пятниц тринадцатого в моей жизни.

— Правда? — хриплым голосом спросил Том и еще крепче прижал девушку к себе. — Везет тебе, — поддразнил он ее, — а я не очень-то счастлив сегодня.

— Дуралей, — засмеялась Джина, — только не говори, пожалуйста, что не чувствуешь себя счастливым.

— Все зависит от того, — лицо Тома стало серьезным, — что ты мне ответишь, если я скажу, что люблю тебя.

У Джины забилось сердце.

— О, Том, — прошептала Джина. Она положила голову ему на плечо и почувствовала приятный запах его одеколона. — Мне кажется, я тоже тебя люблю.

Том немного помолчал.

— Тогда, — он поднял ее лицо к себе и посмотрел прямо в глаза, — я самый счастливый человек на свете!

Джина не знала, что ответить, но это и не имело значения, поскольку в следующее мгновение Том уже нежно целовал ее в губы, и все, что можно сказать, было сказано этим долгим поцелуем.

— Эй, Лиз, — обратилась к Элизабет Инид.

Протягивая пунш, она не сводила взгляда с двоих ребят, стоявших на другой стороне зала. — А кто это с Эроном Далласом?

Элизабет прищурилась, пытаясь хорошенько его разглядеть.

— Не знаю, — призналась она, — впервые его вижу. Давай спросим Джесс, — предложила Элизабет, увидев приближающуюся сестру, — если она не знает, то не знает никто.

— Не знаю — чего? — спросила Джессика и налила себе стакан пунша.

— Кто этот таинственный незнакомец с Эроном? — спросила Инид, кивнув в их сторону.

— А, этот, — глаза Джессики блеснули, — конечно, знаю! Его зовут Джеффри Френч. Он только что приехал из Орегона. И, — весело добавила она, — с понедельника начинает учиться в нашем классе. Они с Эроном познакомились прошлым летом на футбольных сборах в Северной Калифорнии. И он….

— Ну и ну, — со смехом воскликнула Элизабет, — во дает! Да, — обратилась она к Инид, — стоит только спросить Джессику о ком-нибудь, и она выдаст тебе всю его биографию!

— Джеффри Френч, — повторила Инид с легкой улыбкой.

Джессика уже отошла со своим пуншем, но Инид, казалось, этого не заметила. Она не сводила глаз с Джеффри.

— Эй, — позвала ее Элизабет и поводила рукой перед ее лицом, — тебя что заворожили?

Инид неловко засмеялась.

— Нет, — ответила она и отвела глаза. Но Элизабет слишком хорошо знала подругу, чтобы не понять правду. Инид была очарована. И было похоже, что из этого что-то получится.

13

— Ну надо же! — Кара нахмурилась, глядя на часы. — Я заказала столик у Тиберино на восемь часов, но представляешь, забыла взять у Джессики кашемировый пиджак моей матери, который во вторник вечером давала ей поносить. Давай по пути в ресторан зайдем к вам и захватим его.

Кара и Стивен сидели в его желтом «фольксвагене», стоящем около дома Кары.

Стивен улыбнулся:

— Можем, сделаем это попозже? Я умираю от голода.

Кара покачала головой:

— Нет, давай сейчас, Стив. Джессика говорила, она потом куда-то собирается. Если мама узнает, что я кому-то давала ее вещь, она убьет меня на месте. Пожалуйста, — добавила она и взяла его под руку.

— Ну хорошо, — согласился Стивен. Он и так был не в лучшем расположении духа, и мысль увидеть родителей или сестер не приводила его в особый восторг.

Но Кара настояла и пятнадцать минут спустя он уже припарковался напротив своего дома.

— Я схожу и сам возьму его у Джессики, — предложил он.

— Нет, давай пойдем вместе.

Стивен пожал плечами.

— Ладно, — согласился он и распахнул дверцу машины. Кара взяла его под руку, и они пошли по дорожке к дому.

Кара была более расположена к нему, чем всю последнюю неделю. «Может, потому, что считает этот вечер последним, который мы проведем вместе», — мрачно подумал Стивен. Он вставил ключ в замок и открыл дверь.

— Есть кто-нибудь дома? — крикнул он. В холле была кромешная темнота, и в доме не раздавалось ни звука. — Ну и ну, — удивленно обратился он к Каре, — еще час назад все были дома. Интересно…….

Он вошел в гостиную, Кара вслед за ним. Вдруг загорелся свет, и со всех стульев и кресел стали спрыгивать гости и хором кричать: «Сюрприз! Сюрприз!» Стивен чуть не подпрыгнул от неожиданности. В комнате было человек пятьдесят. Все прыгали вокруг него и громко кричали. Поперек комнаты висел большой плакат, на котором большими красивыми буквами было написано: «Счастливого пути, Стивен!» Стивен стоял посреди комнаты и удивленно на все смотрел.

Тут сестры подбежали к нему и во все горло завопили:

— Счастливого путешествия!

Стивен понял, что это последняя капля.

— Огромное спасибо, друзья! — пробормотал он, собираясь пройти в свою комнату.

— Что случилось?! — воскликнула Джессика. — Тебе что, не нравятся прощальные вечеринки, Стив? Мы целую неделю готовились!

Стивен откашлялся.

— Да нет, здорово, — равнодушно ответил он, — вот только маленькая неувязка. Я никуда не еду.