Андреа Йорк - Не могу сказать "прощай"

— Так, — сказал Гюнтер.— В гостинице хо­дили слухи, что сегодня утром вы уезжаете.

— Как видите, слухи ложные,— ответил Рей.

— Она что, заупрямилась?

— Да нет, Кэтти считает, что упрямлюсь я.

— Хм. Я никогда не был женат,— заявил Гюнтер.— Но если бы это случилось, то пред­почел бы быть женатым на сильной духом жен­щине. Дело в том, что такая женщина не всегда поступает так, как тебе того хочется. Интересная мысль, да? — Нахмурившись, он стал вгляды­ваться в даль, туда, где на волнах покачивались «Пять фей».

Рей почувствовал, что стоит в воде, волны накатывали на причал — начинался прилив.

— Вам надо пойти на кухню, взвалить ее себе на плечи, погрузиться в шлюпку и уплыть от­сюда. Так вы решили бы все проблемы, — горя­чился Гюнтер.

— И сел бы за это в тюрьму, — возразил Рей. — Давно миновали дни, когда рыцари, пере­бросив юных дев через седло, скакали с добычей в лучах заходящего солнца, Гюнтер.

— Но тогда, по крайней мере, было ясно, что к чему, — рявкнул Гюнтер. — Мужчины были мужчинами, и никакой чепухи насчет равных прав.

— Нашлось бы достаточное количество жен­щин, готовых возразить вам. Особенно сильных духом женщин.

Гюнтер достал из кармана носовой платок огромных размеров и, как всегда, оглушительно громко высморкался.

— Думаю, вам стоит повидаться с Юстином, — посоветовал он. — Я старый холостяк, но готов поклясться, что Кэтти и Юстина не связывают горячие чувства, однако проверить не помешает. Нельзя полагаться на этого ху­дожника. Солнце, вино, дикая природа и все такое...— Он задумался. — Я считаю Кэтти до­статочно благоразумной, но ни за кого нельзя ручаться. Женщинам иногда свойственно совер­шать странные поступки. Вы сможете сами найти его жилище?

Рей не считал, что ему так необходимо встре­титься с Юстином. Но Гюнтер уже набросал на конверте небольшую карту, пометив на ней крес­тиком нужное место, и протянул ее Рею.

— Дайте мне знать, когда все выясните, — сказал Гюнтер, при этом глаза его загорелись, как у цапли, заметившей лягушку. — И будьте сегодня в лесу осторожнее. Похоже, скоро ляжет туман.

Рей заметил на горизонте полоску серого цве­та.

— Но ночью светила луна,— заметил он.

— Здесь погода меняется мгновенно. А туман бывает таким густым, что ничего не видно на расстоянии вытянутой руки. Лучше с ним не шутить.

Он попрощался с Реем, плотнее запахнул куртку и решительно зашагал к маяку.

Рей остался на берегу, вслушиваясь в шум океана. Ему совсем не хотелось встречаться с Юстином — художником, похожим на древне­греческого бога, рядом с которым на фотографии Кэтти выглядела такой веселой.

Он уныло побрел вдоль берега в противопо­ложную от маяка сторону. Рей шел, погрузив­шись целиком в раздумья. За час пути он удалил­ся на значительное расстояние от гостиницы. Из­вилистая лесная тропка сделала очередной поворот, и Рей остановился как вкопанный.

В пяти метрах от него стояла Кэтти. Обхватив руками дерево, Кэтти прислонилась щекой к гру­бой коре, словно нуждалась в опоре. Выглядела она изможденной. Нет, хуже того. Разбитой. По­терянной. Рей не мог найти нужные слова, пере­дающие ее состояние.

Он понял, что нарушает момент сокровенного уединения. Кэтти ушла так далеко от всех, чтобы побыть наедине со своими чувствами. Он должен оставить ее в покое.

Рей хотел отойти бесшумно, но задел рукой ветку. С громким криком с дерева на противопо­ложной стороне тропинки взмыла, сорока. Кэтти повернула голову.

Она увидела его. Смутившись, Рей быстрыми шагами направился к ней.

Кэтти страшно побледнела. Казалось, она вот-вот лишится чувств. Рей подумал, что так она выглядела в тот день, когда умер Джейк. Огром­ные синяки чернели под ввалившимися глазами. Кэтти так плотно стиснула губы, словно пыта­лась сдержать крик отчаяния, который, вырвав­шись однажды, уже не прекратится никогда.

— Кэтти... О Боже, Кэтти, — пробормотал он, протягивая к ней руки.

Она с силой вцепилась в ствол дерева, чтобы удержаться на ногах.

— Мел сказал мне, что ты уехал,— ошелом­ленно прошептала она.

— Я... я передумал.

Но она не слышала его.

— Ты даже не попрощался. Уехал, не попро­щавшись со мной.

— Кэтти, я...

— Мне пришлось убирать твою комнату. Салли очень устала.— Голос Кэтти срывался, ей с трудом давались слова.— Я должна была поменять белье на твоей кровати.

— Кэтти, пожалуйста...

Слезы стояли в ее глазах, губы дрожали.

— Простыни, наволочки, я прижимала их к лицу, и, клянусь, я чувствовала... запах твоего... тела.

Рею становилось все труднее переносить это.

— Кэтти, не...

Она не обращала на него внимания, он мог поклясться, что она его не слышит. Собственно, подумал он, я не произнес ничего, заслуживающе­го внимания. Словно заевшая пластинка, я повто­ряю одно и то же: Кэтти, Кэтти, Кэтти.

— Почему ты остался? — дрожащим голосом спросила она, вытирая глаза тыльной стороной руки и отрываясь от ствола.— Почему ты передумал?

Единственный способ поправить положе­ние — сказать ей чистую правду. Хриплым голо­сом Рей произнес:

— Я не собирался уезжать. Я хотел убе­диться...

— Так это была хитрость? — ужаснулась она.

— Кэтти, я поступил глупо...

— Ты решил посмеяться над моими чувства­ми?! Сделал вид, что уехал, не попрощавшись, а сам тайком все время наблюдал за мной?

Он запротестовал:

— Я случайно наткнулся на тебя здесь. Уви­дев тебя, я хотел уйти незаметно.

— Ты думаешь, я поверю тебе? Я не настоль­ко глупа, Рей.

— Я просто шел по берегу, не зная, куда себя деть. Я не следил за тобой, Кэтти.

Ее лицо, еще недавно смертельно бледное, раскраснелось.

— Ты очень изменился за этот год. Раньше ты никогда не обманывал меня, Рей. Никогда! Как теперь верить тебе?

— Если ты не хочешь иметь со мной ничего общего, то этот вопрос скорее риторический, — огрызнулся Рей.

— Я всегда была против насилия, — не об­ращая внимания на его слова, продолжала Кэт­ти. — Такой способ преодолеть разногласия мо­жет вызвать лишь отвращение. Знаешь, сейчас мне жаль, что я не боксер-профессионал и не могу нанести тебе ответный удар. Такой же болезнен­ный... Ты представляешь, что я пережила за пос­ледние два часа?!

Рей испытывал смешанное чувство стыда, го­речи и раскаяния.

— Почему бы тебе не рассказать об этом?

Глаза Кэтти расширились, она с трудом пе­ревела дух.

— Я все поняла, ты сделал это нарочно, — упавшим голосом сказала она. — Ты хотел прове­рить, не безразличен ли мне твой отъезд?

— И что же? Он тебе не безразличен?

— Итак, трюк удался. Думаю, должна тебя поздравить с успехом. Ты очень находчив. — Каждое слово казалось ему каплей раскаленного металла, падающей на кожу. — Знаешь, что я ис­пытываю? У меня такое чувство, словно меня заставили раздеться догола перед толпой незна­комых мужчин.