Дениз Робинс - Милая Кассандра

— Черт бы побрал эту сломанную руку, — приговаривал парень. — Хочется обнять тебя, наконец, двумя руками. Просто с ума сойти, как не вовремя.

Но Касс уверяла его, что и одной руки вполне достаточно, совершенно достаточно. Наконец они легли рядом и провели вместе такую восхитительную ночь, что их общая спаленка показалась им почти земным раем.

В понедельник утром оба пребывали в полном блаженстве. Кевин, правда, был недоволен, что не сможет отправиться на работу, пока рука не заживет. Впрочем, он мог пока печатать на машинке, потихоньку, одним пальцем — он терпеть не мог писать от руки, потому что так получалось еще медленнее, а слова не поспевали за стремительным бегом его мыслей.

— Чувствую себя ужасно глупо, — ворчал он. — Остаюсь дома, как женщина, а ты уходишь вместо меня на работу. И что я должен делать здесь один, дожидаясь твоего возвращения?

— Почитай, отдохни, и даже не пытайся заниматься домашними делами, оставь их мне, — велела девушка. — Я сама обо всем позабочусь, когда приду. Просто будь здесь — это все, что мне нужно.

Мартин улыбнулся. Его Касс выглядела такой цветущей, она была такая теплая и родная, что он мог только непрерывно обожать ее.

— Буду тебя ждать и весь день наслаждаться предвкушением нашей встречи, — сказал он и прижал ее к себе.

Кассандра пребывала в восторженном настроении все лето. В их квартире было душно и жарко, иногда там было просто невозможно находиться и часто не удавалось поддерживать чистоту — у них не было ни стиральной машины, ни другой бытовой техники. Они пока не могли позволить себе современных удобств. Оба старались откладывать каждую копеечку из их общих доходов, твердо решив съехать с Грум-стрит на другую квартиру — пусть даже поменьше, но хотя бы с крошечным садиком, чтобы иногда дышать свежим воздухом.

Девушка прониклась за эти первые месяцы их совместной жизни настоящим уважением к Кевину. Она знала, как страстно он мечтает выкроить время для своей книги. Но после работы он успевал только закончить обещанные журналу статьи. Да и то засиживался над ними далеко за полночь. В такие дни Касс лежала одна в их большой самодельной кровати, прислушиваясь к стуку машинки, и чувствовала, как у нее сжимается сердце. Ее любимый постоянно выглядел утомленным, и девушка видела, что он не высыпается. Как только голова парня касалась подушки, он был потерян для нее, и ей приходилось по утрам долго трясти его, чтобы разбудить. Кевин оказался хорошим мужем — если Кассандра шла мыть посуду, он непременно стоял рядом и вытирал тарелки, а по субботам помогал ей убирать квартиру. Ей такая забота казалась трогательной, но время от времени девушке все же приходилось сталкиваться с приступами плохого настроения своего избранника. Всякий раз, когда он бывал недоволен или не в духе, он быстро раскаивался и уже через несколько минут обнимал Касс и целовал со страстью истинного любовника, и она тут же забывала про их мимолетные размолвки.

К осени Кассандра уже привыкла к положению замужней женщины, хотя временами у нее возникало странное ощущение, словно она зависла между небом и землей. Каждый день был похож на предыдущий. Они шли на работу, потом возвращались домой, старались экономить на мелочах, и часто им это не удавалось. Они любили друг друга, много смеялись, иногда дрались, но всегда шутливо. Ни разу за это время девушка не пожалела о том, что ушла из дома. Если у нее случались разногласия с Кевином, она умела их улаживать. Природный оптимизм не подводил Касс — хотя у нее тоже временами случались приступы подавленности и глухой тоски, она никогда не показывала этого своему избраннику.

— Я всегда замечаю, когда Кевин расстроен, а он, по-моему, не обращает внимания на мое настроение, — пожаловалась она Лизе во время очередного периода меланхолии у супруга. — С мужчинами иногда так тяжело.

Приятельница, которая только что предусмотрительно положила нитки и иголки в чемодан со своим приданым, улыбнулась Кассандре.

— Мужчины тоже бывают разные, — заметила она. — Интересно, как я буду со всем этим справляться, когда отзвучат свадебные колокола? Не уверена, что у меня все получится так хорошо, как у тебя.

Для Касс разлука с Лизой, давней подругой, была очень болезненной: та вышла замуж за своего врача и улетела с ним в Сидней, где ему предложили хорошую должность.

Но что делать! Девушка знала, что миссис Бирнхэм тоже невыносимо скучает по дочери. Поэтому Кассандра старалась приезжать к ней при каждой возможности и с того времени еще больше сроднилась с родителями Лизы. Ее и Кевина всегда ждали и ласково встречали в их уютном доме в Ричмонде. Виолетта называла теперь Касс «моя вторая доченька» и страшно ее баловала.

До свадьбы Элизабет родители очень за нее волновались, но теперь стало ясно, что у нее все сложилось хорошо. Как только подруга устроилась на новом месте, Касс стала получать от нее послания — писала она регулярно и всегда в самых восторженных выражениях.

В январе следующего года было объявлено о важном предстоящем событии.

Лиза ожидала ребенка.

Когда Кассандра узнала об этом от миссис Бирнхэм, глаза у нее наполнились слезами.

— О, как я за нее рада! — воскликнула девушка. — Господи, просто не могу поверить — Лиза станет матерью! Теперь я кажусь себе бездетной старухой по сравнению с ней!

— Не говори глупостей, — залилась Виолетта добродушным смехом. — Вы же не на пять минут замуж выходите, успеете еще детей завести. Но тебе пока еще рано об этом мечтать, пусть Кевин сначала найдет серьезную работу. Надо что-то придумать, чтобы он смог, наконец, заняться литературным трудом. А у Лизы, конечно, совсем другая ситуация. У нее прекрасный дом, где много солнечного света и свежего воздуха, а будущий ребенок сделает ее счастье полным.

— Вы, — заметила Касс, — наверное, сразу приметесь за вязание — вы же скоро станете бабушкой!

— А что, мне это нравится! — гордо заявила миссис Бирнхэм.

Стоял промозглый январь.

Жизнь молодых супругов стала тяжелее теперь, когда теплые летние дни были позади.

Им приходилось экономить даже на электричестве, и в их жилище всегда царил промозглый холод. Касс могла как следует согреться, только забравшись под одеяло вместе со своим обожаемым мужем. Ее здоровье от этого не страдало, а вот Кевин оказался склонен к простудам. В феврале он умудрился заболеть три раза подряд, и ему все-таки пришлось взять больничный. Кассандра ухаживала за ним вполне успешно, включила все обогревательные приборы в квартире и объявила, что на неделю режим экономии электроэнергии отменяется. В конце концов ее возлюбленный поднялся на ноги и вернулся к работе, истощенный и бледный, как никогда.