Стейси Браун - Сбежавшая невеста

Ее бросило в жар.

— Вы становитесь слишком фамильярны, милорд.

— Истинная правда, — согласился он с непроницаемой улыбкой. — Без сомнения, результат дурного одинокого детства. Но я об этом не жалею. И вы тоже.

Она попыталась оторваться от него, но тщетно. Его пальцы обвили ее талию, и они легко закружились в вальсе.

— Осторожно, маленькая ведьмочка, — предупредил он. — Никаких сцен в день нашей свадьбы, помните?

— Вы переходите все границы, милорд.

— Вы так думаете? — Он без усилий летел с ней через залу. — Неужели вы жаждете той иллюзорной любви, о которой пишут поэты?

Глаза ее блистали гневом.

— Не смейтесь надо мной, — прошипела она. — Если ваша жизнь, полная плотских наслаждений, выше глубокой и верной любви, тогда наслаждайтесь ею, милорд. Но, ради Бога, оставьте меня в покое!

— Если бы вы не были таким лакомым кусочком, я бы так и сделал. Итак, вы будете воспитывать во мне респектабельные привычки? Или я буду совращать вас? Как полагаете?

Она открыла было рот для достойного ответа, но тут музыка прекратилась и танец закончился. Его пальцы сомкнулись на ее локте, и он повел ее прочь из бальной залы.

— Поприветствуем наших гостей, дорогая, — сказал он голосом, не допускающим возражений. Предыдущую тему он закрыл целенаправленно и убедительно.

У нее не было выбора, кроме как подчиниться.

Глядя на Кару, Алекс был не вполне уверен в своих чувствах. Но он знал твердо, что он примет этот вызов. Он не сомневался, что сможет затащить ее в постель. Но сможет ли он добиться от нее любви? Это была задача посерьезнее.

Мысль о том, что придется предстать перед толпой деревенских гостей, откровенно пугала Кару, колени у нее ослабели.

— Я думала, это будет интимный вечер, — прошептала она испуганно.

— Будет, — протянул он, намеренно искажая ее замечание. — Наш брак будет крайне интимным, я вам обещаю.

Этот наглый намек ее встревожил. Он сошел с ума, если хоть на мгновение решил, что она пригласит его в постель. Или, может, он не станет ждать приглашения? Она с неудовольствием поджала губы. Взять то, что ему положено, — как это похоже на него. Но если он думает, что она еще раз сыграет роль жертвы, то горько ошибается.

Алекс тем временем начал знакомить Кару с наиболее почетными гостями.

— Сэр Гилберт Уайт, лорд Пул, могу я представить вам мою жену, леди Далтон...

Оба джентльмена поклонились и поцеловали ей руку. Сэр Гилберт был привлекательный немолодой человек с серебряными волосами и пронизывающими голубыми глазами. Для описания лорда Пула лучше всего подходили два слова: корпулентность и сладострастие. Невзлюбила она его мгновенно.

— Теперь я знаю, почему Алекс так торопился со свадьбой, — весело сказал дородный лорд Пул, рассматривая Кару как блюдо с лакомым десертом. — Я никогда не видел такой ослепительной невесты...

Кара слегка поклонилась и вежливо ответила:

— Думаю, это потому, милорд, что вы редко посещаете свадьбы либо желаете что-нибудь от меня получить.

Сэр Гилберт расхохотался.

— Очаровательно, в самом деле очаровательно. Алекс, вы счастливчик!

— Хотел бы так думать, — заметил Алекс, с неудовольствием глядя на нескромного лорда Пула.

— А вы знаете, что Алекс герой войны? — не унимался лорд Пул, поднимая кустистую рыжую бровь и похлопывая себя по круглому животу.

Глаза Кары расширились, она бросила взгляд на Алекса. Ее возмутительный муж как-то не вязался с образом героя.

— Нет. Понятия не имела. А какой войны?

— О, моя дорогая! — Он едва не подавился от смеха и похлопал ее по руке своей потной лапой. — Что за очаровательная маленькая американочка! Такая далекая от мира. Наполеоновских войн, конечно. Ваш муж был чертовски полезен. Участвовал во многих боях в Испании. Его несколько раз награждали.

— В самом деле? — пролепетала удивленная Кара. Быть может, в этом самодовольном негодяе все-таки что-то есть?

— О да! Наше министерство многим обязано ему. Он долгие годы преданно служил королю и отечеству, — проговорил лорд Пул, жадно разглядывая ее грудь в вырезе платья. — Как и его отец...

— Вы не хотите что-нибудь съесть, дорогая? — прервал его Алекс, властно взяв ее под локоть.

Кара неохотно подчинилась и поклоном простилась с обоими джентльменами. Что имел в виду лорд Пул под «нашим министерством»? Алекс быстро вел ее по направлению к столовой.

Тетя Генриетта приветствовала их теплой улыбкой и блюдом, полным закусок.

— Ну, мои дорогие детки, — пропела она, потряхивая светлыми локонами. — Прием, как я и ожидала, получился великолепный. Все восхищены вашей женой, Алекс, — воскликнула она, нацеливаясь на кусок утки.

— Но гораздо меньше, чем я, — протянул он, глядя на Кару с откровенным желанием.

Кара знала, что он пытается смутить ее, но не могла справиться с румянцем, который предательски вспыхнул на щеках. Она молила Бога, чтобы он перестал пожирать ее глазами. Это крайне волновало ее, заставляя сердце дико биться.

Алекс оторвал взгляд от красавицы-жены и взглянул на карманные часы. Проклятье! Только десять. Еще несколько часов до того, как они обратятся к радостям брака. Чего бы он ни дал, чтобы овладеть ею прямо здесь и сейчас! Он должен перестать думать об этом. Таким темпом он не продержится до конца вечера.

Сэр Гилберт прервал его размышления.

— Могу я поговорить с вами, Далтон? Наедине, — добавил он многозначительно и растворился в толпе.

Алекс помрачнел и повернулся к Карине.

— Кара, моя дорогая, — сказал он, имитируя почтительного мужа.

— Да, милорд? — ответила она насмешливо, стараясь унять дрожь волнения.

Он виновато улыбнулся.

— Что-то произошло. Боюсь, я должен оставить вас на некоторое время. Увидимся позже.

— О нет, Алекс! Не в день свадьбы. Это предел! Абсолютный предел! — воскликнула тетя Генриетта, в отчаянии всплеснув пухлыми ручками.

— Но что случилось? — спросила смущенная Кара. — Это сэр Гилберт? Что-то не так?

Глаза Алекса сузились. Она очень наблюдательна. В будущем ему придется быть осторожнее.

— Как приятно иметь такую внимательную и заботливую жену! Поистине, я счастливчик! — проговорил он вкрадчиво, поднося ее руки к губам и целуя их. — Не бойтесь, я не заставлю свою пылкую супругу ждать меня в свадебную ночь, — добавил он, встречая ее взгляд и прижимая губы к нежной чувствительной коже на правом запястье.

Дрожь прошла по руке, и она отдернула ее, как от укуса.

— Оставайтесь столько, сколько нужно. Уверяю вас, я буду крепко спать, когда вы вернетесь.

— В таком случае, любовь моя, — казалось, его голос источал мед, — я буду иметь особенное удовольствие разбудить вас.