Шерил Вудс - Благие намерения

Трейси увидела замешательство, ощущение предательства в его глазах и почувствовала, как останавливается ее сердце.

— Не понимаю.

— Ты обманывала меня, Трейси. Вот уже больше двух лет. Наверное, я не лучший муж в округе, но я никогда не лгал тебе.

— И я не обманывала, — с возмущением сказала она, прекрасно сознавая, что не была так уж честна с ним.

— Не говорить правды означает почти то же самое, — он как бы отозвался на ее мысли. — Я вернулся потому, что все еще люблю тебя. Как бы я ни пытался выкинуть тебя из головы, сколько бы часов я ни работал, как бы я ни вкалывал, ты оставалась в моем сердце. Я практически каждую минуту слышал твой смех и, черт бы все побрал, ощущал твое прикосновение. Это сводило меня с ума.

Глядя в ее глаза, он вздохнул.

— И тут я обнаруживаю, что ты утаила от меня существование моего сына. Теперь у меня все перепуталось в голове. Все оказалось много сложнее, чем я ожидал. Я сидел тут по ночам, пытаясь попять, почему ты так поступила, но так и не вижу в этом никакого смысла до сих пор. Ты ведь знала, как сильно я хотел, чтобы у нас был ребенок, и все же ты ничего мне не сказала.

Он покачал головой, как если бы пытался отделаться от мыслей, мучавших его с момента возвращения.

— Я все еще хочу тебя. Бог мне свидетель. Больше чем когда-либо. Я бы с радостью отнес тебя наверх и занимался бы с тобой любовью до утра. Именно это я и собирался сделать, но сейчас не уверен в правильности такого решения.

— Почему? — запинаясь, спросила Трейси.

— Потому, что боюсь.

— Боишься? Чего?

— Боюсь, что пробуждение будет болезненным.

Он встал из-за стола и направился на кухню.

— Дуг, — умоляюще начала она, отчаянно желая дотянуться до него, сделать так, чтобы он поверил ей. Наконец он повернулся. — Я сожалею. Правда. Я поступила так, как считала лучше для нас обоих.

Он кивнул.

— Как и я.

— Что теперь?

— Поспешай медленно, Трейси Мари. Мы будем поспешать медленно.

Безумие какое-то, решила Трейси, глядя, как он уходит от нее. Внезапно он все перевернул. Она наконец начала понимать, что жаждет его возвращения в ее жизнь больше, чем когда-либо, что их любовь вовсе не умерла тогда, давно. Сейчас Дуг дал ясно понять, что она должна пройти испытание.

В Дуге не было ничего подлого, и она поняла, что все это он сказал не для того, чтобы причинить ей боль или свести счеты. Это она причинила ему боль, и ей понадобится вся ее сообразительность, чтобы все переменить.

Нет, решила она. Потребуются усилия их обоих, чтобы все образовалось на этот раз. Только вместе.

Глава 7

Незаметная, перемена в их отношениях стала особенно очевидной в субботу вечером. Дуга совсем, казалось, не расстроило сообщение Трейси за ленчем о том, что она опять собирается на обед с Чарльзом. Если она и надеялась подтолкнуть Дуга на более активное приставание, ее ждало полное разочарование.

Больше того, когда Чарльз явился на свидание ровно в семь, Дуг приветствовал его как старого приятеля. Поднимаясь наверх, она слышала, как ни хлопали друг друга по спине и сердечно переговаривались. Чарльз, вероятно, пребывал в шоке. Неожиданная общительность Дуга так сильно отличалась от его поведения на прошлой неделе, что у нее похолодело сердце. Он что-то задумал, но что, она не имела ни малейшего понятия.

Не могла она и вообразить себе, о чем они там беседовали. Разве что о ней и о ее все более запутанных отношениях с каждым из них. Она пропустила четыре страницы, читая Дональду сказку на сон грядущий, в желании поскорее вернуться вниз.

— И стали они жить-поживать да добра наживать, — завершила она чтение. Ничего удивительного в том, что эти книжки называются волшебными сказками, подумала она. Настоящие люди, по крайней мере те, которых она знала, редко жили-поживали да добра наживали, во всяком случае, не без узнавания болезненных истин, не без немыслимых усилий понять друг друга и пойти на компромисс. И в этом доме, похоже, им тоже придется проявить незаурядное чувство юмора.

— Еще, ма, — сонно попросил Дональд, умиляя ее своими розовыми щечками, влажными после ванны курчавыми каштановыми волосами и запахом детской присыпки.

— Не сегодня, милок, — возразила она, целуя его на прощание. — Спи, а когда проснешься, твоя мамочка уже вернется домой.

У него задрожала нижняя губа.

— Хочу пойти тоже.

— Ну нет. Не на этот раз. Я пришлю к тебе папочку, чтобы он пожелал тебе спокойной ночи.

Это, похоже, немного успокоило его, и его глазки засветились от вновь проснувшейся надежды:

— Па почитает мне сказку?

— Да, чертенок. Еще как почитает. Ты только попроси его, — подсказала она и выскользнула за дверь. — Спокойной ночи, детка. Я люблю тебя.

Спустившись по лестнице, она нашла двух мужчин в гостиной в разгаре спора, но вовсе не о ней, а о тех командах, которые войдут в финал в мировом чемпионате. Поскольку до чемпионата оставалось еще несколько месяцев, их спор показался ей смехотворным и преждевременным. И она расстроилась. Ни один из них, похоже, даже не заметил ее отсутствия.

— Твой сын ждет тебя, — бросила она Дугу. — Он хочет, чтобы ты почитал ему сказку. Дуг едва удостоил ее взгляда.

— Я думал, ты ему читаешь, — рассеянно проронил он и тут же продолжил беседу с Чарльзом. Его ярко-синие глаза светились самоуверенностью. Он всем телом наклонился к Чарльзу в позе человека, готового добить своего соперника бесспорным доводом. Дуг обожал говорить о бейсболе и, к удивлению Трейси, он, кажется, нашел в Чарльзе родственную душу.

— Они могли бы оказаться на первом месте сегодня, но их не хватит на весь сезон. Ни один из них не может выдержать всю игру, — настаивал он.

— Не имеет значения, — отпарировал Чарльз с большей страстью, чем когда-либо замечала за ним Трейси. — Игру сделают запасные. Вот увидишь. Готов спорить…

— Дуг! — прервала его Трейси раздраженным тоном. — Твой сын хочет послушать сказку.

— Ты что не видишь, что мы разговариваем? Сама можешь почитать ему еще, — рассеянно ответил он. — Мы с Чарльзом готовы и подождать.

Она свирепо уставилась на эту парочку.

— Я уже прочитала ему одну, — с воинственной напористостью отпарировала она. — Теперь твоя очередь.

Дуг посмотрел на Чарльза и пожал плечами с выражением такой покорности, — ну что поделаешь с этими женщинами? — что ей захотелось окатить их обоих ледяной водой из ведра.

— О'кей, — наконец уступил он. — Я пойду наверх и договорюсь с ним, но я тут же вернусь.

— Не беспокойся, — ободрил его Чарльз, — у нас масса времени.

Трейси с удивлением перевела взгляд с одного на другого.