Харриет Уилсон - В поисках защитника

– Никого, – вернувшись, заявил Джуд. – Старый пес становится параноиком.

Он лег и обнял Лиз, у которой уже совсем закрывались глаза. Он стал целовать ее в глаза, нос, рот… Ужаснувшись самой себе, Лиз подавила зевок.

– Прости, – смущенно пробормотала она.

– Не извиняйся. Устраивайся поудобнее. Нам обоим не мешает поспать.

В прошлом ей для сна всегда требовалось собственное пространство. А сейчас показалось абсолютно естественным прижаться к нему и погрузиться в сон.

– Как нога? Еще болит?

– Нет, больше ничего не болит.

Она чувствовала телом, сердцем и душой, что ей хорошо, что она защищена.

Защищена? Какая глупость! Говорил же ей Джуд, что он не безопасен. И об этом ей всегда следует помнить.

Но только не сегодня. Не сейчас.

Это была ее последняя мысль, перед тем как она заснула.

Глава 7

Лежа в темноте на спине и глядя в потолок, Джуд наслаждался теплом прижавшейся к нему Бет.

Кажется, прошло много месяцев с тех пор, как ему удавалось спокойно проспать всю ночь. Врачи объясняли ему, что так его организм пытается справиться со стрессом. Слишком много выпало на его долю – ему пришлось пережить насилие и террор, потери и предательство, и его мозг никак не мог с этим смириться.

Может, именно этого он так долго хотел – так отчаянно желал? Мягкое бархатное тепло Бет, слабый размеренный ритм ее дыхания успокоили его, и он погрузился в сон.

Воздух в хижине влажный и тяжелый.

Он лежит, накрытый одеялом и прикованный за ногу к железной кровати. Цепь была достаточно длинной, чтобы он мог дойти до угла камеры, но не к забранному решеткой из толстых прутьев окну, расположенному высоко, под самым потолком, и не к крепкой деревянной двери, под которую два раза в день ему просовывали поднос с едой.

Иногда поднос оказывался слишком близко к двери, и ему приходилось ложиться на пол, вытягиваться в полный рост и пытаться кончиками пальцев придвинуть его к себе. Охранники следили за ним в глазок и хохотали.

Сегодня принесли тушеные бобы, чуть теплые и протухшие. В мелкой оловянной миске, похожей на собачью, на донышке было немного коричневатой воды. В день давали три такие миски, и он научился экономить воду, чтобы хватило на весь день.

Когда его привезли, у него отняли ботинки и ремень, и он сел на корточки, прислонясь к стене, вдыхая вонючий воздух и заставляя себя думать. Анализировать то, что случилось.

Его усталый мозг проделал тот же путь, что и в предыдущие дни, с тех пор как его схватили. Мысли снова и снова возвращались к тому дню. Он без конца задавал себе вопросы, на которые не мог ответить.

Он всегда знал, что роль посредника сопряжена с риском, но если уж быть честным, то именно это его и привлекало. Ведь по этой причине он отверг ту упорядоченную жизнь, которую планировала для него его семья.

На какое-то мгновение он позволил своему воображению вернуться назад – вспомнить шум моря, ощутить на губах солоноватый ветер, услышать гортанные крики чаек, представить себе размеренную жизнь, которую он оставил.

Ради этой жизни.

Ему поручили провести переговоры об освобождении заложника и объяснили, что при необходимости выкуп, требуемый похитителями, будет выплачен, потому что они хотели вернуть этого человека.

Человек был сказочно богат и известен тем, что объявил крестовый поход против нарушения прав человека в странах «третьего мира».

Джуд прилетел в Эль-Кристобаль – государство в Центральной Америке, чтобы встретиться с его президентом – отъявленным реакционером – и обсудить положение пленников, захваченных во время происходящей в стране войны против не согласных с режимом силами мятежников.

Но человек, которого он должен был спасти, не провел в стране и двадцати четырех часов. Он бесследно исчез. Три дня спустя ведущее агентство новостей получило фотографию, на которой он был изображен с кляпом во рту, с завязанными глазами и прикованным к стулу.

К фотографии было приложено требование главаря мятежников о выкупе. О главаре было известно лишь то, что его зовут Ксавьер. В требовании говорилось, что деньги нужны для финансирования справедливой войны народа против угнетателей.

Сама возможность переговоров вызывала большие сомнения. Скорее всего произойдет простой обмен. Обменяют одного идиота-идеалиста на сумму, равную общему заработку нескольких поколений мятежников, довольно цинично решил Джуд.

Джуд был выбран для этого задания, потому что уже бывал в Эль-Кристобале и знал тамошние порядки. Он сообщил кому следует о своем прибытии и стал ждать, когда на него выйдут.

Однако с самого начала у него начали возникать сомнения. Политические активисты, которые должны были связать его с мятежниками, на сей раз странным образом не желали вмешиваться. В какой-то момент Джуд пришел к убеждению, что они даже хотят отказаться связать его с нужными людьми.

Скорее всего они знали, что Ксавьеру доверять нельзя. Что он жаден и вычислил, что за двух заложников получит вдвое большую сумму выкупа.

«А я к этому не прислушался, – с горечью подумал Джуд. – Я хотел, чтобы именно мне приписали честь освобождения этого человека».

А теперь приходится расхлебывать последствия.

Но надо оставаться сильным и собранным. Он редко позволял себе вспоминать о той кровавой засаде, в результате которой его схватили и грубо куда-то поволокли с мешком на голове.

Когда-нибудь ему придется с этим разобраться, и он сможет заново все пережить и почувствовать свою вину. Но не сейчас.

Сейчас надо сосредоточиться на том, чтобы выжить и выбраться отсюда вместе со своим товарищем по несчастью.

Этого человека тоже держат здесь. Он мельком видел его в тот вечер, когда двое солдат привели – нет, приволокли – его, окровавленного, в рваной одежде и почти без сознания, в эту крепость в джунглях.

Джуд попытался окликнуть этого человека, но тут же получил прикладом по голове.

Джуд был уверен, что человек, которого он должен был спасти, содержится в соседней хижине. Он пытался установить с ним контакт с помощью азбуки Морзе – стучал оловянной миской по железному остову кровати. Однако ему никто не ответил.

Зато к нему вошел охранник, наорал на него по-испански и пнул в бок тяжелым сапогом.

У него на целые сутки отняли миску и не давали пить, и он решил, что больше такой ошибки не повторит. Ему нужна вода, чтобы выжить.

Джуд предполагал, что побои – это метод Ксавьера, который тот применял, чтобы увеличить сумму выкупа, и все ждал, когда же наступит его очередь. Но пока его не трогали.

Джуд объяснял по-испански, что он делает в Эль-Кристобале, и просил, чтобы его отвели к Ксавьеру, но все его просьбы с презрением отметались. Он общался только с охранниками, да и те постоянно менялись – по всей вероятности, из опасения, что между пленником и охранником могут установиться какие-то нежелательные отношения.