Сандра Браун - Женские фантазии

Он не походил на осьминога с хищными щупальцами, так и норовившими схватить, сжать и не отпускать. Несколько раз Элизабет чувствовала деликатное прикосновение его ладони к спине, когда он легонько подталкивал ее вперед. И все же эти легкие прикосновения, не более чем вежливые, неизбежно вызывали в ней сладостную дрожь.

Нет, Тед Рэндольф отнюдь не был неловок с женщинами. Тогда почему же он оставался холост? Возможно, у него за плечами были несчастливый брак и омерзительный бракоразводный процесс, отвративший его от мысли жениться вновь? Или ежемесячные алименты составляют столь значительную сумму, что второй брак невозможен по финансовым причинам? А вдруг он просто наслаждается сексуальной свободой холостяцкой жизни? Но почему она до сих пор не видела в его доме женщин?

Тед поставил перед ней чашку с кофе, на котором аппетитно поднималась пена.

— Сахар? Сливки?

— Сахар.

Он передал ей пакетик, который захватил с собой вместе с кофе. Элизабет задумчиво открыла пакетик и, высыпав сахар в чашку, размешала пластиковой ложкой.

— Вы когда-нибудь были женаты, Тед?

— Нет.

Он медленно тянул кофе, глядя на нее сквозь поднимающуюся пену.

— Да?

Элизабет надеялась, что он пойдет ей навстречу, но, похоже, его частная жизнь должна была оставаться для посторонних тайной за семью печатями.

— Я обычной сексуальной ориентации, если это то, что вас интересует.

Элизабет обожгла язык. От смущения ее лицо и шея покраснели.

— Это меня не волнует.

— Уверен, что это не так.

Она просто не в силах была выдержать его дразнящий взгляд.

— Возможно.

— Вы меня не обидели. К несчастью, если бы мне пришлось доказывать вам, что я гетеросексуален, обиделись бы вы. — В его глазах плясали озорные огоньки, и от этого они стали еще ярче и пронзительнее. — Хотя я был бы счастлив пойти вам навстречу, потребуй вы доказательств.

На этот раз Элизабет покраснела как рак.

— Я вам верю, — выдавила она, а затем, прочистив горло, добавила: — Но в ваши годы мужчины обычно бывают женаты.

— К тому времени, как человек доживает до моих лет, он все в жизни пробует хотя бы раз, — ответил он, вновь поддразнивая ее взглядом. Натешившись вдоволь ее смущением, Тед опустил глаза и, глядя в чашку с кофе, сказал: — У меня было несколько возможностей жениться. Было не одно серьезное увлечение, но до того как решиться пойти под венец, кто-либо из нас двоих или оба сразу теряли интерес друг к другу. — Подняв голову, он спросил: — А вы почему повторно не вышли замуж?

Мысленно Элизабет пыталась представить себе, что это были за «серьезные увлечения», и так задумалась, что вопрос застал ее врасплох. Она даже не сразу поняла, о чем Тед спрашивает.

— Я очень любила Джона. У нас была хорошая семья. Долгое время после его смерти я ничего не замечала, затем занялась магазином. Вы знаете, что это такое — в одиночку вести дело. Проблемы возрастают в геометрической прогрессии, если все в руках вдовы с детьми. Мне приходилось быть им и отцом, и матерью. Все это, вместе взятое, не оставляло ни сил, ни времени на личную жизнь. И, — добавила она, набрав для большей решимости воздуха в легкие, — я пока никого не полюбила.

— Думаю, что дело главным образом в этом, я угадал?

— Вы хотите сказать, что никогда не любили?

— Испытывал желание, страсть… Да. У меня было много женщин, с которыми мне нравилось спать, но чертовски мало тех, с кем бы мне хотелось просыпаться.

Сквозь шум толпы Элизабет тем не менее расслышала его тихие слова:

— Возможно, этот фактор будет определяющим. Я узнаю, что полюбил, когда пойму, что с этой женщиной я готов встречать каждое утро.

Их взгляды встретились, ни он, ни она не могли отвести глаз. Наваждение разбил голос Мэтта:

— Эй, Тед, посмотри!

Лицо мальчика представляло собой маску из красной и черной краски; своей, не нарисованной, оставалась только широкая улыбка. Лицо Мэган было разукрашено на манер печальной куклы Пьеро, с выразительными глазами, слезами на белых щеках и ртом в форме кроваво-красного сердца.

— Мэган, ты отлично выглядишь! — воскликнул Тед. — Но где, черт побери, Мэтт?

Мальчишка, рассмеявшись, принялся колотить Теда в грудь. Когда приступ веселья закончился, Мэган спросила:

— Вы уже допили свой кофе?

Тед посмотрел на Элизабет и беспомощно развел руками:

— Да, мы закончили.

Тед помог Элизабет встать, галантно отодвинув стул.

Наклонившись к ее уху так, чтобы она могла расслышать его, он спросил:

— Стоит ли нам заняться чем-нибудь на открытом воздухе?

— Думаю, да. В любом случае надо доказать Мэтту, что он не зря бегал за курткой.

Тед со смехом приобнял ее за плечи. Жест был всего лишь дружеским. Он и не думал ее соблазнять. Почему же тогда сердце так бешено забилось? Не станет мужчина рассказывать о женщинах, с которыми спал, той, которую собирается уложить в постель. О прошлом болтают с приятельницами. Если их отношениям и суждено развиваться, то они перерастут в дружбу, а никак не в любовный роман. Они будут друзьями, но не любовниками.

Однако Тед, похоже, не видел картины, которую мысленно нарисовала Элизабет.

— Осторожно, — сказал он, когда она оступилась на неровном грунте спортплощадки.

Рэндольф переплел свои пальцы с ее, и они пошли дальше, взявшись за руки. Его локоть прижался к ее груди. И мгновенная реакция ее тела в пух и прах разбила все хитроумные теории.

— Можно нам покататься на телеге с сеном, мама?

— Конечно.

Голос ее был тонким и слабым.

Мэган и Мэтт живо забрались на телегу.

— Простите, — сообщил возница, — я не имею права везти детей без одного из родителей.

— Нет проблем, — ответил Тед. — Мы тоже едем.

Он забрался на телегу и протянул руку Элизабет. Как-то так получилось, что ситуация вышла у нее из-под контроля. Все, кто уже находился на телеге и стоял сзади них в очереди, выжидательно смотрели на нее. Она могла либо устроить неприятную сцену, либо подать Теду руку, чтобы тот затащил ее наверх. Элизабет предпочла последнее.

Тед удостоверился, что Мэтт и Мэган благополучно устроились, и только после этого отыскал свободное место для них с Элизабет. Она тщательно обернула юбку вокруг ног, чтобы не касаться его бедром.

— Разве не здорово, мама? — спросила Мэган поверх голов сидевших между ней и Элизабет людей. Многие обернулись в ее сторону.

— Прекрасно! — ответила Элизабет, выжимая улыбку. Она слишком явно чувствовала руку Теда у себя за спиной, которой он опирался о борт телеги. Если бы она отклонилась назад, даже совсем чуть-чуть, то прикоснулась бы к его руке, а это все равно что оказаться в его объятиях. Еще никогда Элизабет не держалась так подчеркнуто прямо.