Кэрол Мортимер - Самый любимый

— Мой отец знает, где я, — возразила она, попытавшись изобразить высокомерие, хотя было видно, что она с трудом удерживается на ногах.

Джордан кивнул.

— Я думаю, что именно поэтому он и просит тебя вернуться домой.

— Но ведь ты…

— Выметайся отсюда, Синклер, — бросил ему Гари вызывающе. — Ты же видишь, дама хочет остаться здесь, со мной.

— Разве она хочет этого? — спросил Джордан, неотрывно глядя на раскрасневшееся лицо Лары. — Лара, мне все это надоело, — предупредил он. — Я не ожидал, что придется обегать половину Лондона, чтобы найти тебя.

— А чего ты ожидал? — спросила она насмешливо, слегка покачиваясь. — Что я буду смирно сидеть дома и дожидаться тебя?

— Разве я просил тебя о чем-то особенном? — сказал он резко. — Неужели надо было убегать из дома и вешаться на шею первому, кто захочет лечь с тобой в постель? — Он посмотрел на Гари с откровенным презрением. — Разве ты не могла, по крайней мере, дождаться моего звонка?

— Но ведь ты же позвонил, Джордан, — усмехнулась она, — моему отцу. Он сказал, что ты даже не упомянул свою поездку в Германию. Она, кстати, прошла нормально? — Лара не скрывала сарказма.

Он прерывисто вздохнул.

— Лара, или ты сейчас со мной уходишь, или остаешься здесь, с Риджуэем. — Джордан еще некоторое время пристально смотрел на нее, а затем, видя все то же вызывающее выражение в ее глазах, повернулся и направился к выходу.

Внезапно Лару словно пронзила молния — она поняла, что если позволит Джордану сейчас уйти, то никогда больше не увидит его! Она бросилась следом за ним и схватила за руку.

— Ты действительно летал в Германию? — Ее глаза умоляли сказать «да».

Он посмотрел на нее сверху вниз и скривил губы.

— Да, я действительно летал в Германию. — Он кивнул.

— Тогда почему ты не позвонил мне, когда вернулся?

— Я позвонил, — ответил он спокойно.

— Когда? — Лара с недоумением посмотрела на него. — Джордан, я ждала всю неделю, но так и не дождалась твоего звонка!

— Лара, что все-таки происходит? — вмешался Гари, которому явно надоело, что на него не обращают внимания, тогда как совсем недавно он чувствовал себя хозяином положения. — О чем вы тут все время толкуете? — Он нахмурился.

— Лара… — негромко произнес Джордан.

Она судорожно глотнула, поворачиваясь к Гари.

— Я думаю, мне лучше пойти с Джорданом, — сказала она чуть севшим голосом. — Я… Я прошу прощения. — Она прикусила нижнюю губу.

— Проклятая маленькая соблазнительница! — взорвался Гари. — Вот погоди, в один прекрасный день…

— Такой день, мой друг, уже наступил, — хмуро сказал Джордан и крепко взял Лару за руку. — Поверь мне — наступил!

В машине Джордан молчал, и Лара то и дело нервно посматривала на сердито сжатые губы. Наконец, она уже не могла больше выносить этого молчания и, видя застывшее на его лице выражение отвращения, попыталась оправдаться.

— Я всю неделю ждала твоего звонка, — повторила она. — И всю эту бесконечно долгую неделю я не выходила из дома. А сегодня днем отец сказал, что утром играл с тобой в гольф. — Она нервно стиснула руки. — Ты нашел время, чтобы сыграть с ним в гольф, но тебе оказалось некогда встретиться со мной! — произнесла она обвиняющим тоном.

Джордан повернулся и холодно взглянул на нее.

— Ты еще не протрезвела, — сказал он презрительно.

— Нет, я…

— Тебе показалось, что тебе в чем-то отказали, и поэтому ты кинулась на предполагаемого виновника, — заметил он насмешливо. — Ты не женщина, Лара, а просто избалованная девчонка. И, я думаю, пора, наконец, меняться. — Он остановил машину возле своего дома. — Я не хочу, чтобы ты была пьяной, — сказал он, поворачиваясь к ней. — Я хочу, чтобы ты была как стеклышко, когда мы будем в постели, и чтобы ты точно знала, кто лежит рядом с тобой. — Он вышел из машины, обошел вокруг и распахнул дверцу. — А теперь пошли прогуляемся! — сказал он тоном, не допускающим возражений.

— Но ведь идет дождь!

— Да пошли же, черт побери! — Его глаза вспыхнули, и Ларе пришлось пойти рядом с ним. Очень скоро и он, и она насквозь были мокрыми. — А теперь послушай меня, — сказал он резко, засовывая руки в карманы брюк черного вечернего костюма. — Сегодня утром я позвонил вам домой и, прежде чем я успел позвать тебя к телефону, твой отец объяснил мне, что ты встречаешься в городе со старой школьной подругой. Затем он спросил, не хочу ли я сыграть с ним в гольф. Я принял его предложение, поскольку прошлой ночью прилетел из Германии, чувствовал некоторое напряжение и нуждался в отдыхе. Когда я позвонил вечером, мистер Шофилд сказал, что ты отправилась на вечеринку к Риджуэю в каком-то совершенно безрассудном состоянии. Твой отец очень беспокоился за тебя, и теперь я понимаю, почему. — На его суровом лице опять появилось выражение отвращения.

От холодного дождя и быстрой ходьбы рядом с Джорданом она быстро приходила в себя и ее все больше охватывало чувство омерзения к самой себе, какое к ней, без всякого сомнения, испытывал и Джордан. Ей было горько от мысли, что она действительно собиралась лечь в постель с Гари — лишь бы только досадить Джордану и, рассчитывая на то, что он узнает об этом!

— Мне очень жаль, — сказала она с убитым видом. По ее лицу и волосам стекали струйки дождя.

— И это все исправляет, не так ли? — вырвалось у него. Джордан схватил ее за плечи и яростно встряхнул. — Вот уже во второй раз мне приходится вытаскивать тебя из чертовски опасной ситуации, а ты твердишь мне, что тебе очень жаль! Бог ты мой, да ты просто дурочка! Или, может быть, тебе действительно на все наплевать, — сказал он презрительно. — Сколько раз ты уже спала с Риджуэем?

Лара покачала головой.

— Да я никогда и…

— Вот только не надо уверять меня, что именно его ты пропустила, — сказал Джордан с насмешкой. — Неужели у тебя так мало уважения к себе, что ты готова лечь в постель с кем угодно?

— Все было не так, Джордан… — Она задохнулась от волнения. — Я чувствовала такую обиду, и я…

— И ты решила отплатить мне, — закончил он резко. — Но то, что ты переспишь с другим мужчиной, не поможет тебе. В прошлом у тебя уже было такое количество этих мужчин, что прибавление к ним еще одного меня не очень-то беспокоит.

Никто еще не говорил о ней с таким отвращением. Ее лицо стало совсем бледным, а когда насквозь промокшее платье прилипло к телу, Лара начала сильно дрожать. Она чувствовала на лице мокрые перепутанные волосы и расплывшуюся косметику.

— Ах, черт! — воскликнул Джордан, который, похоже, только сейчас заметил ее состояние. Он тотчас же снял свой черный пиджак и набросил ей на плечи; при этом собственная рубашка Джордана моментально промокла и облепила его.