Дж. Дж. МакЭвой - Сладкая красотка

Шлепок.

— Черт, да! — громко застонала я и облизала губы. Пальцы ног подогнулись. Я в своем личном раю.

Шлепок.

— Насколько красной твоя задница может стать?

Шлепок.

— Ох… да… пожалуйста! — я задрожала.

— Ты такая влажная, Фелисити, — сказал Тео. Он погладил мою киску, и я вздрогнула. — Это ради моего удовольствия, а не твоего… мне следует остановиться.

— Нет, — я начала умолять, не узнавая собственный голос, но мне было плевать. Я просто не хочу, чтобы он останавливался.

— Умоляй меня, — круговыми движениями он успокаивающе погладил мои ягодицы, прежде чем поцеловать их. — Умоляй меня, Фелисити.

От его хриплого голоса я задрожала.

— Пожалуйста… еще. Сделай это еще.

— Скажи, что принадлежишь мне.

— Нет. Я принадлежу себе.

— Неправильный ответ, — сказал Тео, и я почувствовала, как он убрал мои волосы в сторону, обнажая спину. — Ну что ж, я не стану торопиться и наслажусь тобой.

Он проложил дорожку поцелуев вдоль моего позвоночника. Его руки были везде. В один момент он хватал мою грудь, крепко сжимая ее и потягивая соски, а в другой уже прокладывал себе путь вниз вдоль живота, где начинал теребить мой клитор.

Тео поцеловал мою шею и вошел в меня двумя пальцами, двигая ими так медленно, что хотелось закричать от отчаяния. Я потянула галстук снова, желая прикоснуться к нему.

— Уступи мне, Фелисити, — он слегка укусил меня за ухо, и мои губы приоткрылись. — Позволь мне доставлять тебе удовольствие каждый раз, когда тебе это необходимо, независимо от того, где мы находимся. Я хочу трахать тебя везде.

Задыхаясь, я начала покачиваться в такт движения его пальцев и наклонила голову назад, чтобы предоставить ему лучший доступ к моей шее. Как только я приспособилась к этой новой пытке, он остановился, убрал пальцы и поднес их к моим губам.

— Оближи, — распорядился он, и я так и сделала. Высунула язык и попробовала себя на кончиках его пальцев. — Видишь, Фелисити? Твое тело желает принадлежать мне. Уступи мне.

Он прижал член к моему входу, позволяя почувствовать, насколько он тверд и как дергается от возбуждения.

— Уступи мне и я уступлю тебе, только тебе, и плевать на прошлое.

Грех, вот что я хотела. Именно его он и предлагал. Мне необходимо закончить эту пытку.

— Ладно, — прошептала я.

— Скажи это, Фелисити. Скажи это с гордостью.

— Я твоя, Тео. Только твоя.

Я знала, даже не видя, что на его лице сейчас красуется самая озорная из всех ухмылок.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — сказал он.

К черту шлепки.

— Трахни меня, Тео.

Никогда в своей жизни я не слышал трех более прекрасных слов. Не знаю, сколько смогу продержаться. Схватив смазку и презерватив, я надел его так быстро, что мои движения показались размытыми. Я схватил ее за бедра, и она застонала, страстно желая меня. Ее мольбы еще больше вынуждали приступить к делу.

— Черт возьми, — я стиснул зубы и осторожно вошел в ее задницу. Ее стенки сжались вокруг моего члена так сильно, что мне пришлось сдерживаться изо всех сил, чтобы не кончить прямо сейчас. Медленно продвигаясь, я растягивал ее под свой размер, мучая себя в процессе.

— Тео… ох… быст… быстрее, — умоляла она, и вся моя сдержанность вылетела в окно.

Одной рукой держа ее за плечо, а другой за бедро, я немного вышел, а затем толкнул свой член глубоко в нее. Я трахал ее так сильно и быстро, как только возможно.

— ДА! — выкрикнула она в экстазе, который, я удостоверюсь, станет одним из нескольких оргазмов за эту ночь. Наши стоны, ее чертовски тугая задница и мой член, пульсирующий в ней — этого достаточно, чтобы заставить мужчину потерять себя.

Я сжал обе ее груди, и, наклонившись вперед, поцеловал в шею.

— Ты моя, — заявил я.

— Твоя, — она даже не оказала сопротивления. За все время, что знаю ее, я уверен, она сделает это позже.

Я освободил ее руки и самое первое, что она попыталась сделать, это протянуть руки и потянуть меня за волосы. К недовольству Фелисити я остановил ее… я уже сказал, что сегодня вечером все ради моего удовольствия, а не ее.

— Черт, — прошипел я, врезаясь в нее еще раз, прежде чем кончить.

Ох, это только начало.

Мое тело обессилело, когда он вышел из меня. Перекатившись на спину, я сняла повязку с глаз и глубоко вдохнула. Он избавился от презерватива и лег рядом со мной, его голая грудь вздымалась от частого дыхания. Если это так и продолжится — а я хотела, чтобы мы смогли повторить эту ночь еще, как минимум, сотню раз, прежде чем завершим отношения друг с другом — мне просто необходимо рассказать ему.

Я приподнялась, облокотившись на локоть, и его зеленые глаза сосредоточились на моем лице.

— Что?

— Когда мне было шестнадцать лет, я училась в Джульярдской школе на отделении музыки и танца. Осенью, во время каникул, я, мой парень и его друзья поехали в Лос-Анджелес на выходные. Мы напились, и я подумала, что из всех них лучше я сяду за руль. Мы проехали немного больше километра… я проехала немного больше километра… прежде чем сбила женщину. В итоге я провела два года в Нидорфском исправительном учреждении для несовершеннолетних. Вот и все. Это мое прошлое. Теперь ты доволен? Или ты хочешь знать детали из моей повседневной прошлой жизни тоже?

Он уставился на меня на мгновение, затем повернулся и протянул руку за чем-то на полу… за мобильным телефоном. Не сказав мне ни слова, он поставил его на громкую связь и лег на спину рядом. Прозвучал лишь один гудок перед тем, как кто-то ответил:

— Да, мистер Дарси?

— Информация, которую ты собрал на Фелисити Харпер… избавься от нее.

— Конечно, сэр.

Он повесил трубку и положил телефон на пол, прежде чем притянуть меня к себе. Тео положил руку на мою задницу, и я коснулась его груди, переплетая наши ноги вместе.

— Когда я сказал, что плевать на твое прошлое, я имел в виду именно это. Ты не должна была рассказывать, — он поцеловал меня.

— Знаю, — я приподнялась и подвинулась, чтобы обхватить ногами его талию, — но теперь легче, когда ты знаешь. Кроме того, таким образом, мы не пропустим секс, и мне не придется целовать мужчин, которые мне не интересны.

Он перевернул меня и прижал своим телом к постели.

— Почему ты вообще поцеловала его?

— Вообще-то это не твое дело, но я поцеловала его на прощание. Это меньшее, что я могла сделать за то, что отшила его.

— Таким образом, ты — сердцеедка, мисс Харпер, — он усмехнулся и прижался ко мне.