По собственному желанию - Лилия Хисамова
— Что? — восклицаю я, чувствуя, как злость и обида наполняют меня.
— Саш, ну блин. Разжёвывать всё надо, что ли? Я бросил тебя, потому что ты толстая. В постели ты огонь, но вот «в люди» не хочется такую, как ты, брать. А Лина… Ну, ты сама понимаешь.
Сердце сжимается от боли и обиды.
Павел лишь пожимает плечами и с ухмылкой добавляет:
— Но моё предложение всё ещё в силе, — он садится на диван и похлопывает по колену, приглашая меня к себе. — Давай вспомним былые времена?
Отрицательно мотаю головой и чувствую, как на глаза накатывают слёзы.
— Так что случилось? Почему ты здесь? Ты же у нас гордая, просто так не пришла бы. Аааа, знаю, — поднимает указательный палец в воздух. — Александр твой наконец показал своё истинное лицо? А я предупреждал!
Сердце бьётся быстрее, я сжимаю кулаки, стараясь не выдать свою боль.
— Ты ведь знаешь, что для таких, как Александр, или для меня ты не можешь быть украшением, — продолжает он, позёвывая на диване. — Ты думаешь, он видит в тебе что-то большее? Нет, пышечка моя. Таким женщинам, как ты, всегда будет доступна роль только на заднем плане.
Я пытаюсь сохранять спокойствие, но каждое его слово режет по-живому. Всё, что он говорит, звучит как оскорбление.
— Просто прими это, — говорит Павел, вставая, чтобы лучше видеть мою реакцию. — Ты можешь быть сколь угодно хорошей, но никогда не станешь примой на главной сцене.
— Это очень жестоко.
Как бы было хорошо, если бы он поперхнулся чем-нибудь и закашлялся до тошноты. Ярость застилает мне глаза. Ещё минута, и я расцарапаю этому гаду лицо.
— Останься, давай я тебя порадую…
Чувствуя, что не могу больше находиться рядом, выхожу из квартиры, захлопнув за собой дверь. Несколько раз глубоко вдыхаю и выдыхаю, и тут на меня нападает нервный смех.
Хотела услышать правду? Услышала.
Глава 19. Решение
«Перезвони, как сможешь», — пробегаю глазами сообщение от подруг и убираю телефон в шкафчик.
Не могу пока ни с кем разговаривать.
Слова Павла вывели меня из равновесия. Его мерзкий голос до сих пор звучит у меня в голове.
Я потеряла саму себя. От былой самоуверенности не осталось и следа. Словно из плюшевой игрушки вытащили мягкий наполнитель и оставили лишь никому не нужную оболочку.
Затягиваю шнурки на кроссовках, выхожу из женской раздевалки и сразу иду на беговую дорожку. С утра в тренажерке практически никого нет, лишь из другого конца зала виднеются редкие фигуры качков, перебирающие гантели.
Надеваю наушники и, набирая скорость, погружаюсь в свои мысли.
Оказывается, всё, что требуется для счастья, — это красивая стройная фигура.
Вот сброшу я килограмм двадцать, наберу себе армию поклонников и выберу среди них самого достойного. Он будет любить меня больше жизни, заботиться и стряхивать с меня пылинки. А самое главное — этот мистер совершенство будет гордо задирать подбородок, взяв меня за руку в общественном месте. И никогда не посмотрит на других женщин.
Никогда!
Не сразу замечаю, как солёные капли стекают к подбородку, оставляя липкие дорожки на моих щеках.
После встречи с бывшим прошло уже три дня. Первые сутки я, отключив телефон, рыдала навзрыд. Выбросила из холодильника всю еду и начала голодовку.
Но продержаться на одной воде не так легко, как казалось.
Вот и сейчас думаю о еде, и голова опять кружится. Схожу с дорожки и выбираю лёгкий тренажер для ног. Сил в организме — кот наплакал, тело давно перешло в энергосберегающий режим. Зато два сброшенных килограмма кажутся мне манной небесной.
Не хочу быть толстой.
Хочу быть любимой и счастливой.
Если идеальное тело — это залог успеха, то я готова терпеть любые физические страдания.
Накануне позвонила в офис и сказала, что заболела. Босс пытался выйти на связь, но я заблокировала его номер.
Мне достаточно моего бывшего, который оказался тем еще подонком.
Пора перестать выбирать себе однотипных мужчин-изменщиков. Эти кобели только временно пользуются мною, а семьи заводят с красотками модельной внешности. Я, видите ли, им не под стать.
Как бы я ни тосковала по Саше, мне придётся уволиться и найти новую работу. Место, где я буду уважаемым и квалифированным сотрудником, которого ценят и которым дорожат, а не трахают на рабочем столе ради удовольствия, а потом боятся рассказать о нашем романе людям.
Всё это так. Но на новом месте у меня, наверняка, не будет такой же зарплаты. Александр Николаевич хоть и придирчивый негодяй, но на бонусы и зарплату сотрудников всегда был щедр. Даже чересчур. Поэтому мы все держимся за свои места.
Избаловала я себя высоким доходом. Привыкла жить на широкую ногу. Покупать элитное белье, заказывать еду в дорогих ресторанах. Теперь придётся урезать свой бюджет.
С этим можно справиться, но как смириться с тем, что на новом месте у меня не будет такого сексуального босса? Там мне никогда не испытать таких ярких оргазмов, как с ним.
Всё станет по-другому.
Выхожу из тренажёрки, и в сумке опять вибрирует телефон.
— Привет, — на автомате принимаю вызов от Машки.
— Ох, кто наконец нажал заветную кнопочку.
— Я была занята.
— Если не сексом со своим боссом, то мы больше не подруги, потому что другой причины я не приму.
— Тогда можешь удалять мой номер.
— Дам тебе второй шанс, если расскажешь мне всё в грязных подробностях.
— Я собираюсь увольняться.
— По какой причине? Слишком высокая зарплата? Слишком шикарный красавчик-босс? Или неистовый секс на рабочем месте поднадоел?
— Не угадала.
— Цени, что имеешь, дура.
— Сама дура.
— С кем поведёшься, как говорится.
Делаю глубокий вдох, чтобы обьяснить подруге ситуацию:
— Я встречалась с Пашей…
— Нет! Нет и ещё раз нет. Брось каку. Не наступай на одни и те же грабли.
— Погоди ты. Я встречалась с ним, чтобы поговорить.
— О чём можно говорить, с этим мудаком?
— Я спросила его, почему он бросил меня.
— Надо было не спрашивать, а благодарить за это.
— Маш, он сказал, что я толстая.
— И? — бесцветно отзывается.
— И?
— Толстая, полная, в теле, аппетитная. Это всё синонимы. Ты шикарная баба, Саш. Какая тебе разница, что этот недоумок говорит или думает?
— Он сказал, что бросил меня, потому что я толстая. И ему было стыдно быть с такой, как я.
— Охренеть! А тебе не было стыдно быть с таким идиотом? Люди бы подумали, что ты и сама не далёкого ума, если выбрала себе
