Фиктивный бывший и кот в придачу - Анна Варшевская

рассерженная кобра. - Вы вообще в своем уме?! Что вы тут устроили?!

- Давай свои ключи, зайду и возьму тебе твою пижаму с пандами! - отрезает хирург.

- А давайте я просто пойду и скажу, что никакая я не невеста и мы прекратим весь этот цирк!

- Не вздумай! - Князев прижимает меня к стене. - Мне мать жизни не даст после такого…

- А то так она прямо вам жить мешает! - дергаюсь, пытаясь вырваться.

- Лучше не выступай!

- А то что!

- А то…

Краем глаза мы оба замечаем движение - Маргарита Семеновна, что ли, выглядывает из кухни? - а потом хирург просто…

… берет и впивается в мои губы поцелуем!

Я даже ахнуть не успеваю, вообще ничего не успеваю - ни сообразить, ни подумать.

Потому что, черт подери, целуется этот гад просто… ошеломительно!

И когда отпускает меня минуту спустя, мне только и остается, что хлопать глазами и дышать, как рыба, вытащенная из воды.

И он дышит так же.

А еще мне в живот недвусмысленно упирается кое-что твердое.

- Это для конспирации, - шепчет Князев, снова чуть покраснев и сдвинувшись.

- Угу, - киваю глубокомысленно. - Я так и поняла. Вот это вот, - показываю глазами вниз, - тоже конспирация?

- Именно!

- Прекрасно!

- Вот и замечательно!

Мы оба слегка выдыхаем.

- Я сейчас принесу тебе твою пижаму. Ты делаешь вид, что все у нас прекрасно, - говорит мне тихо и быстро. - Изображаешь перед моей матерью счастливую невесту! А я за это… готовлю тебя к поступлению и рекомендую декану медицинского! Идет?

- А если откажешься… - Князев чуть прищуривается и не договаривает фразу, но я очень живо представляю, что именно он может мне устроить.

Заставляю себя дышать. Очень медленно. Через нос.

Ах, он… шантажист!

С другой стороны, ничего же страшного, так ведь? Ну, попритворяюсь я полчасика.… А потом всегда можно будет сказать, что мы расстались! Зато у меня будет рекомендация от хирурга, а это, знаете ли, тоже немаловажно…

А еще… а еще мне очень, просто до ужаса любопытно, что там за такая первая любовь, у которой имя как у меня?!

- Ну? - мужчина чуть крепче сжимает мои плечи, а потом вдруг криво усмехается. - Соглашайся! Тебе одна сплошная выгода со всех сторон. И я вполне приличный кандидат в женихи, ни одного оперативного вмешательства, селезенка на месте, медосмотр проходил три месяца назад…

- Ага, и зубы свои, - не удержавшись, закатываю глаза. - Я что, лошадь выбираю?!

- Ну, знаешь ли…

- Ладно, - киваю быстро. - Я сейчас вас…

- Тебя! - поправляет меня хирург.

- …тебя прикрываю, - вздыхаю, откидывая голову и прижимаясь затылком к стене. - До вечера. А дальше ты выкручиваешься, как хочешь!

- Договорились. Ключ от квартиры где? - он изгибает бровь. - Принесу тебе одежду. И не бойся, не собираюсь я копаться в твоем белье!

- В наружном кармане сумки, - так и хочется засветить ему между глаз, но я сдерживаюсь.

- Ладно, - мужчина кивает. - Иди, мойся, сейчас мать отвлеку и принесу все.

Отпускает меня и торопливо скрывается в коридоре, а я, зайдя в ванную и прислонившись к стене, с трудом сдерживаюсь, чтобы… не знаю, то ли засмеяться, то ли заплакать.

Это какой-то абсурд!

Хотя…. если вспомнить мою матушку и ее маниакальное желание пристроить меня на максимально «теплое» местечко и выдать замуж… Самое забавное, что я, в общем-то, как раз могу его понять.

Устало качаю головой, морщусь и, быстро раздевшись, встаю под душ. Слава богу, тут хотя бы душевая с непрозрачными стенками. Я бы не полезла… но, блин, после суточной смены такое ощущение, что вся пропотевшая и пропахшая дезрастворами. И вообще - зеваю так, что чуть челюсть не сворачиваю - спать хочу!

Мне везет. Или не везет, тут уж как посмотреть. Когда в ванную раздается легкий стук, я стою, закутавшись в полотенце, и причесываюсь.

- Да-да, - отвечаю негромко.

- Твоя одежда, - Князев, приоткрыв дверь, протягивает мне аккуратную стопку, но тут же зависает.

Остановившимся взглядом смотрит на мои влажные кудряшки, которые я перекинула через одно плечо себе на грудь.

- Спасибо, - тяну на себя свою пижаму, которую мужчина не сразу отпускает.

- Угу, - кивает рассеянно, продолжая пялиться теперь уже на грудь - слава богу, все прикрыто, полотенце удачное, большое.

- Роман Дмитриевич! - шиплю ему почти в лицо.

- На «ты»! - он наконец приходит в себя, обжигает меня взглядом. - Не забудь!

И, попятившись назад, вылетает из ванной.

А я выдыхаю и одеваюсь, чувствуя себя героиней какого-то дурацкого ситкома.

Приведя себя в порядок, выхожу на кухню и оказываюсь в эпицентре бури по имени Маргарита Семеновна.

- Ну наконец-то! - мама Князева хлопает в ладоши. - А то я уж подумала, ты там решила заодно порядок навести! Ты знаешь, Ромочка у меня с детства любил, чтобы все по линейке, все на своих местах! - игнорирует сердитый взгляд своего сына и кивает мне. - Ну, садитесь-садитесь, ешьте!

- Спасибо, - бормочу, присаживаясь за стол и стараясь не выдать себя нервной дрожью.

- Омлет, сыр, колбаска, вот тут винегрет, он с горошком, я сама мариную, между прочим! - рот у Маргариты Семеновны не закрывается ни на секунду. - Я и хлеб пеку сама, в хлебопечке, но он у меня особенный, с орегано, но ты, Агата, скажи, если не любишь. Не все переносят специи! Вот у Ромки в детстве была аллергия на укроп, представляешь?! Кто бы мог подумать… Ешь-ешь, милая, ты какая-то худенькая!

Я давлюсь кусочком хлеба.

Что?

- Мама, - устало тянет Князев, - может, дашь человеку поесть в тишине?

- Ой, а что я, мешаю что ли?! Да ладно тебе, Ром! Агата же не посторонняя! Вы ж у нас теперь… ну, ты понимаешь! - женщина машет рукой. - К тому же молчать за едой вредно! Вот я как-то раз молчала за ужином - и подавилась! Никто не услышал! Спаслась только потому, что мой первый муж, папа Ромы, уронил вилку и полез под стол. А я, значит, машу ему, лицо красное, булькаю что-то еле-еле, а он мне такой: «Марго, что за театр ты устроила?! Переигрываешь!»

Не выдерживаю и хихикаю, утыкаясь в чашку с чаем.

- Вот,