Дочка от отца бывшего (СИ) - Фави Ксения

Не знаю, сколько проходит, когда раздается деликатный стук в дверь. Малышка радостно несется к створке. Она уже успела погундеть и «махнуть рукой» на мать. Ведь та никак не реагировала и сидела в прострации.

- Дуся, привет. А мама где?

Платон не дождался ответа и, видимо, решил заглянуть так. Отмираю.

- Я тут.

Мужчина шагает вглубь наших апартаментов. На нем темная футболка, серые тренировочные штаны. Наверно, он давно готов к ужину.

- Вы есть идете? - вот и голос звучит немного удивленно.

А особенно его брови подскакивают, когда он видит меня на полу. Встаю на ноги, поправляю длинный сарафан.

- Да, конечно.

То есть мы все же остаемся? Или только на время? Не могу понять, какое я приняла решение. Вот ведь заморочка!

Наверное, муки выбора отражаются на моем лице. Потому что в него так и впивается пристальный взгляд Платона.

- Кать, всё в порядке?

Ух! Шумно выдыхаю, кручу головой.

- Мне звонят и угрожают!

Филатов даже делает шаг назад. Он мог ожидать каких-то женских глупостей или новый привет от моей интуиции. Но явно не такое.

- Так, иди-ка сюда.

Он берет меня за запястье, спокойно и без какого-то трепета. Шагает к бывшему дивану Даниила. Усаживает на него и опускается рядом сам.

- А теперь по порядку, - просит он.

Мы не говорили прямо и откровенно о той ночи между нами. Платон лишь намекнул, что помнит и не будет строить козни мне и Дане. Хоть эта интрига уже в прошлом, мне трудно начать именно с тех времен. Так что говорю о самом свежем звонке.

- Когда Дуня проснулась, мне позвонили. Мужчина. Его требование - мой уход из вашего особняка.

- Кто он?!

Хотелось бы знать.

- Понятия не имею. Мне… Мне звонили и раньше. Я испугалась. В полиции ничем не смогли помочь, звонки прекратились. Я даже стала думать на своих одногруппников. Но вряд ли их шуточки могли зайти так далеко.

- А тогда что требовал незнакомец?

Я сглатываю.

- Он хотел, чтобы я больше не писала и не звонила вам.

Мои ресницы опущены, но я все равно вижу, как дернулся Филатов. Кажется, даже отодвинулся подальше. Что если он сам сейчас погонит нас? Не захочет связываться с психом? Платон кажется мне человеком не робкого десятка, но насколько я его узнала…

- И что ты ответила ему тогда?

Тут я пожимаю плечами.

- Да ничего конкретно, просила оставить меня в покое. А после у него не было поводов мне звонить. Всё изменилось сейчас.

Мне больше нечего сказать о прошлом, Платон тоже не углубляется в те времена. А что тут сказать? Наши дороги и так разошлись естественным путем.

- Какой там номер? - Филатов переходит к делу.

- Он не определяется. Каждый раз новый набор цифр, а позже этот номер не доступен. Мой знакомый даже не смог найти его в базе.

Мужчина поднимает брови.

- Ладно, привлечем других специалистов.

- Я боюсь, он навредит моей подруге или тетке! Хотя с тетей мы практически не общаемся. Но жалко же человека!

На глаза набегают слезы. Бывают такие люди, которые не дают другим жить спокойно.

- Тихо, Катя, - Платон опускает руку мне на плечи, словно пытаясь защитить. Поглаживает пальцами. - Выпиши мне последний номер этого «шутника», а также данные своей подружки и родственницы. Есть у меня хороший знакомый, который обеспечит их безопасность.

Пришла моя очередь в изумлении раскрыть глаза. Филатов так конкретно возьмется за шантажиста? Я думала, в лучшем случае он скажет, не дрейфь. А за мысли, что он выгонит нас, мне теперь стыдно.

- Спасибо вам.

Поднимаю глаза на Платона, тот хмурится.

- Не за что, ведь здесь и моя вина. Если бы я только мог представить… Хм, - он немного молчит, рука на моем плече напрягается. Я не дышу, пока он медленно убирает ее. - А теперь давай успокоимся и пойдем к столу. И еще… Раз уж я выпал из роли твоего будущего свекра, говори мне «ты».

Нервно хихикаю, а потом просто хохочу. И сразу становится как-то спокойнее.

- Хорошо.

Глава 15

Мы, наконец, идем на кухню, особенно рада этому Дуня. Она уже откровенно хныкала и совала палец в рот. У дочки, на радость, хороший аппетит.

К ужину нам привезли отбивные из птицы и овощи на пару. А заканчиваем мы такую правильную трапезу моим манником. Филатов очень его хвалит и, что самое главное, с искренним аппетитом ест. Так что решаю еще как-нибудь испечь этот пирог.

- Какие у… тебя еще любимые блюда? - мне все еще очень хочется быть полезной бизнесмену.

А в глубине души и просто его порадовать. Ух, опасные мысли!

- Я вообще люблю поесть, - хмыкает Платон, забирая с блюда еще кусок манника, - хоть и стараюсь, конечно, чтобы здоровая еда преобладала.

Он оглядывается в сторону чайника, я машинально встаю и подливаю кипяток в его чашку. Жест заботы происходит на автомате.

- Мм… Правильную еду доставляют профессионалы. А что бы еще ты хотел есть? Иногда…

Тараторю, чтобы скрыть смущение. Возвращаюсь от тумбового стола за обеденный. Платон с улыбкой кивает на кружку.

- Спасибо. Насчет неправильной еды мои вкусы очень простые. Люблю блюда из детства - драники, беляши, вареники, запеченную картошку. Из сладкого кроме манника - шарлотку, сырники, вафли. Но только, Кать, не надо каждый день стоять у плиты, - он перехватывает мой взгляд, - хоть у тебя это и шикарно получается.

Комплимент меня немного успокаивает.

- Мне и самой будет в радость. Но и правда такие блюда должны быть не часто. Само собой, не каждый день.

- И то верно.

Такой милый разговор. Почти… семейный. Дуська тем временем раскрошила манник по столику, попала на пол. Но от Платона я опять же не вижу брезгливости из-за этого. И еще окончательно понимаю - он такой, по-хорошему простой человек. Хоть и имеет высокие доходы.

После ужина Филатов сразу уходит в свой кабинет. Пока еще не совсем поздний вечер, ему нужно поговорить с приятелем. Вроде тот когда-то работал в системе безопасности страны! Так что должен помочь разобраться в ситуации.

Вот только я забыла спросить, нужно ли мне о чем-то говорить с тетей или Алиской? За ними же, получается, будут наблюдать.

Так что мы с Дусей после еды играем в гостиной, чтобы перехватить до сна хозяина дома. Дочка скачет по диванам, я внимательно смотрю в сторону коридора. Проходит прилично времени, пока там показывается мужская фигура.

- Платон!

Машу ему рукой, чтобы он заглянул к нам. Филатов слушается. Его лицо сосредоточенное, видимо, после разговора.

- Я хотела спросить, должна ли я предупредить подругу и тетку? - встаю на ноги из кресла.

Платон еще шагает, но уже машет головой.

- Нет. Люди Руслана будут оберегать их на расстоянии, - он смотрит на мой нахмуренный лоб, - не вмешиваясь в частную жизнь. Но твои близкие должны вести себя как ни в чем не бывало. Если они будут знать, у них не получится.

- А зачем?

Филатов выдыхает.

- Мы должны не только защитить их, но и раскрыть личность этого у… В общем, этого не в меру наглого человека, - он оглядывается на Дуську, - я никому не позволю лезть в мою жизнь.

Хм, Платон принял ситуацию более лично, чем я думала.

- Надеюсь, все получится, - обнимаю себя руками.

Мужчина подходит ближе. Я не так остро реагирую на него, потому что мозг еще забит мыслями про угрозы. Прихожу в себя только, когда чувствую ладони на своих плечах. Они опускаются по бокам и чуть сжимают.

- Вашу с Дусей безопасность я тоже обеспечу.

Интересно, что я не подумала об этом моменте. Словно в этом доме нам просто по факту ничто не угрожает.

- Не бойся.

Мужчина понимает мое молчание по-своему. Уже собираюсь сама его успокоить. Но не могу проронить слово, потому что его руки поднимаются вверх. Он берет в них мое лицо, большими пальцами быстро гладит по щекам. Неужели сейчас он попытается…

Это был бы не первый наш поцелуй, далеко не первый. Мы оба свободны, как выяснилось, и не будет большим шоком его попытка сблизиться со мной. Больше того, меня саму безумно к нему тянет. Вот только… Я не хочу, чтоб это снова была простая вспышка страсти. Хоть и вот-вот воспламенюсь.