Снежный ком любви - Наталия Анатольевна Доманчук

добирались часа два. Снежана была на пределе, и хотелось ей только одного – закрыться в комнате и плакать. Нет, не плакать, а рыдать! И еще жаловаться на свою судьбу: почему так? Кто выдал ей такую карму? Неужели ничего нельзя изменить?

Альберт взял ее под руку и повел к подъезду. Старый лифт поднял их на шестой этаж, мужчина долго возился с замком, и Снежана еле сдерживалась, чтобы не убежать.

Они зашли в чужую квартиру, она потянула носом и вдохнула в себя этот пропахший чужой жизнью запах. Панический страх сковал мышцы Снежаны, и она беспомощно опустилась на банкетку в коридоре. Да, ей это было не впервой, и они даже были в этой квартире пару лет назад, но сейчас ей стало страшно. За себя. За то, что жизнь утекает, как песок, сквозь пальцы, а она тратит ее вот на такие отвратительные фальшивые встречи: с чужим мужем, в чужой квартире, в окружении чужих стен.

Альберт потянул ее за руку, планируя отвести в спальню, но она не в силах была пошевелиться, только подняла голову и еле дыша посмотрела ему в глаза. Он хмыкнул, приняв ее расфокусированный взгляд за нетерпение, и стал расстегивать ремень на брюках.

– Вижу, что соскучилась, – сказал он ласково, – на, возьми его в свой прекрасный ротик. Сделай, как ты всегда делаешь, доставь себе такое удовольствие, я же знаю, как ты хочешь его…

Он спустил брюки с трусами и вывалил перед Снежаной свой возбужденный член.

Женщина моментально вскочила, прикрыла рот рукой и стремглав выбежала из квартиры. На площадке ее вырвало, но она так боялась, что Альберт догонит и заставит вернуться, что помчалась по ступенькам вниз не оглядываясь.

Выбежав из подъезда, она понеслась куда глаза глядят. Она надеялась, что бежит в сторону метро, но, когда уже выбилась из сил и остановилась, поняла, что находится в парке.

Слезы текли по щекам, а сердце гулко стучало, она так боялась, что ее догонят, как будто за ней гнались хулиганы, а не мужчина, которого она любила. Она присела на лавочку и достала из кармана телефон. Двенадцать пропущенных звонков от Альберта и десять сообщений: «Снежана, что случилось?», «Где ты?», «Возьми трубку». Она смахнула сообщения и, открыв карту, поняла, что находится рядом с метро «Волоколамская».

Домой ехать не хотелось. Ей совсем ничего не хотелось. Снежана устроилась на скамейке поудобней и просто наблюдала за прохожими. Просидев в такой прострации больше часа, она собралась с силами и пошла в сторону метро. По дороге позвонила Антону:

– Антош, закрой, пожалуйста, офис, я сегодня на работу уже не вернусь.

Снежана решила, что дома ей сегодня будет спокойней, Альберт туда не сунется, потому что знает, Саша может прийти домой в любую минуту.

– Хорошо, Снежан. Я как раз хотел тебе звонить. Тут это… тот мужчина, который был у тебя утром, принес огромный букет цветов. Я тебе сейчас сброшу в Ватсап фото.

Снежана на секунду замерла и почему-то сразу подумала про Альберта, но Антон ее опередил:

– Я имею в виду того, что инспектировал меня по наименованию запчастей.

– Поняла, – немного расстроилась Снежана, – надо их в воду поставить… только у нас и вазы нет.

– Он это понял, когда я заметался в поиске какой-нибудь банки, и сказал, что привезет сейчас вазу. Так что вот, жду его…

– Хорошо. Спасибо, Антош.

Снежана нажала на отбой и посмотрела на экран телефона – Антон выслал ей фотографию букета. Он был огромный, штук сто, не меньше, и это были ее любимые цветы – тюльпаны.

На душе стало немного теплей. Она таких букетов сроду не получала. Альберт в день рождения и на Восьмое марта мог поздравить ее розами: три, пять, максимум семь штук. Кирилл Александрович, который три года добивался взаимности и предлагал руку и сердце, никогда цветов не дарил.

А этот букет был прекрасен! Вот бы все вернуть вспять и сделать так, чтобы не Саша с ним встретилась на пешеходном переходе, а она…

В родной квартире Снежану ждал сюрприз: Саша с Дашей решили устроить «денчинку» на двоих.

– Вечеринка – это ведь вечером, а так как сейчас день, то у нас денчинка. Будешь с нами? – спросила дочь с порога и покрутила в руке бутылку Moёt.

– Нет, спасибо, – отказалась Снежана.

– А чего ты так рано?

– Устала…

– Ну так давай немного расслабься! – Саша хихикнула и подлила шампанского себе и подруге.

Даша хоть и опустошила бокал, но радости на ее лице все равно видно не было. У Снежаны зазвонил телефон, и она посмотрела на экран: Лера. Пару секунд она сомневалась, поднять или нет, этим воспользовалась нетрезвая Саша и схватила ее телефон.

– Лер, привет! Приезжай к нам на шампанское.

Валерия что-то ей ответила, и она недовольно протянула трубку матери:

– На, тебя требует!

Снежана поднесла телефон к уху.

– Ты чего дома? Что-то случилось? – спросила подруга.

Снежана молчала. Только ком к горлу подкатил, и она размышляла, что ей ответить.

– Сейчас подойду. Никуда не уходи и ничего не решай. Двадцать минут просто посиди и помолчи. Можешь выпить бокал шампанского… Погоди! Может, ты уже пьяная?

– Нет, – тихо ответила Снежана.

– Все. Бегу.

Снежане сразу стало легче, как гора с плеч. Сейчас Лера придет, она ее обнимет, и все пройдет, все печали уйдут, как всегда было в детстве. Да и не только в детстве. Лера с ней была всю ее жизнь… Она была тем самым человеком в ее жизни, который не стремился ее переделать, перекроить, подстроить под свое лекало и сделать удобной для себя. Она просто принимала ее любое настроение, резкие слова, истерики и слезы. Поистине бесценные люди – это те, кто принимает нас целиком и полностью, с нашими заскоками и заморочками. С такими людьми не нужно себя одергивать, бояться сказать что-то не то или сделать что-то не так. С такими даже и поссориться невозможно, они все понимают и всегда на твоей стороне.

Лера была тем единственным человеком, который ее любил – всегда, сколько она себя помнила… А когда человека любят, то всегда беспокоятся. За его здоровье, душевное состояние, даже плохое настроение. И это не имеет ничего общего с контролем или ревностью: «Доедешь, обязательно позвони!», «Не пей так много!», «Ты ела сегодня что-нибудь?» Такому другу нужно только одно – чтобы ты был здоров и счастлив.

И для Снежаны этим другом была Лера.

Осенний день кормит всю зиму

1998 год

Тяжелей всего Снежане было проходить мимо комнаты, где жила бабушка.

Только через полгода она смогла войти туда и подойти к бабушкиной постели. Комнату нужно было прибрать, выбросить белье, перебрать бабушкины вещи в гардеробе.

Когда Снежана нашла деньги под матрасом, с ней случилась истерика. Она долго, не переставая, плакала навзрыд, обнимая испуганную дочь, и не могла