Разлучница. В плену прошлого - Татьяна Семакова

— Останови-ка, — говорю Вале, едва мы его проезжаем. Он тормозит на обочине, а я выхожу и неловко спускаюсь в кювет, а затем иду к берегу, на то самое место, куда передними колесами приземлилась машина Школьникова. — Вот скажи мне, какова вероятность? — спрашиваю у Невзгодова не оборачиваясь, но точно зная, что он прямо за моей спиной. — Это ж чудо самое настоящее, Валь. Чтоб вот так случайно вылететь с моста, да прямо на берег.

— Тоже об этом думал, — отвечает глухо. — Давай-ка прогуляемся.

Возвращаемся к дороге и идем по пешеходной дорожке вдоль моста в обратном движению автомобилей направлении. Я останавливаюсь в том месте, где, судя по фотографиям, машина пробила ограждение, Валя идет дальше. Отходит от меня метров на пятнадцать, приседает и ковыряет металл.

— Вик! — зовет и я тороплюсь подойти, садясь на корточки рядом с ним. — Смотри.

Смотрю.

Делаю крен вбок, потом в другой, со злой ухмылкой глядя на то, как остатки белой краски бликуют, отражая солнечный свет.

— Сученыш, — нервно смеюсь и поднимаюсь, уперевшись ладонями в колени. — Подлый сученыш все спланировал.

Валя ставит ладони там, где начиналась и заканчивалась полоса светоотражающей краски, оглядывается на дорогу и морщится:

— Похоже на то. Расстояние до места, где вы вылетели, как раз хватит для того, чтобы на скорости в шестьдесят километров в час крутануть рулем после отметки. Рассчитать траекторию полета после столкновения, зная скорость и габариты машины также особого труда не составит, при желании. Но, судя по тому, что приземлились вы не ровно на берег, он все же не учел, что скорость снизится после столкновения с ограждением. Или просчитался с погрешностью.

— Он убил его, Валь. Убил моего ребенка. Специально! — последнее зло выкрикиваю, разгибаясь и сжимая кулаки.

— Необязательно, что он добивался именно этого. Необязательно, Вик, — заверяет торопливо, встав рядом и схватив за плечи. — Посмотри на меня. Посмотри. Он мог хотеть лишь добиться твоего расположения. Стать героем в твоих глазах.

— Он прекрасно знал, что я в положении. Сумел произвести расчеты нашего полета, но не подумал о возможных последствия для здоровья? — насмешливо фыркаю. — Да не смеши. Он знал, что это может случиться. Знал, что это, — тыкаю пальцем в ограждение и ору: — Опасно! Мне, по-твоему, должно быть легче от того, что, — Валя вдруг впивается пальцами в мои плечи, причиняя ощутимую боль, я затыкаюсь на полуслове и только в этот момент краем глаза замечаю, что на дороге стоит машина. Поворачиваю голову и вижу Смолина.

«Что убийство нашего ребенка было непреднамеренное», — договариваю мысленно, с болью глядя в глаза Смолину.

Подхожу к нему, и он обнимает меня.

— Подлый ублюдок, Вик. Он просто подлый ублюдок, — говорит негромко.

— Ты видел это?

— Видел. Еще до того, как он попытался ее отскоблить. Сочная белая полоса, которую отлично заметно с дороги.

— Поэтому ты…

— В том числе. Давай двигать по плану, окей? — Я немного отстраняюсь и задираю голову, а он целует меня куда-то в бровь. — Я поеду вперед, посмотрю, нет ли на месте каких-нибудь сюрпризов. Топай.

«Ты просто увиливаешь от разговора», — вздыхаю и возвращаюсь к Вале.

— С такими друзьями и враги не нужны, — проговариваю с отвращением.

— Устроишь завтра дебош? — хмыкает Невзгодов.

— Нет. Буду счастливой. Пусть подавится.

Но жизнь слишком непредсказуема. Кто бы мог подумать, что мы оба в какой-то степени окажемся правы.

Глава 11

Место обнаружения когда-то было огорожено лентами, привязанными к деревьям и кустарникам, но сейчас их остатки развиваются на ветру, скорее подсказывая, где искать.

— Должен признать, отличное место, чтобы спрятать тело, — отмечает Валя. — От дороги далеко, посадка надежно скрывает машину, если внедорожник, то проехать можно с легкостью. Землю не возделывают и вряд ли будут, если есть историческая ценность, но все давно разрушено, так что вероятность любопытных глаз минимальна. Двенадцать лет с захоронения первой жертвы, и случайность, из-за которой их всех обнаружили.

— Тут не на что смотреть, — хмуро пинает муравьиную кочку Смолин.

— Как знать, — тяну задумчиво. — Место-то хорошее. — Валя бросает на меня заинтересованный взгляд, и я продолжаю рассуждать, воодушевленная его реакцией. — Смотрите, в убийствах всех трех девушек есть некая система. Сначала три года промежуток, потом два, потом год. Марину не считаем, но после нее — никого. Кажется, будто убийца вошел во вкус, но после нее, случайной, ему пришлось искать другое место. Но зачем ходить далеко? — расставляю руки в стороны и прокручиваюсь вокруг своей оси. — Посмотрите, сколько места. Все прочие преимущества никто не отменял. Перекапывать гектары никто не станет, даже если обнаружат одну из могил.

— Одну из? — брезгливо кривит губы Смолин.

Пожимаю плечами.

— В этом что-то есть, — на свой манер хвалит Валя. — Разделяемся.

И сразу же начинает двигаться в обратном от дороги направлении.

— Одна ты никуда не пойдешь, — на всякий случай сообщает Костя, но я и без того уже иду к нему.

— Не собиралась, — отвечаю надменно и беру его под руку, которую он тут же сгибает в локте для моего удобства. — Тут женщин убивают, а я не самоубийца.

Бродим мы довольно долго. Доходим до места, где по карте, которую нарыл Валя, была деревня. Подтверждаем находку обилием произрастающей крапивы. Заросли такие пышные и высокие, что можно с легкостью определить, где были дома и сараи.

— Тут кто-то проезжал, — замечает Костя. — И не так давно. Не нравится мне это.

— С чего ты взял, что недавно?

— Позавчера был дождь, он бы смыл все следы. Скинь детективу локацию.

Отправляю и получаю аналогичный ответ.

— Он с другой стороны деревни, — говорю Косте. — Пойдем навстречу, мне как-то не по себе тут…

Смолин берет меня за руку и через десять минут мы видим Невзгодова, присевшего на корточки на том месте, где когда-то была проселочная дорога.

— Дальше не поехал, — сообщает Валя, когда мы подходим. — Развернулся и обратно. Там дальше есть удобный выезд на шоссе. Вы — направо, я — налево. Кто первый — свистит.

Невзгодов. Спустя минут пять, не больше. Я морщусь и вздыхаю, не испытывая никакого удовольствия от того, что оказалась права, Костя хмурится, но мы вместе идем посмотреть. Валю находим в паре метров от небольшого участка свежевскопанной сырой земли, успевшей лишь слегка подсохнуть.

— Вызываем? — спрашиваю у мужчин и оба кривятся, как от кислого. — Ну, вариантов-то нет.

— Вам лучше уехать, — говорит Невзгодов. — То, что нашел я — логично. Я интересовался делом, проблем не будет. Но мое имя мелькнет, моя физиономия — тоже. Так что безопаснее вообще