Предатель. Дочь от любовницы - Адриана Чейз

квартиру и не дав туда заселиться ни свекрови, ни Соне, ни любовнице мужа. Так что пусть держит оборону и дальше.

— Мне уже лучше, — соврала отцу.

Сама же, присев сверху на закрытую крышку унитаза, принялась раздумывать. Отравиться я не могла — уха была свежайшей, папа ел ее вмест со мной. Да и прошло бы уже все за три дня, если уж так посудить. Вирус? Тоже вряд ли, папу бы он свалил следом, ну и тоже бы пошел на спад, учитывая, что обычно я довольно быстро с ним справлялась.

Оставалось два предположения: или я заболела чем-то неизлечимым, или… забеременела. И, честно говоря, хрен редьки был не слаще. Нет, конечно, смертельную болячку я уж точно в своей жизни наблюдать не желала, но и ребенок… Он ведь будет от мужчины, который так вероломно меня обманул!

С другой стороны, харчами перебирать при моем возможном диагнозе точно не стоит. Да и Игорю, во избежание нервных срывов, пока не обязательно говорить о ребенке.

Я подумала об этом и даже дрожь по телу прошла от того, какие чувства вызывали эти мысли… Ребенок… такой долгожданный и желанный. Если мы с Харламовым все же его зачали, то случилось это, прямо скажем, не в самый удачный момент.

— У меня все хорошо! — заявила папе, что стоял под дверью, обеспокоенный донельзя, когда я вышла.

Улыбнулась через силу и поплелась в комнату. А через час соскребла себя с кровати, спустилась в аптеку за тестами и, вновь оккупировав ванную, узнала свой приговор.

На тесте, стоило мне только его сделать, проявились две яркие-преяркие полоски.

Я была беременна.

7.1

Смириться с этой мыслью получилось не сразу. Несмотря на несколько полосок тестов, которые показали тот же результат, что и первая, поначалу я впала в состояние неверия. Ну не может быть такого, чтобы три года под наблюдением врачей прошли без толку, а тут вдруг в тот момент, когда уже я и с отцом-то ребенка разошлась — беременность! Просто не может быть!

Но среди этого чувства, что со мною происходит нечто из разряда фантастики, пробивался робкий росток надежды.

Решив, что продлю больничный и отлежусь во время токсикоза, я посудила, что самым верным будет уже завтра поехать в консультацию. А пока… пока я просто места себе не находила, когда голову мои заполняли мысли о малыше. Надо же… Я стану мамой!

— О! А вот и моя доченька!

Голос матери донесся до меня в тот момент, когда я собиралась почитать что-нибудь в интернете на тему первых дней беременности. Сама она появилась на пороге, обеспокоенная донельзя. Наверняка отец все же набрал ее номер и рассказал, что я тут который день зову ихтиандра.

— Могу поспорить, это папа, — буркнула я, глядя авоську, в которой мама принесла апельсинов.

При виде пузатых оранжевых фруктов рот мой сам по себе наполнился слюной.

— Папа, конечно, — пожала она плечами. — Сообщил, что ты больна! Почему ты мне не позвонила?

Она подошла ко мне, забрала у меня ноутбук и, отставив его, велела:

— Ложись! Мы будем мерить температуру! И не переживай за квартиру. Я оставила Модеста держать оборону! Как только выясним, что с тобой, поеду обратно.

Она вытащила апельсины словами: «Уже мытые». Два из них положила на столик, остальные убрала в ящик. И когда собралась на кухню, видимо, за градусником, я сказала:

— Никакой температуры у меня нет. Я беременна, мам…

И снова после этих слов возникло чувство как будто попала в параллельную реальность. Брови же матери приподнялись, она спросила деловито:

— Надеюсь, не от Игоря?

Меня аж затопило волной возмущения.

— Вопрос не уместен! Или ты считаешь, что я тут же побежала по мужикам? — прошипела я, негодуя.

Мама глубоко вздохнула и ответила:

— Нет, как раз не считаю. Но это было бы вполне нормально! И вовсе необязательно путаться с кем попало, а вот отыскать себе быстро кого-то, с кем проведешь приятно время — вполне! Ты красивая, молодая. Да на тебя очередь встанет, как только ты отпустишь всю эту ситуацию!

Я поджала губы и сложила руки на груди.

— Нет, мам. Даже если бы я, как ты выразилась, приятно проводила время, я бы предохранялась!

На память тут же пришел тот день, когда мы познакомились с Янковским. Он, конечно, сказал, что между нами ничего не было, но проверить это я не могла. А что, если Влад мне соврал и все же было? Тогда отцом ребенка мог быть вовсе не Игорь…

— Ладно, милая, какая разница, от кого у меня будет внук? — добавила мама, улыбаясь. — Главное, что я доверяю тебе в этом вопросе на все сто! И пойду сварю бульончика, он тебе сейчас очень кстати!

Она ушла, а я, тоже тяжело вздохнув, взялась за апельсин. Нужно будет съездить к Владу уже завтра утром и стребовать с него каких угодно клятв в том, что мы с ним не занимались сексом. Тогда отцовство будет очевидным…

Я проснулась на рассвете с колотящимся сердцем. Всему виной был сон, в котором я находилась сразу с двумя мужчинами, каждый из которых пытался добиться моего расположения. Но, на удивление, мамины вчерашние легкие блюда сотворили чудеса. Тошнота хоть еще и оставалась, но с ней вполне можно было существовать.

Наскоро перекусив и стараясь не шуметь, чтобы не разбудить отца (мама снова поехала к нам с Харламовым в квартиру), я вышла из дома и отправилась к Янковскому. Адрес его помнила еще после своего побега, так что с этим проблем не возникло. Рассчитывала застать его до того, как он уйдет на работу, чтобы не звонить по телефону для выяснения таких важных вопросов. Мне нужно было видеть лицо Владислава в тот момент, когда я стану расспрашивать его о той ночи.

Открыл он мне почти сразу же. Стоило мне только нажать кнопку звонка, как дверь распахнулась и на меня не без удивления воззрился Янковский собственной персоной.

— Доброе утро, — улыбнулся он мне, весьма довольный тем, что я явилась к нему ни свет, ни заря.

Был он одет в одни спортивные штаны, отчего я смущенно отвела взгляд, чтобы не глазеть на мускулистую фигуру парня.

— Доброе, — ответила, переминаясь с ноги на ногу. — Можно я зайду?

— Конечно! — кивнул Влад и отступил в сторону. — Если ты за теми документами, то я их уже привез и отдал Елене. Она тебе не говорила?

Я помотала головой. По правде говоря, уж о чем совершенно сейчас не