Сросшиеся с ним - Кайли Кент

этого парня приходит раз в месяц. Всегда в первое воскресенье месяца. Иногда их двое, но чаще всего одна. Они всегда выставляют дополнительную охрану, когда она приходит, — говорит он.

— Они что, знаменитости или что-то в этом роде? Это кажется экстремальным для одной цыпочки.

— Не знаменитые, но дочери у него горячие, обе, очевидно, они выглядят чертовски одинаково.

В этот момент волосы на моих руках встают дыбом. Что-то не так. Я смотрю в сторону двери, в которую только что кто-то вошел.

— Черт, что за хрень? — я говорю достаточно тихо, чтобы меня услышал только Дэн. Он поворачивается и видит ее.

— Да, это она. Я же говорил, что она чертовски сексуальна, — он ухмыляется.

Я бросаю на него смертельный взгляд.

— Следи за своим поганым ртом, никогда больше не говори о ней так.

— Вау, приятель, какого черта? Погоди, ты ее знаешь?

Я не отвечаю. Не могу отвести от нее глаз. Тот факт, что охранник, который проводил ее, кажется слишком близко знакомым с ней, выводит меня из себя. Что-то не так — почему она оглядывает комнату, словно ищет кого-то? Как только ее глаза встречаются с моими, она замирает, на лице появляется шок.

Придурок рядом с ней дотрагивается до ее руки, прежде чем что-то спросить. Я уже собираюсь встать со стула и вытащить ее обратно за дверь, через которую она вошла. Но останавливаюсь, когда она едва заметно качает головой в знак отказа и продолжает идти к тому, что, как я теперь знаю, является столиком ее отца.

Черт возьми, это не место для визита такой девушки, как она. Теперь я понимаю, зачем в зале нужны дополнительные охранники. Я оглядываюсь по сторонам, каждый гребаный мужчина прикован к ней взглядом. Мне хочется свернуть шею каждому из них. Я изо всех сил стараюсь привлечь их внимание; как только они замечают, что я бросаю на них взгляд жнеца, они отводят глаза.

— Похоже, кто-то тоже запал? — спрашивает меня Дэн.

— Я, бл*дь, ни на кого не запал, идиот, — отрицаю я.

— Ты в этом уверен? Потому что ты не слышал ни слова из того, что я сказал за последние десять минут, и не сводил глаз с той девушки.

— Она одна из лучших подруг Алиссы. Она также работает в клубе, так что я просто присматриваю за ней, вот и все.

— Отрицай это сколько угодно. Я знаю тебя лучше, чем ты сам. Ты, мой друг, по уши влюблен в нее, — Дэн ухмыляется.

— Бл*дь. Ладно, она мне нравится, младшему она нравится еще больше, но она не хочет быть со мной. Хватит ржать, ублюдок. Мы никогда раньше не сталкивались с такой проблемой. Ты знаешь не хуже меня — дамы никогда не отказывались от свиданий с младшим, — я пожимаю плечами, как будто это не имеет значения.

— Во-первых, перестань говорить со мной о своем члене. Во-вторых, перестань ныть, как маленькая сучка. Никогда не думал, что увижу день, когда Брэй Джонсон проиграет бой, — смеется Дэн. — Ты боец, Брэй. Сражайся за девушку, в которую влюблен.

Он прав. Мне нужно бороться изо всех сил, чтобы заставить Райли понять, что она моя.

— Ты прав. Я не сдаюсь, просто разрабатываю план боя.

— Сделай мне одолжение, подожди со свадьбой, пока я не выберусь из этого заведения, потому что это будет чертовски крутой мальчишник, и я хочу поучаствовать в этом дерьме, — смеется Дэн. Я игнорирую его и продолжаю наблюдать за Райли с ее отцом, который время от времени бросает на меня взгляд.

— Почему он здесь? — спрашиваю я Дэна.

— Кто? — спрашивает он, оглядываясь по сторонам. — О, отец твоей девочки?

— Да.

— Слышал, его сына сбил насмерть пьяный водитель. Система правосудия отпустила водителя, поэтому чувак пошел и застрелил его с близкого расстояния.

Какого черта? У Райли погиб брат, а ее отец попал в тюрьму. Что ж, теперь ее сопротивление сближению с мужчинами становится понятным. То, как она замкнулась в себе в то утро, когда копы появились у моей двери, — все это имеет смысл. Черт, я идиот. Почему я просто не сказал ей, за что меня арестовали? Она, наверное, думает о худшем из возможных сценариев. А как иначе?

Я смотрю, как ее отец поднимает к ней руку; кажется, он смахивает слезу с ее лица. Какого черта она плачет? Все мои силы уходят на то, чтобы не встать и не пойти к ней. Это я должен сейчас утешать ее, это я должен вытирать слезы с ее лица.

Я жду, пока прозвенит звонок, и вижу, как она начинает подниматься.

— Хорошо поболтали, приятель. Мне пора. Увидимся в следующий раз, — говорю я Дэну, вставая и направляясь к Райли.

Я позволил Райли вытащить меня из тюрьмы, как бы мне ни хотелось врезать охраннику, который сказал мне не трогать ее. Не трогать? У него хватило наглости сказать мне, что я не могу прикасаться к тому, что принадлежит мне. Да пошел он. Моя девочка все равно его отшила. Только не говорите ей, что она моя девочка, а то она тут же убежит как можно дальше.

Как только мы добираемся до ее машины, я разворачиваю ее и прижимаю спиной к двери. Не теряя времени и не давая ей времени на раздумья, я прижимаюсь губами к ее губам. В тот момент, когда наши губы соприкасаются, я чувствую себя так, будто только что вернулся домой, а ее прикосновение посылает молнии по всему моему телу.

Я целовался со многими женщинами, слишком многими, чтобы их можно было сосчитать. Но никто и никогда не вызывал у меня таких чувств, как поцелуй Райли. Именно в этот момент я думаю о том, что Дэн, возможно, прав. Я действительно могу полюбить эту девушку. Черт, теперь я говорю так, будто потерял яйца.

Прижимаясь к Райли сильнее, я убеждаюсь, что она чувствует, насколько счастлив младший от этого поцелуя. Он твердый, как гребаный камень. Райли стонет мне в рот и тянется к моей шее, притягивая меня еще ближе, если это возможно. Мы боремся за контроль над поцелуем, но я ни за что не отдам контроль прямо сейчас. Я мог бы сражаться нашими языками вечно и не заскучать. Она рычит, и я не могу удержаться от легкого смеха.

Отстранившись, я ухмыляюсь ей, когда она прижимается к моей груди. Я вижу момент, когда она осознает, что только что сделала.

— Какого черта, Брэй? Ты не можешь вот