Я стану твоей проблемой (СИ) - Поллина Лена

- Хорошо – летит из гостиной.

А что хорошего-то?

Ни разу… Ни разу на меня не посмотрев хлопает входной дверью, заставляя вздрогнуть.

И куда это он такой красивый?

Устремив свой немигающий взгляд на окно, где вскоре мелькает и тут же теряется фигура Агачева, я зависаю.

- Тебе опять не освободили комнату – сочувствует Лилька.

Неохотно отлипаю от окна и повернув голову рассматриваю папину жену.

Внутренности неприятно сводит холодом.

- Значит Тим будет спать сегодня здесь. – указав в сторону дивана поднимаюсь в комнату.

Закрыв дверь скатываюсь по ней позволяя слабости выбраться наружу. В том, что случилось виновата только я! Нельзя так было с ним.

Слишком грубо.

Меня разрывает на куски от этой идиотской ситуации.

Он уехал и я теперь даже не представляю, как мне все исправить.

Я злюсь на себя и жалею о содеянном, но тут же мои чувства перекрывают другие- я бешусь от того, что не имею представления о том, куда уехал Тимур и как скоро он вернется.

Накрутить себя мне не дают наглые ручки, которые растолкав дверь обвивают мою шею.

- Почитай мне – кошачьи глазки жалобно рассматривают мои.

Манипуляторша мелкая!

- Пойдем…- выдыхаю и забрав из рук Соньки книгу усаживаюсь с ней на кровать.

Читаем мы минут тридцать. Я успеваю порядком устать от этого занятия.

К нам два раза заглядывает Лилька, что бы забрать полотенца и постельное белье для своего брата, потом приходит Ник, справится о моем здоровье.

А я все читаю…

Но в голове прокручиваю различные сценарии.

Куда мог уехать Агачев?

- Сонь..- зову сестренку и пойав ее внимание продолжаю- Ты знаешь Арину? Знакома с ней?

Сердце застывает в ожидании ответа и нервно дергается, когда Сонька отвечает вопросом на вопрос « Невесту Тимура»?

Невесту Тимура…

Эти слова настолько неприятно сжимают внутренности, что я сама от себя не ожидая соскакиваю с кровати.

Шумно выдохнув подхожу к окну роняя робкое «да»

- Знаю. Она очень хорошая и красивая.

Кто бы сомневался!

Мне больно.

Он уехал к ней.

Это точно! Он у нее! Паника долбит внутри и быстро гонит кровь к щекам, а к глазам подкатывает слезы.

Все-таки накрутила!

Зашибись!

- Они поссорились, да? Она совсем не приезжает…

Нервно кусая губы жду ответ.

Сонька складывает стопкой книжки и неглядя роняет.

- Поссорились. Она уехала куда-то с бородатым дядей в белой рубашке.

«Бородатый дядя в белой рубашке»…

Изменила? Бросила?

Голова начинает подкидывать сотню догадок.

Боже мой!

Это выше моих сил!

Падаю на кровать возле Соньки и прижав ее к себе начинаю тихо плакать, пока моя сестра рассказывает, кто изображен на картинках в книжке.

В висках противно стучит и чувство потери сковывает грудную клетку.

С каждой минутой догадка все больше перерастает в утверждение- он уехал к ней...

Прислонив ладонь к губам коротко всхлипываю и тут же принимаюсь кашлять, что бы скрыть от Соньки свое состояние.

Отправить меня в Сочи - это самое жестокое наказание, мама, которое ты только смогла придумать!

Глава 11

Тимур

Как же мне хорошо мотает нервы эта Громова!

Ветер в голове свистит и пляшет. Никакой ответственности за содеянное. Плюхнулась в бассейн и не подает признаков жизни. Вот, что я должен был подумать? Плаваньем она профессионально занимается, блядь!

Ощущение, что нарочно цепляет. Должна же понимать, что не оценю.

Размахиваю воздух над мясом пытаясь дышать и не превратить шашлык в угли.

Ничего смертельного не произошло. Просто Яна Громова, которую я не воспринимал, как самостоятельную личность, болотной пьявкой въелась мне в мысли и судя по всему покидать их не собирается.

Слышу плюханье в бассейне.

Яна нервно вытаскивает Соньку и топает в мою сторону.

Краем глаза наблюдаю за ее аппетитной задницей. Не могу удержаться.

Эта девчонка творит с моими нервами что-то невообразимое.

У нас никак не получается выстроить нормальный диалог, но это почему-то ни хера не мешает мне ее хотеть до одури. Самому себе в табло зарядить хочется!

С кем с кем, а с Громовой бы держать дистанцию, иначе слопает с потрохами, но я чувствую, что хочу рискнуть. Казалось бы, да на хрена оно мне надо?! Но каждый раз, когда эта коза смотрит на мои губы, мое сердце замирает в предвкушении продолжения.

Между нами, словно лаву разлили. Горит так, что желание сграбастать и подмять стройное накачанное тело близится к отметке максимум.

Этот мудила с розовыми волосами ей не пара! Слышал я, как он с Янкой разговаривает. От злости кулаки так свело, что хоть покупай билет и лети на мордобой!

Неужели ей нравится такое обращение?

Рядом с Громовой я себя вновь живым почувствовал… У нее редкая способность- выводить меня на эмоции. Я ж четыре месяца, как зомбак ходил… Только и делал, что фотки Аринкины рассматривал, вспоминая каждый поцелуй.

Мне тяжело дались эти месяцы. Перед расставанием мы сильно поругались. Не проходит ни дня, что бы я не отматывал наш разговор. Много обидного друг другу на эмоциях навыкрикивали. Расстались по телефону, что еще, блядь сложнее.

Но сейчас… Воспоминания как будто на задний план отодвигает упругая московская задница, которую я до одури хочу сжать в руках…

Слышу громкое хныканье своей племяшки и оборачиваюсь на звук.

Сонька капризничает, что ей пришлось покинуть бассейн. Янка нервно переодевает сестренку.

Отворачиваюсь, пряча улыбку. Надо же, Громова обиделась.

Мне нравится наблюдать эмоции этой девчонки. Она в этот момент, словно раскрывается, истинное лицо показывает. А Громова Яна без маски циничной стервы-редкость!

Через какое-то время появляется с косметичкой и начинается женский движ.

Яна расслабляется. Я даже пару раз ловлю ее улыбку и тут же понимаю, что уже не злюсь.

А что, если мне ее позвать куда ни будь? В кино, там или погулять?

Не перегну же? Мы вроде как родственниками считаемся, но не кровные же.

Вспоминаю подозрительные взгляды Ника. Этот парень не одобрит мое внимание к своей дочери.

Но мне сейчас в последнюю очередь хочется спрашивать его мнения.

Утащить его дочь хочу прямо сейчас.

Стараюсь не углубляться в свои желания, потому что бугор в шортах в присутствии сестры и племянницы мне не к чему.

Хотя Янкина грудь и плоский живот уже прикрыт топом, память моя отчетливо воспроизводит обнаженные участки нежной кожи, к которой я очень хочу прикоснуться.

Когда я эту девчонку к себе притянул, думал, не удержусь и поцелую.

Меня собственная реакция застала врасплох. Думал, что отдышусь и приду в себя, но смотря сейчас на забавно разукрашенное Янкино лицо, понимаю, что ни хрена я в себя не приду! И... пожалуй рискну-ка я...

Потому что желание поцеловать превращается в манию.

Особенно после того, как Сонька губы своей сестры красит в красный… Блядь… Сожрал бы сейчас Громову вместе с этой помадой…

Носом шумно тяну воздух.

Не смотреть на Янку!

Слишком много свидетелей.

Я ее уже глазами раздеваю и этого не скрыть.

Если б Никита вернулся с работы и поймал мой плотоядный взгляд на губах своей дочери- я бы уже харкал кровью.

Потому что глазами я эти пухлые губы уже давно не целую…

- Ти-им…Вы, что с Яночкой поссорились?- Лилька не поворачивая головы кидает мне вопрос, когда Янка скрывается в доме. Ее лицо тоже щедро обмазывается дорогущей косметикой.

В том, что косметика дорогая, я даже не сомневаюсь и это меня немного отрезвляет и спускает с небес на землю.

Громова Яна – это высокий финансовый уровень.

Что бы заинтересовать и удержать такую, надо быть богаче процентов на восемьдесят, чем я сейчас.

Перекладывая мясо в тарелку отвечаю на вопрос сестры.

-Не одобряю я такие купания.

Лилька слабо смеется.