Мажор. Игра в любовь (СИ) - Рэй Блю

Через секунду Кирилл присылает мне ответ: «Уже брат!»

От усталости прикрываю руками лицо. Всё усложнилось настолько, что я не уверен, смогу ли это вытянуть. Вскрикиваю громким басом в пустоту:

— Ну что ты со мной делаешь, Кира?

Вопрос, на который у меня нет ответа. Но единственное, что я точно знаю, мне надо отдалиться от нее как можно быстрее, пока наша игра не перешла все границы.

22. Кира

Выбегаю из спальни, чтобы успеть повидаться с Вадимом. В последнее время он занят настолько, что мы даже по утрам перестали видеться.

— Уже уходишь? — кричу ему перед порогом.

— Много работы, — кратко отвечает и собирается выходить.

— А как же наши тренировки, дорогой? — с улыбкой спрашиваю я и жду ответного подкола.

— Я думаю достаточно. Мы уже и так на публике выглядим счастливой парой, — сухо отвечает Вадим и выходит из квартиры.

Остаюсь снова одна. И это в выходной день. По будням хотя бы вижу его на семейных завтраках. Конечно, мы с ним не настоящая пара, но мне казалось, что мы могли бы стать неплохими друзьями. Неужели лишь я так думала?

Смотрю в окно: в небе кружатся первые снежинки. Да я дома в тепле, но почему-то чувствую мороз за окном. Мне казалось я смогу растопить лед внутри Вадима, но, видимо, там всё намного сложнее. В следующем году он уедет и мы будем свободны. Надо просто смириться с этим. И я пытаюсь. Честно пытаюсь, но на душе так тоскливо, что слезы предательски сами проступают. Его ледяной тон, его безразличное лицо в мою сторону заставляют чувствовать себя никчемной. А может так оно и есть. Я лишь мелкий, незначительный эпизод в его жизни.

Решаю развеять нахлынувшую грусть и пройтись по магазинам. Не успею глазом щелкнуть, как наступят новогодние праздники, поэтому лучше позаботиться о подарках заранее. Вряд ли Вадим о таком думает.

Одеваюсь теплее и собираюсь идти на остановку, как тут же вспоминаю, что Филёв мне запретил ездить на общественном транспорте. Только с ним либо с личным водителем. Я пыталась сопротивляться, но вся его семейка, как сговорились, и дружно поддержали Вадима в этом вопросе. Впервые видела такую сплочённость. Пришлось сдаться.

Стою с телефоном в руках и не решаюсь позвонить Глебу — семейному водителю. Неловко настолько, что щеки краснеют от одной только мысли. Делаю пятиминутное упражнение на дыхание и набираю номер:

— Глеб, здравствуйте, не могли бы вы меня подвезти до центрального торгового центра, — быстро выпаливаю я на одном дыхании.

— Конечно, — немного мнется водитель. — Эм если вы не против, то с нами может поехать еще и Егор. Он тоже туда собирался.

— Да конечно, — с облегчением выдаю я.

Младший брат Вадима тихий, замкнутый и спокойный парень, что здесь может пойти не так?

Запрыгиваю в подъехавшую машину на заднее сиденье, где уже находится Егор. Тихо поприветствовав меня, он буквально вжимается в свое место. Вся дорога проходит в каком-то неловком молчании. Егор даже в глаза мне не может смотреть, а я не могу поверить, что это действительно родной брат Вадима. Полная противоположность.

Замечаю на рукаве Егора красное маленькое пятно. Мне бы промолчать и заняться своими делами, но взгляд постоянно цепляется за этот ляп на белой рубашке.

— А что это такое? — не выдерживаю и спрашиваю Егора. Пальцем пытаюсь оттереть, кажется, засохшую краску.

— Наверное не заметил, когда собирался, — ежится Егор от нахлынувшего дискомфорта.

Я уже давно заметила, что он не любит, кода нарушают его личное пространство, а для меня этот как красная тряпка. Присаживаюсь чуть ближе.

— Ты рисуешь? — спрашиваю я, сложив все как дважды два.

— Немного, так увлекаюсь когда не занимаюсь учебой, — Егор воодушевляется, и я замечаю, как сразу же заблестели его глаза.

— Это же здорово! — вскрикиваю я, видимо, чуть сильней чем следовало, потому что Егор немного пугается. — Я слышала в торговом центре как раз есть отличная галерея, где выставлены картины, можем глянуть, если хочешь. Я сама в искусстве не сильна, но думаю с тобой мы что-нибудь там присмотрим.

Кивает и охотно соглашается.

Не знаю почему, но мне так хочется подружиться с этим застенчивым парнем. Помимо характеров они с Вадимом и внешностью полностью отличаются. Егор худощав, с острыми скулами, светлые волосы, немного веснушек на лице. Ему бы светиться, как солнцу, но я всегда вижу его в печали.

Как только подъезжаем к центру, сразу же направляемся на выставку картин местных мастеров. Пройдя по кругу, мой взор привлекает одна довольно мрачная картина. Она выполнена в таких странных оттенках для живописи. Штрихи то четкие, то размазанные и прорисовываются даже силуэты людей. Немного жутко и навевает тоску, но почему то мне показалась, что она отлично впишется в интерьер квартиры Басовых. Задерживаюсь на этой картине чуть дольше обычного, а Егор смиренно стоит рядом и не дышит.

— Вот классная картина, что скажешь? — спрашиваю со всей серьезностью.

— Да, — обреченно выдыхает Егор. — Автор в эту картину всю душу вложил.

— Круто, тогда я, наверное, куплю ее, — смеюсь довольная своим выбором. — Она идеально подойдет в дом твоих родителей.

— Знаю, — еще тише говорит Егор и подходит к картине вплотную, протягивает руку и немного лишь слегка прикасается к полотну.

— Почему? — спрашиваю я, чувствуя подвох.

— Потому что это и есть дом моих родителей, — говорит Егор, как зачарованный не отрывая взгляда от картины.

— Что?! — вскрикиваю на всю галерею и тоже приближаюсь вплотную к этому произведению искусств.

Всматриваюсь в правый нижний угол и замечаю мелкую, но такую красивую и лаконичную надпись: Е.Басов. Хочу прикоснуться к имени, но вовремя одергиваю руку.

— Так эта твоя картина… — констатирую я и смотрю на Егора. — Но почему тогда ты не занимаешься этим? У тебя отлично получается. Ты мог бы развиваться в этом направлении.

Егор пожимает плечами и опускает голову в пол. Возможно, я лезу не в свое дело. Но эта картина говорит сама за себя — ее автор талантлив!

— Отец не одобряет этого, — наконец произносит Егор. — Как только я закончу учебу в универе, то должен буду приступить к работе в его фирме. Хорошо хоть он разрешает рисовать вместо хобби. Но о том, чтобы заниматься искусством всерьёз даже слышать не хочет.

Зная характера Макара Басова, несложно представить, как он отчитывает бедного Егора за то, что тот просто рисует. Спорить с ним невозможно. Но неужели он не видит как его сын несчастен? И его не интересует чего он хочет на самом деле? К сожалению, я ничем не смогу им помочь. Егор должен сам выстроить свой путь и твердо заявить отцу о себе.

Спустя минуты тишины Егор обреченно вздыхает. Смотрю, как он удаляется из галереи погруженный в свои мысли.

Подзываю девушку администратора и покупаю картину Егора. Обещают доставить в срок. Пусть картина и странная, но действительно наполнена душевными страданиями художника. Может, я и не могу помочь Егору с проблемами, но зато могу повеселить этого застенчивого парня как следует. Догоняю его и утаскиваю по всем женским бутикам, где мы вместе выбираем мне странные наряды, скупаем сладости и с веселым настроем заваливаемся в кинотеатр на комедию. Брат Вадима раскрывается мне с новой стороны.

Егор смеется, шутит и, кажется, забывает о своих проблемах хотя бы на время.

23. Вадим

Вру Кире напропалую.

Конечно, я не хожу ни в какой офис по выходным. Но находится рядом с ней, становится опасным. Каждый ее смех, каждое ее движение отзывается мгновенной реакцией у меня в теле. И единственное верное решение — это отдалиться от нее.

Приезжаю в торговый центр и иду в кинотеатр, чтобы скоротать время. Я уже пересмотрел там всё, что только можно и пошел по второму кругу. Сажусь в кресло поудобней, специально выкупив все билеты рядом с собой, чтобы никто не потревожил мой странный отдых. Отдых, в котором нет Киры.