Без права на измену (СИ) - Диева Полина

Я испугался своих фантазий по пути домой и испугался ещё больше, когда в ночи ко мне в спальню ворвался Артём и разбил бутылку с виски прямо над моей головой.

— Ты что творишь? – прошипел он.

— Делаю то, что от меня хотят, - спросонья пробубнил я.

— Они хотят сделать из тебя монстра. Каким ты будешь отцом для моих детей? – он отчитывал меня, как нерадивого сотрудника.

При этом в его словах сквозить отчаяние и боль.

— Островский, что с тобой случилось? – он отошёл к окну и закурил.

— Ничего. Я просто убил лося, - окончательно проснулся и открыл окно, чтобы спальня не пропиталась дымом.

Завтра мне обещали вернуть жену. Не хочу, чтобы будущая мать моих детей дышала запахом сигарет.

— И изнасиловал двух медсестёр, - продолжил отчитывать меня Артём. - Она же заботилась о тебе, а её подружку ты вообще видел в первый раз.

О чём он говорит? Варю сам же мне подсунул. Что не так я сделал? Взял женщину традиционным способом? Да, я не опытен в этом вопросе и мог причинить ей дискомфорт, но как иначе? Первый раз – это всегда кровь и страдание.

— Меня не хватило на вторую, - кажется, я догадался, о чём говорит Артём.

— И хорошо! Бедная девочка и без того настрадалась от твоих сексуальных аддикций.

Аддикций? О чём он говорит? Я не страдаю зависимостями...

— Тогда в чём причина претензий? Я не понимаю...

— Не понимаешь? Тебе нравится причинять боль. Ты совсем не чувствуешь обратную связь. Я полагал, что ты любишь детей, не приемлешь насилие и терпимо относишься к женским заморочкам. И ошибся.

— Ты не ошибся, нет, - почувствовал себя виноватым.

Глава 35

Артём открыл бутылку водки из холодильника, налил немного в стакан. Потом добавил томатный сок и выпил всё до дна. Повторил коктейль ещё и ещё раз. Четвёртый протянул мне, но случайно уронил. Красное пятно растеклось по светло-бежевому ковру. Я с места не сдвинулся, чтобы убрать пока ещё не впитавшуюся жидкость – завтра Жанна вернётся и всё приберёт.

— Выкинь его, - Артём сам поднял стакан и решил судьбу ковра.

— Выкинуть? Он стоит космос. Моя жена..., - я осёкся, увидев недовольный взгляд друга.

— Твоя жена не твоя рабыня. Забудь всё то, что тебе навязывали. Она мать наших будущих детей. Мадонна. За закрытыми дверями ты должен преклоняться перед ней, а не грязные носки в лицо кидать, запомни. Всё, что ты имеешь сейчас, даровано мной и... Я могу отнять у тебя всё. Пожалуйста, не давай мне повода.

— Я не собирался. Но Жанна с таким старанием намывала полы, что я подумал...

— Подумал, что ей нравится мыть полы? Их так воспитывают, не злоупотребляй. Наши дети должны вырасти в здоровой семье без новомодных веяний. Знаешь, сколько трудов мне стоило добыть для тебя Жанну? В современном мире почти все женщины – патологические жертвы, которые ждут и даже хотят насилия над собой. Их матери так жили, их в школе так учили, другой жизни они не представляют. Твоя жена не такая. И ты не такой. Забудь всё то, что тебе внушали, ладно?

— Ладно, - нехотя произнёс я.

Жанну вернут мне всего через несколько часов. Мне нужно научиться любить её хоть раз в месяц. Забыть о своих сексуальных фантазиях. Стать деспотичным мужем на людях как требует общество, и заботливым отцом семейства дома как требует Артём. Задачка сложная и точно не для слабонервных. Особенно, если ты прошёл Рай, Ад и медные трубы в лице Артёма...

***

— Опять яичницу пережарил. Да сколько можно!

Жанну научили идеальному обслуживанию мужчин, но я никак не мог подумать, что её навыки могут обернуться против меня.

— Милая, я не могу контролировать жар пламени.

— А ещё ты не можешь слова мне поперёк сказать. Будь мужиком, в конце концов! Встань с кровати с утра, почеши яйца, рыгни и выдай: «чё есть пожрать?». Разве так сложно?

Она выкинула мой завтрак в мусорное ведро, но я не расстроился – скорее, порадовался. Пусть истерит, сколько хочет. Главное, чтобы с сексом не приставала. Всё равно я не смогу её ничем порадовать. Возбуждаться на жену у меня не получается.

Артём раз в месяц передаёт мне с посыльным немного своей свежей спермы в контейнере. А дальше всё просто - маленький переносной холодильник, работающий от аккумулятора, лишённая сознания жена, в вечерний чай которой я добавил лёгкое снотворное и обычная спринцовка, с помощью которой сперма оказывается в её влагалище. Вот только результата мои манипуляции не приносили.

После нескольких неудач я по рекомендациям Артёма попробовал освоить кунилингус. Если член отказывается подчиняться и выполнять супружеский долг, то язык всегда послушен и делает то, что должен. Нет, я не облизываю её, когда она спит, но рано утром, после пробуждения... Ей приходится соглашаться. И в последнее время у меня начало получаться.

Я вижу, как изгибается её тело, хриплый стон вырывается изо рта, чувствую сокращения стенок вагины, помогающие сперматозоидам добраться до яйцеклетки. И мне нравится делать с ней это. Чувствую себя волшебником, зарождающим новую жизнь в её утробе.

Претензий со стороны властей пока нет. Я выполняю свой долг, пусть не совсем так, как велено, но выполняю. В безопасные недели Жанна получает порцию моей спермы, добытой с помощью мастурбации. И утренний оргазм тоже. О последнем Артём не знает, как и о том, что я сохраняю своих сперматозоидов – он думает, что наш импровизированный секс с женой полностью безопасен: семя находится в тепле несколько часов, тело Жанны не испытывает оргазм. Простой отчёт перед проверяющими органами. Чистая формальность, от которой дети точно не родятся…

Вот только я не готов отдать лоно своей жены другу. Мне хочется видеть в ребёнке свои черты, а не Артёма. Я ревную Жанну. Очень. К чужой сперме сейчас и к чужому плоду в утробе в будущем. Мои чувства к ней неоднозначны, но меньше всего напоминают любовь. Если она родит не моё дитя, я её возненавижу.

Единственный способ сохранить хоть сколь-нибудь ровные отношения между нами – это сохранить тайну отцовства. Я смогу убедить себя, что воспитываю своего сына. Артём уверен, что малыш от него. Жанна ничего не знает – она спит, когда я над её телом колдую. И все счастливы.

— Всё, с меня хватит, я уезжаю к маме, - она сделала себе бутерброды, съела их и категорично заявила о нашем расставании.

— Солнышко, ты же знаешь – тебе нельзя приближаться к родителям, - я не могу сопротивляться её агрессивному давлению.

— А тебе нельзя называть меня солнышком. Что они мне сделают? В монастырь отправят? Ха! Я фертильна. Мне подберут нового мужа. Нормального.

— Лет сорока-пятидесяти, достаточно взрослого и достаточно зрелого, чтобы воспитывать жену кулаками.

— Дим, ты не понимаешь. Я – живая женщина и мне нужны чувства. Хоть такие. Я понимаю, ты стараешься, но у нас ничего не получается. Мне нужен секс, любовь, страсть. Не вот эти вот твои сопли и оральные ласки как по расписанию. Ты думаешь, я сплю ночью, когда ты заливаешь в меня сперму? Думаешь, мне приятно понимать, что моего мужа унитаз возбуждает больше, чем я?

Хотел возразить ей, что предпочитаю ласкать себя в душе, но не стал. Какая разница, где и как я делаю это? Жанне тяжело. Страшно представить, что ей пришлось пережить во время нашего медового месяца и после него. Она до сих пор мне так и не рассказала, куда её поместили и что заставили вытерпеть. Впрочем, я не сильно настаивал на откровенности – мне проще не знать ту сторону женской жизни.

— Я не пущу тебя. Ты погубишь нас обоих, - перегородил жене дорогу.

— Хорошо, я останусь, но при одном условии – в эту пятницу мы посетим одно закрытое мероприятие, - Жанна загадочно улыбнулась...

Глава 36

Я полагал, что жена хочет затащить меня в оперу или театр, и уже подготовил речь, чтобы попытаться уговорить её на балет – обожаю девушек в колготках. Но Жанна хранила интригу до конца недели, отказывалась отвечать на все мои вопросы о предстоящем мероприятии.