Облом - Р. С. Болдт

— Не собираюсь притворяться, что понимаю твою игру, — его голос был тихий, очевидно, что он не хотел быть подслушанным, а взгляд потяжелел. — Но Мэгги не будет твоей.

Неспешно сделав глоток вина и поставив бокал на столешницу, я ответил, слегка пожав плечами:

— Не понимаю, о чем ты.

Битва взглядов — никто не отвел глаз и никто из нас не захотел сдаться и прекратить это. Как два подростка.

— Эй, вы, двое, — Мэгги проскользнула к Шону, соединив свою руку с его, ее глаза с любопытством метались между нами. — Всё хорошо?

— Ага, — Шон натянуто улыбнулся ей. — Рай только что сказал, что не очень хорошо себя чувствует и считает, что мы должны пойти развеяться, чтобы он мог побыть в тишине и покое.

Мэгги насупила брови.

— Рай? — ее глаза метнулись к столешнице.

Сдвинувшись на пару сантиметров правее, чтобы прикрыть следы пролитого вина, я пожал плечами:

— Да. Сегодняшний день был тяжелым, так что мне лучше успокоиться, прежде чем тошнота подкатит настолько, что я не смогу справиться с ней, — пальцами я мимолетно подергал левую мочку уха.

Она подошла ко мне и обняла.

— Позвони, если тебе что-нибудь потребуется, ладно? — прошептала она. — Люблю тебя.

Опустив голову, чтобы оставить нежный поцелуй на ее макушке, я прошептал «и я люблю тебя» в ответ, не прерывая зрительного контакта с Шоном. Это значило, что я не пропустил сужения его глаз. Он следил за мной.

Перчатка брошена.

Глава 17

Мэгги

Мой телефон зазвонил раздражающими пятьюстами пятьюдесятью двумя звонками, как только Сибил покинул мой кабинет. А ведь только полдень.

Взглянув на определившийся номер на дисплее телефона, я с облегчением выдохнула: звонившим оказался тот, с кем я хотела разговаривать.

— Райленд Джеймс, — произнесла я, растянув слова. — Чем ты занимаешься в этот славный понедельник?

— Уж точно гораздо более полезным делом, чем маленькая мисс Счастье, которая только что покинула твой офис. Сколько раз он побеспокоил тебя за прошедшие четыре часа? Раз 10?

— Скорее двен… Стоп! — я покрутилась на стуле, чтобы выглянуть в окно, но солнечные лучи отражались от окон здания напротив, поэтому я не смогла обнаружить никаких знаков его нахождения там. — Ты снова шпионишь за мной?

— Виновен по всем статьям, — в его голосе послышались веселые нотки. — Значит ли это, что ты наденешь на меня наручники? Если так, тогда я в деле. Особенно из-за твоего чопорного и благопристойного костюма в полоску, что на тебе сегодня.

Осмотрев свои подходящие друг к другу юбку и пиджак, я фыркнула:

— Это самый скучный наряд, какой у меня имеется, — после паузы, я добавила, — не говоря уже о том, что тебе надо прекратить следить за мной с помощью этого чертового бинокля. Это жутко.

— Ничего жуткого.

— Жутко.

— Нет. Это значит, что я посвящаю время тебе. Я знаю, что каждый день в это время ты глубоко дышишь, потирая пальцами виски, после того как твой босс покидает офис, чтобы пообедать. Я убежден, что он направляется в какое-нибудь темное подземелье, где питается кровью невинных девственниц или что-то такое же шокирующее. А ты пытаешься разобрать всю почту, пока обедаешь на рабочем месте.

— Как я и говорила. Жутко.

— Я предпочитаю называть это присмотром.

— М-м-м, всё равно звучит ужасающе.

— Неправда. Вот если бы я сказал что-то вроде: я подсматриваю, когда ты поправляешь лямку черного бюстгальтера, который ты иногда носишь, и что ее обычно нужно поправить на четверть дюйма, вот это было бы устрашающе.

Я замешкалась, задумавшись над его словами.

Я так делаю? А у меня есть черный бюстгальтер, который…

— Попалась!

Я рассмеялась и, покачав головой, достала свой обеденный контейнер из ящика стола.

— Ты не прав, — открыв контейнер, я вздрогнула, потому что внутри… было не то, что я упаковывала в спешке этим утром после пробуждения, так как вчера с ужина с Шоном я вернулась позже, чем ожидала: батончик гранолы, крекеры и сырные палочки.

— Рай… — я произнесла его имя на выдохе, снова повернувшись к окну, отчаянно желая увидеть его.

Он ответил хриплым голосом:

— Просто небольшой сюрприз для моей Мэггс. Ничего особенного.

Но он ошибался. Это очень важно. Когда я вытаскивала контейнер с нарезанной клубникой, отодвинув в маленьком холодильнике другой контейнер с салатом из зелени, я обнаружила шоколадку «Godiva» с уникальной оберткой, которую Рай всегда хранил в квартире, когда переживал свой «кризис месяца».

Мои плечи опустились.

— Рай. Спасибо тебе, — я улыбнулась по телефону.

— Посмотри еще, Мэггс.

С любопытством я дотянулась рукой до дна и обнаружила сложенную бумажную салфетку. Раскрыв ее, я прочла: «Я хочу, чтобы другой человек был счастлив. Всегда».

Прежде чем я успела задать ему вопрос о значении слов, я услышала на заднем фоне другой мужской голос на том конце провода. Рай поспешно сказал, что должен идти.

— Наслаждайся обедом, Мэггс. Люблю тебя, — затем он повесил трубку.

— Спасибо, — пробормотала я в изумлении, положив трубку. — И я тоже люблю.

Оставшееся время до конца обеда я ела в тишине, смотря на слова, написанные Раем.

* * *

— Мэгги? К тебе пришла мисс Сара Итон, — я оторвала взгляд от рабочего стола и возле двери увидела Тревора — одного из стажеров.

— Спасибо, Тревор. Пусть заходит.

Посмотрев на часы, я вздрогнула, осознав, как быстро пролетело время. За день я могла бы закончить много дел, если бы не билась конкретно над одним проектом, так что уже было около пяти тридцати вечера.

— Привет, неудачница, — Сара вошла в мой кабинет и расположилась на одном из стульев перед моим столом. — Ты планируешь жить здесь?

— Кто бы говорил, — подразнила я, подразумевая большое количество часов, которое она проводила в больнице. Я обратила внимание на ее обычную одежду и отсутствие хирургического халата. — Ты сегодня прогуляла работу?

Она отклонила голову назад и закрыла глаза.

— Нет. Я неверно посмотрела расписание, оказалось, что сегодня у меня выходной.

— Как здорово! — Честно говоря, я понятия не имела, как она всё успевала, проводя долгие часы в больнице во время учебы. Не так много времени оставалось на что-то еще, но вскоре она стала фельдшером, и это не только открыло ей множество