Продана в жены - Мария Устинова

как букашку, научишься вычислять, в каком он настроении. Начинаю понимать Стеллу…

— Лили, — я подняла глаза, когда Зверь опустился на корточки передо мной. — Что он сделал?

— Ничего…

— Что-нибудь сказал?

— Что выиграет и я выйду за него.

Зверь кивнул, и поднялся. Они с Русланом встретились многозначительными взглядами.

Да что происходит?

Он не обидел меня, просто влез — но владельцы клуба сочли это серьезным проступком. Я вспомнила, как меня предупреждали: шоу здесь делают из всего, и встреча с невестой должна проходить при свидетелях… Скорпион взбесил обоих братьев.

— Он ничего мне не сделал! — громче сказала я, надеясь, что меня услышат. — Да он бы не успел!

Ноль внимания.

Ко мне, прихрамывая, подошел Равиль, и подал руку. На шее у него был красный отпечаток, на щеке кровь. Зверь разбил ему лицо.

— А это что у тебя?.. — хрипло пробормотал он, заметив подарок.

— Ничего, — я спрятала зеркало в карман халата и встала.

— Идем, — пробормотал он. — На публичном наказании должны присутствовать все.

Глава 10

Над ареной погасили прожекторы. Зал был погружен в полумрак, зрители разошлись, но сюда стекались все жители «Авалона», а Скорпиона снова вели на ринг.

Некоторых подняли с постели, и они были в халатах, как и я.

Но никто не был удивлен.

Я крутила головой, понимая, что только я увижу наказание впервые. Остальные знают, что это. В толпе я заметила красотку Алайну в красном халате поверх сценического костюма, врача Ирину, Стеллу и жену Равиля…

Они все смотрели на ринг.

Скорпиона поставили на колени в углу и пристегнули наручниками. Взглядом он нашел меня в толпе и дальше смотрел только на меня.

Взгляд моего будущего мужа пробрал до мурашек.

Зеркальце внезапно стало тяжелым, и я сжала его в кармане.

Скорпион прислонился щекой к собственному предплечью. Мышцы плеч и шеи закаменели в ожидании удара. Но глубоко посаженные глаза остались спокойными, как у древнего старика, повидавшего все. Чувства на бесстрастном лице выдавал только приоткрытый рот.

Руслан стоял напротив канатов. Я думала, он накажет сам, но вместо него на ринг взошел его помощник, помахивая кнутом. Руслан что-то сказал Скорпиону, тот не ответил. Даже не посмотрел в его сторону. Тот дал знак начинать.

От первого удара Скорпион крепко зажмурился.

Но затем открыл глаза, глядя на меня, и улыбнулся, выпятив подбородок от боли. Он собрался в комок, но все равно остался большим.

Помощник Руслана работал умело, а вот он сам отвернулся и сквозь толпу направился к выходу. Заставил смотреть других, и не стал сам…

Я переступила с ноги на ногу и крикнула:

— Зачем это?

Кто-то схватил меня за плечи, и я оглянулась: Ник. Он покачал головой, серьезно глядя в глаза: «Не подходи!»

— Он же ничего не сделал!

Тот замотал головой усерднее: не лезь, не вмешивайся. Ему виднее, это его приемный отец чудовище. Все смотрели молча, никто не возражал. Я заметила, что некоторые потирают запястье, вспоминая, как Руслан их клеймил. Теперь понимаю, почему Стелла так заискивала перед ним, почему так боялась…

Бравады Скорпиона надолго не хватило. После третьего удара он вцепился в канат зубами, чтобы не орать, и зажмурился. Над нами висела тишина: слышно и влажный звук рассекаемой плоти и тяжелое, на грани крика, дыхание Скорпиона. Некоторые отводили от ринга глаза, но не уходили.

Просто издевательство.

— Я не буду смотреть… — я вырвалась из рук Ника и, расталкивая толпу, пошла прочь.

Пусть меня тоже высечет, если хочет.

Было так нехорошо, словно это меня избили. Тошнило, а еще — лишало иллюзий в отношении Руслана. Он любит, когда его слушаются… Да и демократичный Зверь врезал Равилю за то, что тот сдался и проиграл. Повезло, что не оказался рядом со Скорпионом. А может, еще окажется, кто знает…

Кажется, на десятом ударе Скорпион заорал, но палач не остановился. В зале уже пахло кровью… Еще один удар.

— Лили! — хрипло заорал он мне в спину, обезумев от боли, и я побежала, чтобы не слышать, как он орет сорванным от страданий голосом. — Лили! Ты нужна мне!

Путь преградил телохранитель. Не Равиль — другой. Меня брали в кольцо — даже уйти не имею права, когда хочу. Хриплые вопли Скорпиона стояли в ушах, толкая меня на край нервного срыва.

— Пошли к черту! — заорала я на охранников.

Расталкивая всех, ко мне пробилась Стелла и обняла за плечи.

— Дайте пройти, — велела она охране и с ней спорить не стали.

Как две подруги, прижавшись друг к другу, мы направились к лестнице. Я шла и задыхалась от слез, ощущая крепкие, закаленные на шесте, руки бывшей стриптизерши.

Мне хотелось вернуться в спальню.

Даже здесь я слышала приглушенные крики Скорпиона, полные боли и хриплых рыданий.

— Лили!..

Он не мне кричал, думаю, он не в видел, в зале я или нет. Он орал в принципе — обо мне.

— Господи… — шептала я. — Господи, когда это закончится… Когда его оставят в покое…

— Тебя трясет, — жестко сказала Стелла. — Успокойся. Он провинился, пойми. Он раб Руслана, а тех, кто ослушается его, Руслан всегда наказывает! Спокойно, Лили… Он сам виноват. Черт, Равиля жаль… У него будут проблемы. Зверь может отозвать разрешение на его свадьбу из-за того, что Равиль подвел его. Долбанный Скорпион! Чего он к тебе полез!

Я не стала отвечать.

Она не поймет.

Может быть, и я не понимаю… Мне показалось… Показалось, Скорпион пришел поговорить со мной, чтобы установить со мной первые ниточки хороших отношений… Он пытался за мной ухаживать. Тяжелое зеркало в кармане, его подарок, подтверждало это.

Он хотел понравиться мне перед свадьбой.

Может, он не умел ухаживать иначе, а может, дело было в чем-то еще…

Меня трясло и разбираться в местном безумии я не хочу.

Утром я открыла глаза, и уставилась в потолок. Тихо. «Авалон» спит после вчерашнего наказания, наверное, и кровь с ринга уже смыли.

Я тяжело села, глядя в пустоту.

На столике стоит завтрак. Скоро Стелла прибежит, снова надо наряжаться и краситься… После вчерашнего все изменилось. Словно наступило похмелье — только не в теле, а в сердце и душе. Раньше мишура «Авалона» даже начинала привлекать: шик, блеск, куча бесплатных нарядов, гламур… Лаковые туфли и беззаботная легкость. Музыка и танцы вечером, когда открываются залы. Выпивка и деньги рекой. Жизнь из волшебной страны изобилия. Вечный праздник, в котором пребывают жители «Авалона».

Но если долго плясать ночью, утром будет похмелье и кровавые мозоли на ногах. Если заклеить их