Ты доиграешься, босс! (СИ) - Лорен Лена

— Ты как вернулся из Европы сам на себя не похож.

— Всё дело в Дьяволе, друг, — отвечаю обреченно и делаю большой глоток виски.

Кажется, полегчало.

— А поточнее? Ты поклоняешься какому-то культу? Или в Ницце ты вступил в сатанинскую секту?

Я бросаю брезгливый взгляд на кожаный диван. Почти что каждая стриптизёрша оставила на нем свой след, совокупляясь с моим лучшим другом, тем не менее я стараюсь об этом не думать. За неимением внутри сил, плашмя валюсь на него.

— Можно и так сказать, — устало выдыхаю, глядя в потолок. — Тео, ответь, почему ты так противился тому, чтобы Дьяв…, — осекаюсь, едва не проговорившись, — чтобы Макария открыла все виды услуг? Она тебе нравится? Что-то я не припомню, чтобы ты запрещал это близняшкам или Сандре.

Он вдруг теряется. Глаза его мечутся из стороны в сторону, а рот кривится.

— А кому она может не понравиться? — жмет плечами. — Но тут дело в другом. Просто мне кажется, она не из тех, кто добровольно пойдёт на то, к чему привыкли наши девчонки. Она другая, что ли. Понятия не имею, как она здесь оказалась и по какой причине, но всё то время, что она работает у нас, я наблюдаю за ней. И знаешь, что? Похоже, ей не особо-то и нравится у нас. Как будто это вынужденная мера.

— Ты, в какой-то степени, прав.

— То есть?

— Я просил Трисс втереться к ней в доверие. А та как будто нарочно отгородилась от неё барьером. Ничего ей не рассказывает о себе. Я решил самостоятельно вывести её на чистую воду, применив кардинальные меры. Ну и в итоге она рассказала мне о брате. Оказывается, он смертельно болен и это последний шанс собрать ему деньги на пересадку лёгких.

Тео шумно вздыхает.

— Охренеть! Так значит на кастинге она говорила правду, — чешет затылок, округлив глаза. — И... ты спросил, сколько ей нужно?

— Нет. Я был немного в ахуе, знаешь ли. Язык не поворачивался. Я только видел ее огромные стеклянные глазища, когда она упоминала брата. Полагаю, ей было больно говорить о нем вслух.

— Ты подумал о том же, о чём и я? — взволнованно спрашивает.

— Смотря, о чём ты подумал.

— Нам надо помочь ей и её брату! — воодушевленно произносит Тео.

— Ты сейчас серьёзно? — вынужден принять сидячее положение, чтобы посмотреть на него. — Ты хочешь дать какой-то девке крупную сумму, не удостоверившись в том, что она говорит правду?

— Чёрт, ты прав.

— Я займусь этим. Изучу социальные сети. Кто знает, может там и в помине никакого брата нет? — задумываюсь на время. — Но в одном я всё же с тобой соглашусь. Я хочу, чтобы она больше ни на шаг не приближалась к приваткам.

Я велел Палмер вызвать Макарии такси и проследить за тем, чтобы та отправилась домой. Я бы и сам мог, но после нашего последнего разговора спокойно смотреть ей в глаза у меня не получилось бы.

Я облажался, и за это мне ужасно стыдно.

Макария может продолжить работать в клубе, но требовать от неё я больше ничего не осмелюсь. А пока постараюсь разузнать всю правду о ней и ее брате. Если ее слова подтвердятся, я помогу ей. Помогу, а после распрощаюсь с ней.

Вернувшись домой, я долгое время не могу заставить себя уснуть. Вместо того, чтобы лечь в постель, ищу в интернете всевозможные упоминания о Макарии. Любые. По её фотографии из досье я пытаюсь отыскать схожие снимки, но ничего. Ни единой зацепки, словно этой девчонки вовсе не существует.

Это ведь невозможно.

В конечном счете я прихожу к выводу, что меня обули.

— Уильям, извини за столь поздний звонок, мне нужна твоя помощь, — звоню нашему главному агенту безопасности, бывшему полковнику, в арсенале которого куча военных прибамбасов, способных разоблачить любого.

— Нет, ничего, Даймонд. Готов тебя выслушать, — сурово произносит мужик.

— Помнится, ты как-то рассказывал о программе, которая с помощью фотографии может найти некоторые сведения о конкретном человеке.

— Ты имеешь в виду система по распознаванию лиц? Да, есть такая, но «Третьим глазом» могут пользоваться только правоохранительные органы. Программа строго засекречена и не может использоваться гражданскими. А я, увы, уже в отставке, если ты не забыл.

Я хмыкаю, понимая, к чему он клонит.

— Но мы-то с тобой знаем, что это нас не остановит.

— Честно говоря, мне и самому любопытно, что ты задумал.

— У меня есть основания не доверять одной женщине. Хотелось бы понять, что скрывается за ее именем.

— Дай угадать, — мычит он в трубку. — Макария Ванхавербек?

Хорошо, что Уильям не видит моей рожи. В эту самую минуту она точь-в-точь такая же, когда, будучи еще сопливым мальцом, я впервые увидел Дэвида Копперфильда, проходящего сквозь Великую китайскую стену.

Я крайне удивлён, что мы думаем об одном и том же человеке. Однако мне совсем не хочется, чтобы он понял, как шокировал меня. У Уильяма глаз, в определённой степени, намётан. Тут и дураку понятно, что неспроста он подумал о Макарии.

— Почему ты так решил? — спрашиваю настороженно.

— Не стал вам сразу говорить. Предполагал, что ошибаюсь, но у меня сложилось впечатление, что эта девушка прошла армейскую подготовку или что-то вроде того. Её осанка, чёткие, осторожные движения, умеренный пульс в стрессовой ситуации, отменная реакция на посторонние звуки, даже мускулатура. Ты видел её мышцы спины? Не каждый мужчина может похвастаться таким рельефом. И ещё… Макария знала, как обмануть полиграф.

— Не понял? Хочешь сказать, она нас обманула? — повышаю голос, понимая, что в очередной раз остался в дураках. — Почему ты раньше не сказал? Какого чёрта, Уильям!?

— Даймонд, полиграф показал, что она была во всех вопросах предельно честна, — недовольно хмыкает в трубку. — Тем более я сразу предупреждал, что он не даёт стопроцентной гарантии.

— Тогда тем более мне нужно, чтобы ты нашёл о ней хоть какие-нибудь сведения. У меня ведь на неё абсолютно ничего нет. Пусто! Для сравнения, я могу найти страницу каждой, кто работает у нас, но только не её. Не нравится мне это. Я не хочу держать у себя в штате хрен пойми кого! — закипаю на ровном месте.

— Может, девушка просто не любит выставлять свою жизнь напоказ. Не все нынче предпочитают публичность.

— Не аргумент, знаешь ли. Ты поможешь мне или нет?

Он некоторое время молча дышит в трубку. Откажется — уволю к чертям!

— Хорошо. Скинь мне её снимок анфас, я постараюсь что-нибудь придумать.

Не теряя ни секунды, я отправляю Уильяму фотографию с ее водительского удостоверения. Следом выпиваю два бокала чистого виски. Для успокоения. И только после проваливаюсь в сон.

Следующие два дня я стараюсь не попадаться Макарии на глаза. Замуровавшись в своем кабинете, выжидаю новости от Уильяма. Тем не менее я частенько делаю передышки, во время которых украдкой наблюдаю за ней с балкона.

Ни с одной из танцовщиц Макария так и не нашла общий язык, между тем она довольно часто общалась с Палмер.

Через неё же я предоставляю Макарии три выходных дня. Ей и ещё нескольким стриптизёршам, лишь бы с моей стороны это не выглядело так подозрительно. На самом же деле мне элементарно не хочется лишний раз натыкаться на неё в стенах клуба.

Нет, это не она мозолит мне глаза своей персоной. Я сам, как заведённый, подрываюсь со своего рабочего места и ищу её глазами всякий раз, когда вспоминаю о ней. Она же, напротив, обо мне и не вспоминает. Девчонка усердно работает, разучивая новую программу. За все время она ни разу не глянула в мою сторону.

Гадство.

Глава 15. Даймонд

Под вечер среды я уже не знаю куда себя девать. Чтобы поторопить Уильяма, я решаю напомнить ему о себе.

— Уиль.., — только успеваю сказать я, как он меня перебивает:

— Даймонд, тебе следовало потерпеть ещё каких-то пару минут. Я как раз собирался звонить, — его голос слегка напряжён.

— Замечательно! Слушаю тебя! — готовлю себя к худшему.