Я тебе нужен, ты мне нужна - Эльвира Владимировна Смелик

неё всё и началось, так ею пусть и завершится. И теперь в этот клуб она больше не ногой. Двери закроются за спиной, и всё – пока-пока! Или ещё не совсем всё? Она же абсолютно забыла, что Сева тоже должен приехать сюда.

То есть он уже приехал, вошёл, огляделся по сторонам. Сначала Лина хотела как-то скрыться от него, смешаться с толпой, потому что за стойкой её слишком заметно, но потом подумала: «А зачем ей прятаться?» Скажет, что, да, пришли вместе, но теперь она понятия не имеет, куда его Рита делась.

Сева внимательно осматривался и неудивительно, что её заметил, подошёл:

– Привет! А Рита где? – спросил предсказуемо.

Какой-то слишком обеспокоенный, разговаривал с Линой, но при этом не переставал вертеть головой, отыскивая другую.

Она пожала плечами, пробормотала достаточно растерянно:

– Не знаю.

Сева заметно помрачнел, напомнил с напором:

– Вы же вместе пришли.

– Ну да, – признала Лина с прежней растерянностью. – И были вместе. А потом я в туалет пошла, а когда вернулась, её уже не было. Сама удивилась.

– А она ничего до этого не говорила? – не отступал он, становясь всё более обеспокоенным и раздражаясь. – Что куда-то собирается?

Лина старательно замотала головой, немного вжав её в плечи, заверила негромко:

– Ничего такого, – сдержав желание ответить колко и резко.

Вот почему Сева на неё-то рычит? Она вообще-то не обязана за его Риточкой следить. Сказала же ему, что понятия не имеет.

Но, конечно, приятно, когда о тебе волнуются. Вот её родителям откровенно начхать, где она болтается ночами, сбежав из дома – ни разу не поинтересовались. А не вернись она совсем, наверное, и не расстроились бы, только вздохнули с облегчением. А Лине разве не хочется почувствовать себя нужной? Чтобы её искали, переживали.

И ладно папаша с мамашей – их уже точно не переделаешь. Лучше бы вот такой же парень. Но и тут у неё всё никак не складывается, не получается, с кем хотелось бы. А очередные ушлёпки, какие обычно сами к ней лезут, считая, что она такая же – да пошли они…

И всё-таки зря Лина, наверное, не исчезла вовремя. Слишком уж много Сева спрашивает. А если захочет узнать, зачем их вообще сюда занесло? У неё, как назло, никаких подходящих идей в голове. А если воспользоваться прежней идеей, что якобы приехали отдать долг, придётся ещё больше объяснять: что за долг, кому и при чём тут Рита? Но Сева спросил о другом, и в первое мгновение Лину бросило в жар, когда она услышала:

– А Шелест тоже здесь?

Вдруг подумалось, что он обо всем знает. Но не мог же, не мог. Никак.

Она втянула в себя порцию Пина Колады, потому что в горле пересохло – ну и чтобы выкроить себе хоть немного дополнительного времени – и за эти короткие мгновения поняла: Сева упомянул Шелеста совсем по-другому поводу.

– Вроде бы я его видела, – проговорила медленно, уставилась в стакан.

– И к вам он не подходил? – продолжил допрашивать Сева, неосознанно тронул её за руку, то ли пытаясь наладить особый доверительный контакт в надежде на искренность, то ли привлекая внимания, чтобы она подняла глаза, посмотрела на него.

И она подняла, в очередной раз мотнула головой:

– При мне… нет. – И тут же предположила: – Может, Рита домой уехала. Только тогда странно, что мне не сказала. Но вдруг у неё что-то случилось.

Сева слушал, нервно переступая с ноги на ногу, и по-прежнему оглядывался по сторонам. Потом достал из кармана телефон, поводил пальцами по экрану, поднёс к уху, слушая гудки, и вдруг – резко переменился в лице.

Лина даже не нашлась, как описать точно, что с ним произошло. Испугался – нет. Удивился – нет. Расстроился – тоже как-то не очень. Скорее, растерялся. Будто двигался целенаправленно, прекрасно зная, где окажется и что там его ждёт, а пришёл и не увидел ничего, вообще ничего, и теперь понятия не имел, как быть, что делать и что сказать.

– Кто это? – произнёс он сипло, пытаясь привести мысли в порядок, ухватился, как за соломинку, за что-то знакомое. – А Рита… – И не договорил, осознал, что бесполезно, не поможет, или на том конце ему всё доходчиво объяснили, и Лина догадывалась, кто.

Сева с силой стиснул зубы, так что желваки вздулись, механическим жестом отложил на стойку телефон и какое-то время просто стоял, молчал, будто завис. Даже жалко его стало, насколько он выглядел потерянным и опустошённым.

Лина тронула его за рукав.

– Сева, ты чего? Это не она? Кто-то другой ответил? С ней что-то случилось?

Он вдруг отмер, усмехнулся, сначала просто промычал что-то неопределённое, качая головой, опять усмехнулся, глядя вроде бы и на Лину, но вряд ли её видя.

– Похоже, случилось, – произнёс по-прежнему сипло, словно голос ему отказывал, а в горле саднило. – Только не с ней, а со мной.

– В смысле?

Он всё-таки сфокусировал взгляд и теперь уже точно смотрел на Лину, а кривая усмешка, похоже, намертво приклеилась к его губам.

– Наконец-то я понял, каким был идиотом, – вывел неестественно безучастно. – А ведь так и думал.

– Сев, подожди, – возразила она, не смущаясь, легко ухватила его ладонь, участливо пожала, но он, кажется, даже не заметил. – Объясни толком. Что случилось? И где Рита?

– С Шелестом, – чётко выговорил он, чуть запрокинул голову, посмотрел в потолок, потёр пальцами подбородок, хмыкнул. – И они жутко заняты.

– Чем? – вырвалось у Лины, то ли случайно, то ли неосознанно, но всё-таки нарочно. В ответ Сева одарил её таким взглядом, что ей реально стало немного не по себе, насколько много в нём было неприкрытой ярости, и она поспешно пробормотала: – Извини. – А потом повторила, на этот раз уже почти расчётливо: – Извини. Я просто… никак не могла подумать… что она… – проговорила, запинаясь, и напоследок, приподняв брови, выдохнула: – А как же ты?

– Я… – переспросил он и умолк, потому что действительно не знал, что сказать.

Лина придвинулась к нему, осторожно положила ладони на грудь, заглянула в глаза, произнесла, как можно убедительней:

– Сев, ну, может, всё совсем не так. Ты просто не понял. Может…

– Что «может»? – он отшатнулся, уставился неприязненно, воскликнул резко: – Чего ты несёшь? Опять пытаешься её выгораживать?

– Нет, ну… – пробормотала она, виновато потупилась, шмыгнула носом, а Сева досадливо выдохнул и теперь уже сам произнёс:

– Извини. Ты тут ни при чём. – Развернулся к стойке, потребовал у стоящего чуть в стороне бармена: – Что-нибудь покрепче.

Тот подошёл ближе, перечислил вопросительно:

– Коктейль? Виски? Водку? Текилу? Джин?