Я (не) твоя - Аля Кьют

думать о ее сосках, бархатных, сладких. Постоянно вспоминал, как приятно было вчера ласкать ее грудь, чуть сминая, чтобы ощутить идеальный для моих ладоней размер и полноту. Поэтому, едва Лидия сказала по телефону, что они заканчивают с бельем, я не мог просто поехать в ресторан и дождаться их там. Нет, нужно было обязательно забрать Ангелину самому, а в идеале еще и насладиться примеркой.

Конечно, я не мечтал, что Ангел устроит мне дефиле в бельишке, но нагло украсть кусочек красоты был обязан. О, да. Повезло. Ангелина, хоть и пыталась спрятаться, но от меня же не скрыться. Тем более, она явно нагоняла на себя скромную суровость. Разве настоящая стесняшка и моралистка бросила бы в меня бра, чтобы подразнить? Вот уж вряд ли. Собственно, как и не стала бы верная влюблённая в мужа жена тереться об меня и умолять остановить ее.

Не бывает дыма без огня. Уверен, что отношения Жуковых давно уже далеки от идеальных, иначе не вспыхнула бы Ангелина в моих руках как порох. Любопытство сжигало меня, и хотелось проникнуть в эту милую головку, узнать, что она думает, как живет. Обед для доверительного разговора – отличный повод.

Я сдал покупки Лидии, и она провела оплату, напомнив, что все будет доставлено в офис, Ангелине нужно быть в салоне к двум, и вышла из магазина. Я дождался Ангелину и, взяв ее за локоть, повел к выходу тоже.

– Ты держишь меня, чтобы не сбежала? – уточнила она едко.

– Отчасти. А еще, потому что мне нравится тебя трогать.

– Бессовестный, – выплюнула моя строптивая помощница, вырвав руку. – Не надо, Влад.

– В таком нервном состоянии нельзя отправляться на обед, Ангел мой. Заработаешь несварение. Расслабься.

Я обнимал ее за талию, пока вел к машине, наслаждаясь ее вынужденным смирением и громким дыханием. Да-да, дорогая. Не надо вырываться. От меня не уйдешь.

Ангелина смотрела в окно, пока мы ехали к ресторану. Она не проронила ни слова, и когда мы устраивались за столиком. Только дождавшись, чтобы официант ушел, спросила:

– О чем ты хотел поговорить? Что-то еще про Лондон?

– Нет, я хотел поговорить о тебе.

Ангелина поджала губы.

– Знаешь, у меня еще куча дел в офисе.

– Значит, ты все же согласна?

– А у меня есть выбор? – подняла она колючки снова. – И не говори, что он есть всегда. Терять место, которого я с таким трудом добилась и работу, которая мне нравится и приносит хорошие деньги… О, хотя что я тут распинаюсь. Мальчик-мажор, который сел в папочкино кресло директора, едва закончил институт, вряд ли поймет.

Я сжал кулаки и прищурился. Сколько раз слышал эти упреки, но вот из ее уст они ранили сильнее и пробивали даже мою слоновью кожу. Что за дерьмо? Я давно уже не реагирую на подобные шпильки.

– Да, мне не понять, – развязно пропел я. – А почему ты выбрала мою фирму? Вслед за мужем?

Ангелина пожала плечами.

– Нет… Да… Отчасти. Мне просто захотелось себя испытать, и я отправила анкету, а потом случайно практически прошла все туры собеседования и меня взяли.

– Случайно? – я вздернул брови. – Мой отдел кадров не пропускает случайных людей, Ангелина.

– Завуалированный комплимент? Спасибо, босс.

– Завуалированный? Да я прямо могу сказать, что ты умна и красива. Упертая, как черт, но это тоже сложно назвать недостатком.

– И такого злотого человека вы собираетесь уволить, Влад Сереич. Как лицемерно и подло.

Я развел руками.

– Нет выбора, Ангел. Мне нельзя рисковать Лондонской поездкой. Была бы ты страшненькая или тупая, мы бы вчера потискались и разошлись, а я бы в мыле искал замену Насте, но тут все одно к одному, так что ты сама виновата.

– Какой же ты гад, Усманов!

Теперь настала ее очередь сжимать кулаки и сверкать на меня глазами. А как ты хотела, детка? Оскорблять меня безосновательно и ждать, что я буду в ответ мурлыкать? Так не бывает.

Мы прекратили пикировку, потому что официант принес еду, но глаза Ангелины буквально палили в меня огненными пулями. Если бы взглядом можно было убивать, я б уже валялся в крови на полу.

Как только нас оставили наедине, я проговорил, меняя тему:

– Мы с тобой земляки и учились в одной школе.

– Угу, и уже тогда ты был наглым избалованным засранцем, – продолжала гнуть свою линию Ангелина.

– А ты, наверно, невинно девственным синим чулочком?

– Я встречалась с Димой с девятого класса.

Да, как я и думал.

– Только не говори, что он у тебя первый и последний!

Она вспыхнула и уставилась в тарелку, изображая изо всех сил, что тунец – это самое интересное, что может быть на свете.

– Какая прелесть. Очень трогательно, Ангел. Значит, вы со школы вместе?

Ангелина снова не ответила.

– Ты ведь знаешь, что он гуляет от тебя, да ?Зачем эта жертвенная неприступность? Муж ведь вряд ли оценит. Глупо хранить верность тому, кто изменяет.

– Ты думаешь, что я боюсь изменить Диме? – наконец взглянула она на меня.

– Разве нет?

– Меня это заботит меньше всего на свете. Я не хочу изменять самой себе.

Я сглотнул. Сильно сказано. И обнадёживает.

– Тогда что тебя останавливает? Нам было вчера хорошо, а может быть еще лучше.

– Я не собираюсь спать с тобой, Влад.

– Почему?

– Потому что ты самоуверенный, напыщенный индюк с комплексом бога. Дима тот еще гад, но ты хуже, Усманов. А я ведь… – Она всплеснула руками. – Зачем тебе это все, Влад? Ты уже потратил на одежду больше, чем должен мой муж. И не говори, что это часть твоей проклятой стратегии.

– Ладно, не скажу. – Я сложил руки на груди, растеряв аппетит и хорошее настроение окончательно. – А ты хотела, чтобы я выдал тебе костюм и пару туфель своей бывшей?

– Нет, но…

– Что но, Ангел? Я честен с тобой. Разве это плохо? Почему ты не можешь совместить приятное с полезным,