Самойловы-2. Мне тебя запретили (СИ) - Инфинити Инна

— Конечно.

— Тогда я наберу тебе, когда освобожусь.

— Хорошо, буду ждать.

Я выхожу за ворота и с чувством неимоверного счастья направляюсь домой. Повернув за угол на свою улицу, с удивлением обнаруживаю у нашего коттеджа незнакомый «Майбах». Интересно, кого это принесло в гости.

Подойдя к автомобилю я вижу, как на водительском сиденье развалился и спит… Влад.

Какого черта его принесло?

Подхожу к передней двери и стучу в окно. Бывший лучший друг тут же подскакивает и трет сонные глаза. Затем не спеша вылезает из автомобиля.

— Какими судьбами? — смеряю его презрительным взглядом.

— Чего трубку не берешь?

Мой телефон остался дома. Когда Наташа прибежала вся мокрая, у меня не было времени подниматься в свою комнату за гаджетом.

— Ушел из дома и забыл взять с собой.

Влад ухмыляется, проходясь взглядом по моей мокрой одежде.

— Где был? Вернее, у кого?

Конечно, бывший одноклассник знает, что мы с Кузнецовой соседи по даче. И знает, в каком направлении находится ее дом.

— Ты зачем приехал? — перевожу разговор в интересующее меня русло.

— Слушай, Лех… — неуверенно начинает. — Ну ты серьезно, что ли, похеришь 11 лет нашей дружбы из-за телки?

— Выбирай выражения, когда говоришь о Наташе.

Его брови медленно ползут вверх.

— Да ладно!? — громко смеется. — 11 лет ты доблестно держался, но в итоге все равно захотел чпокнуть ее, как и все?

Мне не очень приятен этот разговор. Похабные выражения Влада в адрес Наташи я больше терпеть не собираюсь.

— Во-первых, это не твое дело, — отрезаю. — Во-вторых, ты что-то подсыпал Наташе в стакан, и это было не один раз. И в-третьих, — я делаю к Владу шаг и понижаю голос, — если ты еще хоть раз подойдешь к ней ближе, чем на 300 метров, я череп тебе проломлю. Понятно?

Саркастичное выражение с его лица, как рукой снимает. Влад тут же сжимает челюсть, а в его глазах мелькает злость.

— Ты совсем с ума сошел? — цедит сквозь зубы. — Ты из-за бабы сливаешь в унитаз нашу дружбу?

Я замечаю, как Влад непроизвольно сжимает кулаки и уже явно готовится засадить мне в челюсть. Делаю к нему еще шаг.

— Я все тебе сказал. Увижу тебя возле Наташи — убью.

— Сам хочешь ее завалить? — снова ухмыляется. — Или, может, уже?

— Влад, тебе пора.

Но он никуда уезжать не собирается. Начинает громко смеяться.

— Ну и как она там? Чем-то отличается от остальных? Стонет громко?

Делаю резкий шаг к бывшему другу и хватаю его за грудки, вжимая в новенький «Майбах», подаренный родителями.

— Еще одно слово о Наташе, и твои мозги будут на этом асфальте, — рычу ему в лицо.

— Ты в конец охренел? — пихает меня в грудь, заставляя отступить на шаг.

— Я все тебе сказал, Влад. Проваливай отсюда.

Я разворачиваюсь и направляюсь к калитке, как меня останавливает голос бывшего друга.

— А она знает, что ты организовал на нее то нападение?

Я на мгновение замираю, взявшись за ручку двери. Медленно поворачиваю голову к Владу.

— Если ты думаешь, что, шантажируя меня, сможешь чего-то добиться, то сильно ошибаешься. Прощай, Влад.

Я захожу во двор, громко хлопая за собой калиткой. Не успеваю дойти до крыльца дома, как слышу звук заводящегося мотора и рев шин на асфальте.

Глава 24. Звездопад

В МГУ нет факультета бизнес-администрирования, но зато есть некая «Высшая школа бизнеса». Без слез на этот факультет не взглянешь. Помимо ЕГЭ там еще вступительный экзамен по математике. Просто рукалицо.

Не нужна бизнес-управленцу высшая математика! Она может быть в числе прочих предметов, но никак не основным! Для эффективного управления крупным бизнесом, в том числе международным, куда нужнее такие предметы, как логика, психология, ораторское искусство и искусство убеждения.

Начну я, например, договариваться о покупке более мелкой компании для того, чтобы слить ее с нашей. Мне нужно будет торговаться, сбивать цену, убеждать продаться именно нам, а не нашим конкурентам. Зачем мне на таких переговорах высшая математика? Да «Война и мир» мне пригодится больше, чем математика, потому что литература учит связно мыслить и излагать свои суждения, а значит — убеждать противника в собственной правоте.

Мой папа-адвокат всегда говорил: «Слово — это пуля. Если умеешь с ним обращаться, то всегда будешь попадать в цель».

В Гарварде вся методика образования так и построена. Там учат убеждать и побеждать. Математика тоже есть, но отнюдь не основным предметом.

Чем больше я смотрю на эту Высшую школу бизнеса, тем сильнее мне хочется выть от безысходности. Но я все-таки достаю из тумбы в письменном столе школьный аттестат и результаты ЕГЭ. Не думал, что эти документы мне когда-нибудь пригодятся.

Снизу доносится хлопок входной двери и голоса семьи. Я выглядываю со второго этажа и вижу, что Миша с Лизой тоже тут.

— Леша, а где ты был? — Ира замечает меня первой. Упирает руки в боки и ехидно улыбается.

Есть вот у сестры эта стервозная черта характера.

— Бегал.

— Всю ночь? — выгибает бровь.

— Ага. К марафону готовлюсь.

Миша начинает смеяться, но тут же спохватывается и подавляет смех. Родители мой уход из ресторана и отсутствие дома ночью никак не комментируют, но я все же чувствую мамин недовольный взгляд. Мне еще предстоит с ней тяжелый разговор.

Я решаю не откладывать его в долгий ящик, поэтому, как только все приехавшие с пикника расходятся по своим делам, я направляюсь к матери. Она, как всегда, работает в библиотеке.

— Я изучил это предложение о новом проекте, пока вас не было, — говорю ей, когда захожу. — Мне показалось, что условия не плохие, но, думаю, еще можем поторговаться о стоимости земли.

Я сажусь за стол напротив мамы. Она продолжает быстро бегать глазами по бумагам, едва заметно кивая.

— Да… — задумчиво тянет и наконец-то поднимает на меня взгляд. — Думаю, процентов 10-15 можно скинуть.

— Надо пытаться скинуть 20 и соглашаться на 15.

Мать расплывается в довольной улыбке.

— Слушай, мам, я хотел с тобой поговорить, — осторожно начинаю.

— О чем? — тут же откладывает бумаги в сторону.

— Я подумал, что от меня будет больше пользы, если я останусь в России. Я по-прежнему смогу помогать тебе с компанией. Зачем мне куда-то уезжать и выпадать из обоймы?

Ее и без того огромные синие глаза увеличиваются на пол-лица.

— Леша, ты в своем уме!? — восклицает. — Ты хочешь остаться без образования!?

— Ну почему без образования? — спешу ее успокоить. — Я подам документы в российские вузы. В МГУ есть факультет Высшей школы бизнеса!

На мамином лице появляется такое выражение, будто ее сейчас стошнит.

— В России нет хорошего бизнес-образования, — чеканит.

— Да почему? МГУ — лучший вуз страны…

— Алексей! — строго меня перебивает. — Выброси всю эту чепуху из головы! Ты едешь учиться в Гарвард, и это больше не обсуждается.

Она смотрит на меня с непоколебимым видом. Я знал, что легко не будет.

— Нет, мама. — Говорю спокойно, но твердо, смотря ей ровно в глаза. — Я не поеду. Завтра я подам документы в МГУ и останусь дома.

За секунду на ее лице отображается с десяток различных эмоций: от удивления до ужаса. Сначала мать недоуменно хлопает пышными ресницами, а затем плотно сжимает челюсть.

— Я даже слышать это не желаю, — цедит сквозь зубы.

Далее наш разговор бессмысленен, поэтому я поднимаюсь с места.

— Я никуда не поеду. Извини, — разворачиваюсь и направляюсь к выходу, затылком чувствуя ее взгляд.

Выхожу из дома в теплую июльскую ночь и направляюсь к дому Кузнецовых, параллельно печатая сообщение Наташе.

«Идем гулять?»

Ответ от нее приходит тут же.

«Да!»

«Я у твоего дома»

«Скоро выйду»

Наташа появляется через 15 минут в легком белом сарафане. Я стою слегка поодаль от их коттеджа. Увидев меня, девушка тут же расплывается в широкой улыбке и спешит ко мне.