Светлана Мерцалова - Под звуки меренге...

Она выключила лампу, потому что не могла спать при свете. Но от темноты нахлынул страх, и все очертания в комнате, казалось, шевелятся. Яна закрылась с головой, но сон не шел. Она включила свет, налила себе полстакана рому и одним залпом, как лекарство, выпила. Через какое-то время ее сморил сон. Но сон был беспокойный, всю ночь снились кошмары, будто Игорь залезает в номер через балкон, с удавкой в руке...

Проснулась Яна, когда первые лучи уже солнца пробивались через шторы. Она чувствовала себя разбитой, болела спина. Во рту было мерзко от выпитого накануне рома. Но нужно вставать, будить Лизу, в одиннадцать их ждет Родригес...

Диего Родригес уже ждал их, нервно поглядывая по сторонам.

— Доброе утро!

— Доброе утро! Как здоровье сеньоры Саб... — он пытался прочесть на документе фамилию Лизы.

— Сеньоры Саблиной, — помогла Яна. — Спасибо доктору, все обошлось.

— Вы хотите забрать тело в Россию или будете кремировать здесь? — спросил он.

— Мы решили кремировать здесь, — ответила Яна.

— На вашем месте я бы сделал то же самое, — кивнул Диего Родригес. — Будете пользоваться услугами пастора?

— Что он спрашивает? — теребила ее за руку Лиза.

— Нужен ли нам священник?

— За каким... Он и в церкви-то ни разу не был, — грубо ответила Лиза.

Яне стало стыдно за ее поведение, и она постаралась перевести как можно мягче. — Умерший был православный, а вы, наверное, можете предложить только католического пастора. Мы решили, что религиозный обряд мы совершим в России.

— Хорошо. Распишитесь, пожалуйста. Да, и еще здесь. Спасибо. Мы подготовим все документы, а после этого позвоним вам и пришлем машину. Диего Родригес, попрощавшись с ними, ушел.

— Какой кошмар! Вместо Николая я повезу домой урну с прахом, — сказала Лиза и горько заплакала.

— Лиза, успокойся, пойдем сядем, — и Яна отвела ее к дивану, стоящему в нише. — Давай закажем что-нибудь легкое, типа «Маргариты»...

— А что мне делать, скажи? Вы когда уезжаете?

— В следующую среду.

— А у меня обратный билет на воскресенье. Мы не собирались возвращаться, но ты же знаешь, без обратного билета не продают. Что делать? Я не хочу лететь одна.

Я не смогу... — и она зарыдала еще сильнее.

— Не плачь, я попробую тебе помочь. Полетишь с нами. Я поговорю с администратором, они должны пойти на уступки и оставить тебя еще на пару дней. Если что, позвоню Родригесу. С билетами, думаю, будет посложнее. Я тебе обещаю, что попробую договориться. Все, что в моих силах.

Лиза прижалась к ее плечу.

— Что бы я без тебя делала?

— Успокойся! Уже ничего нельзя поправить. Тебе нужно думать о своем здоровье и о том, как жить дальше.

— Знаешь, это меня угнетает больше, чем смерть мужа... Коли... Никогда не называла его по имени. Николай — слишком долго, а Коля — мне не нравится... Мы в последнее время жили плохо, постоянно ругались. За последние несколько лет я, наверное, ни разу не сказала ему ласкового слова. Сейчас, конечно, жалею об этом.

В меня как будто бес вселился в последнее время. Сейчас это называется как-то по-умному... кризис среднего возраста...

— Моя жизнь совершенно бессмысленна, — продолжала Лиза. — Так получилось, что ребенка не родила.

Пара неудачных абортов в молодости... Профессии нет. До замужества работала официанткой в пивнушке. Коля заходил иногда после работы: кружку пива выпить, пельмени поесть. Он жил один, и готовить ему было некому. Похоже, до меня у него и бабы-то не было. Мне он не нравился — недоношенный какой-то. Но что-то нужно было делать. Замуж пора. К тому же положительный: не курит, почти не пьет, не гуляет, хорошо зарабатывает. Работал он тогда бухгалтером на каком-то предприятии. После перешел работать в большую фирму. Я проявила инициативу и женила на себе, да он и не сопротивлялся.. Поженились, я жила лучше, чем многие, но мне было этого мало. Я, как та бабка из сказки о золотой рыбке хотела больше, больше и больше... А вот осталась, как и она, у разбитого корыта...

Не работала, думала — зачем? Мужик зарабатывает хорошо. А сейчас вижу, это очень важно — что-то делать. Моя подруга Лерка — парикмахерша. Она счастливей меня, постоянно занята, времени на тоску не остается. Работает в салоне. Я бы тоже могла пойти на какие-нибудь курсы и сейчас была бы при деле, в коллективе. Ведь с мужем нас ничто не удерживало вместе. Мы постоянно ругались, точнее я... а он молчал, и в конце концов мы возненавидели друг друга...

Ее лицо стало задумчивым, словно она пыталась что-то вспомнить.

— Ты вышла замуж из-за денег? — спросила Яна.

— Не-е-ет, не думаю... Да и денег-то особых в то время не было. Зарплата неплохая, но зарплата. Какие-то деньги появились после того, как он стал работать в этой фирме... но что у него счет в панамском банке, — прошептала Лиза и закрыла себе рот ладошкой.

Яна ждала, не задавая вопросов. Лиза закурила и продолжала говорить с прежней тоской в голосе. Яна не перебивала, может, хоть что-то из ее рассказа прольет свет на всю темную историю.

— ...думаешь, похоронила мужа и ни слезинки не проронила... Нет у меня слез! Все кончились, — ломая пальцы в отчаянии, она сидела, подавленная своей же собственной виной. — Такое чувство, что все случилось по моей вине... И не будет мне прощения ни на том, ни на этом свете...

— Скажи, а на работе у него все было в порядке? — не удержавшись, спросила Яна.

— Николай, ты знаешь, со мной особенно-то не делился. Я лишь в последний день узнала о его неприятностях. Сейчас жалею, что ничего не спросила. Мне просто было неинтересно. Сейчас понимаю, какая была идиотка...

Лиза откинулась на спинку стула и прорыдала с застарелой тоской в голосе:

— Господи, если бы ты знала, лучшие годы уже позади. Теперь одна... вообще одна. Знаешь, как страшно! Скоро сорок — и ни ребенка, ни котенка. А теперь и мужа нет... А теперь и квартиры нет, — после этих слов она застыла, на лице был ужас.

— Ты знаешь, мы перед отъездом продали квартиру, я совсем об этом забыла. Мне теперь некуда возвращаться, — и она зарыдала. — Извини, что исповедуюсь перед тобой. Больше не перед кем... Он постоянно стоит у меня перед глазами — лежащий на палубе под солнцем... и эта музыка... Я не могу больше слышать эту музыку!

Вернувшись в номер, Яна уложила Лизу в кровать. Раздался стук в дверь.

«Только бы не Игорь», — подумала Яна. Но это был он.

— Когда я тебя увижу? — спросил Игорь. — Придешь ночевать?

— Наверно, нет.

— Я не понимаю, зачем я взял тебя? Я взял с собой бабу и не вижу ее.

— Насколько я помню, мы и до этого отдыхали не вместе. Виделись только за столом и в кровати.