Синтия Виктор - Нелегкий выбор

Неожиданная поддержка ошеломила Лэйни. Впервые за день ее охватило предчувствие удачи.

— Продолжайте, Лэйни, — улыбнулся Солсбери. — Джентльмены хотят знать о вашей Маризе все.

«Я обожаю вас, Оуэн Солсбери», — подумала Лэйни, прежде чем достать из папки очередной набросок.

Глава 8

Проснувшись, Фэрил обнаружила, что она одна в постели. Приподнявшись на локте, она глянула на электронный будильник, отбрасывающий бледно-красный отсвет на поверхность столика. Было двенадцать минут четвертого. В одиннадцать вечера, когда она поднялась в спальню, Джон еще сидел в кабинете, листая бумаги. Должно быть, он до сих пор там.

Дети крепко спали. Райли разметалась во сне, сбросив одеяло, и Фэрил прошла в ее комнату, чтобы снова укутать девочку и убрать с ее лица несколько прядей волос. Потом, заметив пробивающийся из-под двери кухни свет, она бесшумно спустилась по ступенькам.

Фэрил нравилось в доме буквально все, но кухня… в кухню она влюбилась с первого взгляда, еще когда они присматривали жилье в Медоувью. Прежние хозяева были гурманами, любили готовить и проводили в кухне столько времени, что постарались обустроить ее на свой вкус. Вся мебель была сделана на заказ, каждый предмет кухонного обихода был в своем роде произведением искусства. На задний двор вели раздвижные двери, а рядом, в обширном окне-фонаре, помещался антикварный деревянный стол — единственное нововведение, которое позволила себе Фэрил. Она восемь месяцев рыскала по магазинам, пока не нашла это чудо в мебельной лавке в Личфилде.

За этим столом и сидел сейчас Джон, поедая ванильное мороженое прямо из коробки. Он даже не переоделся. Он ел медленно, устало глядя перед собой, и Фэрил сразу бросилось в глаза нерадостное выражение его лица.

— Эй! — негромко окликнула она. — Ты так и сидишь здесь всю ночь?

— Угу, — рассеянно отозвался Джон.

— Неприятности?

Она присела напротив в ожидании объяснений. Джон помедлил.

— Года полтора назад я занимался разводом одной женщины. Ничего сложного в этом деле не было, но из-за обычной судебной волокиты оно тянулось довольно долго. А теперь эта женщина мертва.

— Господи Боже! Как это случилось?

— Авария. Насколько мне известно, она вела машину в состоянии сильного опьянения, не справилась с управлением и врезалась в бетонную стену. И это при том, что она служила в полиции.

— У нее есть дети?

— Нет. Она жила довольно незатейливо. Невысокое жалованье, квартирка в многоэтажке и машина устаревшей марки. Мы разговаривали с ней только о том, что касалось развода, и даже на эту тему информацию из нее приходилось чуть ли не клещами вытягивать. Нельзя сказать, что она держалась невежливо, но и обаятельной я бы ее не назвал. И вот теперь выясняется, что она назначила меня своим душеприказчиком. Я и понятия об этом не имел! — Джон покачал головой (должно быть, не в первый раз). — Честно говоря, я так толком и не понял, почему она обратилась с делом о разводе именно ко мне. С таким простым случаем справился бы даже начинающий адвокат, и обошлось бы это куда дешевле. Но сегодня, просматривая ее бумаги, я разобрался, почему она остановила свой выбор на мне.

— И почему же?

— Ей со всех сторон капали денежки. Уж не знаю, почему эти люди были вынуждены платить ей… возможно, они оплачивали защиту… или откупались. Или она вымогала деньги, угрожая какой-то информацией… все может быть. У нее был целый список: имена, даты, суммы. Среди имен полно знакомых, местных. Ты даже представить не можешь, сколько денег набегало в итоге!

— Какой невероятный случай! — сказала Фэрил, невольно выпрямляясь.

— Самого невероятного ты еще не слышала. Кое-кто помогал ей пристроить деньги. Отмывал их, пускал в оборот.

Джон с ожесточением ткнул ложкой в остатки мороженого и отпихнул коробку. Фэрил молча ждала.

— Этим занимался мой брат.

— Что?! — Фэрил широко раскрыла глаза. — Чарли?

— Мой дорогой младший братец, который, как мы думали, взялся за ум, — сказал Джон с горечью. — Знаешь цикл мемуаров «Секрет моего успеха»? Некто в юности совершает ошибку, ступает на плохую дорожку, но одним могучим усилием меняет всю свою жизнь. Увы, в случае с Чарли сюжет получил другой поворот. Мой братец и не думал меняться. Он одурачил нас, Фэрил.

— Джон, ты уверен?

— От и до! Разумеется, лучшего адвоката этой бабе было не найти. Если бы в ходе дела выяснились подробности ее темных делишек, я не стал бы поднимать шум, чтобы не впутывать Чарли. А если бы кто-то другой наступил ей на хвост, мне пришлось бы рьяно взяться за ее защиту, чтобы обелить дорогого братца!

— Да, но почему…

— Я понятия не имею, почему она назначила меня своим душеприказчиком, — развел руками Джон.

— У нее есть родственники?

— Ни одного.

Несколько минут они сидели в молчании. Джон рассеянно вынул ложку из мороженого и начал постукивать ею по столу, не замечая этого.

— Она была далеко не в преклонном возрасте, — сказала наконец Фэрил, — и не предполагала, что скоро умрет. Если душеприказчик должен быть, то почему не назначить им хорошего адвоката? Может, она решила, что никто лучше тебя с этим не справится.

— Очень надеюсь, что ты права и что новых сюрпризов не последует. Ладно, пора немного поспать.

Джон отнес недоеденное мороженое в холодильник и направился к двери. Фэрил пошла сполоснуть ложку, когда услышала за спиной:

— Ты не поверишь! Я хотел сказать тебе сразу, но забыл.

— Ты о чем?

— Знаешь, чье имя я обнаружил в списке этой женщины? Имя нашей драгоценной соседушки, Шугар Тэплинжер. Ума не приложу, чем она могла заниматься, чтобы попасть в этот список.

— Сейчас мне некогда, Джон. Может, завтра…

— Сейчас, Чарли! — сказал Джон очень тихо, как говорил только в минуты гнева. — Я выезжаю немедленно.

Он бросил трубку, не дожидаясь ответа, и тотчас пожалел, что проговорился, насколько важное дело у него к брату. При одном намеке на серьезный разговор Чарли обычно исчезал из поля зрения, Слова «ответственность» и «обязанность» звучали для него как звон приготовленных кандалов. С поразительной точностью он отсутствовал на арене событий ровно столько, сколько было нужно для разрешения проблемы. Скорее всего, едва дослушав гудки в трубке, он бросился из дома со всех ног.

До Стэнфорда, где Чарли снимал квартиру, Джон добрался за полчаса. К его великому облегчению, из квартиры доносилось бормотание работающего телевизора. Он постучал, и за дверью сразу послышались шаги.

— Что ж, спасибо, что дождался, — бросил Джон, останавливаясь в прихожей и не делая попытки снять пальто.