Мерилин Лавлейс - Дыхание любви

– Кубок Дэвиса? – спросила Карли.

Джоанна опешила, не в силах поверить, что такая умная, серьезная женщина, как Сэмюелс, не знает элементарных вещей.

– Кубок Стэнли! – с легким укором уточнила она. – А Кубок Дэвиса – это в теннисе, майор!

– Понятно.

– Давайте я вам все объясню, – снисходительно предложила Джоанна. – Кубок Стэнли – старейший в профессиональном спорте и назван в честь английского лорда Стэнли: в середине девятнадцатого века он был министром королевских колоний. Кубок Стэнли – это символ силы, мужества и профессиональной игры. Любой хоккеист готов на все, лишь бы увидеть свое имя, начертанное на серебряном кубке.

– Готов на все… – задумчиво промолвила Карли. – На что именно?

– На многое, майор! – авторитетно заявила Джоанна. – Случается, игроки пользуются запрещенными приемами, наносят друг другу серьезные травмы и даже увечья… Но хоккей – это такая игра, майор!

– А Райан Макманн? Он тоже был готов на все? Травмировать соперников, выводить их из игры?

– Нет, что вы! – пылко возразила Джоанна. – Райан Макманн всегда играл строго по правилам. Фанаты обожали его за это и гордились им!

Карли кивнула. Слушая рассказ Джоанны, она удивлялась способности людей очаровываться спортсменами, кинозвездами, певцами, возносить их на недосягаемый пьедестал, видеть в них только достоинства и не замечать недостатки. Восхищаться, обожать, проявлять безграничную преданность своим кумирам. Две встречи с Макманном не убедили Карли в том, что этот человек подходит на роль кумира. Но Джоанна знала Макманна в те годы, когда он находился в зените славы, и, возможно, тогда он был другим.

– Райан Макманн организовал и спонсировал программу “Айс Баддис”, – продолжала капитан Уэст, – и значительные суммы от игр шли на благотворительность. Игроки отдавали проценты от заработанных денег на помощь детям-инвалидам.

– Что ж, похвально!

– Более чем похвально! Кстати, эта программа имеет непосредственное отношение к моей семье! Мой брат Джек получает от нее помощь.

– О чем вы? – спросила Карли.

– Когда Джеку было десять лет, школьный автобус, возивший учеников, попал в аварию и перевернулся. Джек стал инвалидом, у него парализована нижняя часть тела.

– О Господи!

– Да, к сожалению. Так вот, он получает материальную помощь от “Айс Баддис”, и они даже купили ему специальное инвалидное кресло, в котором он мог бы кататься по льду и принимать участие в состязаниях спортсменов-инвалидов. Видели бы вы, мэм, как Джек гоняет на нем по льду! – Джоанна улыбнулась.

“Похоже, все члены семьи Уэст физически сильные, выносливые люди. И мужественные!” – с уважением подумала Карли.

– Да если хотите знать, за время своей карьеры Райан Макманн потратил миллионы долларов на благотворительность! – воскликнула Джоанна. – Что там тогда произошло с ним в гостиничном номере, мне неизвестно, и произошло ли… Но моя семья и я всегда будем благодарны этому человеку за его душевную щедрость!

– Скажите, Джоанна, знаете ли вы что-нибудь о его личной жизни? По-моему, жена бросила Макманна сразу после суда?

– Кажется, их брак был непрочным. Они слишком разные люди. Помню, я как-то читала интервью с женой Макманна в журнале “Пипл”. Так вот, меня поразило, что эта особа открыто заявляла, будто жить со знаменитым спортсменом очень тяжело, и признавалась, что ненавидит хоккей. Разве любящая жена позволит себе такие высказывания? – Как и во время их прошлой беседы, едва речь зашла о семейных отношениях, Джоанна машинально приподняла левую руку и взглянула на золотое колечко с бриллиантом, сверкавшее на безымянном пальце. – Просто большинство людей не понимают и не хотят задумываться над тем, что профессия, дело, которому служишь, и работа – разные вещи. Для меня, например, очень важно различие между этими понятиями.

– Летать – это дело вашей жизни, а не работа? – улыбнулась Карли.

– Конечно, майор! – убежденно воскликнула молодая женщина. – Я всегда мечтала быть пилотом! И уверена, вы тоже не случайно выбрали профессию юриста.

– Вы правы, – ответила Карли. – В моей семье три поколения занимались и продолжают заниматься юриспруденцией, и я сделала свой выбор осознанно. – Она взглянула на часы. – К сожалению, капитан, мне пора. Вечером я должна еще поработать.

Карли взяла со стола чек, взглянула на него и достала из сумочки деньги. Джоанна тоже потянулась к сумочке, но Карли остановила ее:

– Не надо, капитан, я сама заплачу за нас обеих. Спасибо, что составили мне компанию. Я очень рада, что побеседовала с вами.

“И получила дополнительную информацию о свидетеле обвинения Райане Макманне”, – мысленно добавила Карли.

Нет, никаких новых важных фактов, улик или версий Карли не узнала и пока не составила о Райане Макманне четкого представления, но кое-что для себя прояснила. Она почти перестала сомневаться в его свидетельских показаниях против Майкла Смита, которого Макманн видел на Ривер-роуд в день и час убийства.

По дороге домой Карли размышляла о темно-зеленом “форде-торес”, принадлежащем подполковнику Смиту, и о данных, полученных ею в библиотеке на Райана Макманна. Подъехав к своему дому, увитому плющом, она внезапно решила не работать с документами, а тщательно продумать завтрашнюю беседу с Майклом Смитом, подозреваемым в убийстве жены, и хорошо подготовиться к ней. Наступающий день обещал быть сложным, насыщенным, но весьма интересным.

Глава 5

– Двенадцатого апреля я не покидал библиотеку до пяти вечера, не проезжал по Ривер-роуд и не убивал жену, – упрямо твердил подполковник Смит, глядя прямо перед собой.

Карли кивала, а потом снова задавала тот же вопрос:

– Почему в таком случае никто, ни один человек не может подтвердить, что видел вас в библиотеке “Фэрчайлд” до того момента, как вы покинули ее, отметив пропуск в семнадцать двадцать?

Она пристально смотрела на подполковника Смита, пытаясь по внешним признакам составить о нем верное представление, необходимое для расследования. Строгое лицо с правильными чертами, внимательный взгляд серых глаз, тяжелая челюсть, коротко стриженные волосы. Военная форма голубого цвета ему к лицу, на груди – несколько рядов разноцветных планок, свидетельствующих о наградах. Инженер, пилот самолета-заправщика. Слушатель академии военно-воздушных сил.

На бесстрастном лице Смита четко выделяется маленький свежий шрам над левой бровью. Происхождение его очевидно: получен в результате недавних бурных объяснений с ныне покойной женой.

– На моем курсе в академии военно-воздушных сил обучается свыше трехсот полковников и подполковников, – ответил Смит. – В других учебных заведениях, расположенных на территории базы, включая и вашу школу военных прокуроров, еще несколько сотен. Поэтому персонал библиотеки не в состоянии запомнить такое количество людей.