Джастин Валенти - Протеже

– Подумаю, – кивнула Диана.

Молли воображает невесть какие страсти, которых нет и в помине. Господи, да кому, как не Диане, знать, что она чувствует к Люку? Но разве Молли объяснишь это? Иногда она жутко упряма.

И Диана поспешила успокоить себя, размышляя о том, как хорошо Люк смотрится у нее в доме, и вспоминая его привычки, известные ей наперечет. Он поет, когда моется в душе, причесывается в туалете над раковиной и читает, сидя на диване в гостиной, положив ноги на кофейный столик и включив телевизор. Дома Люк обычно ходит в джинсах и футболке и выглядит в них потрясающе. Он такой высокий, стройный, мускулистый, с великолепно развитыми плечами и руками. И тем не менее все ее восторги не имеют ни малейшего отношения к сексу. Господи, Диана настоящий крутой профи и, отдавая должное внешности Люка, прежде всего представляет его на телеэкране, как и прочих звезд!

Но при этом ему все еще необходимо учиться, учиться и учиться. Вот почему так важно, чтобы Люк всегда был под рукой. Диана должна шлифовать не только грубые грани, но и развивать его способности. Ему предназначено стать настоящим артистом. Утонченность и изысканность не даются сразу.

Если отпустить его сейчас в самостоятельное плавание, наверняка найдется масса доброхотов, которые пригреют Люка и выжмут из его таланта все, что смогут. А она вложила в Мерримэна слишком много, чтобы кому-то уступить его.

Люк проснулся ровно в шесть утра и с наслаждением потянулся всем телом. У него никогда не было такой удобной кровати, хотя ноги свисали с короткого дивана.

Сегодня была пятница. Значит, с девяти до одиннадцати у него лекции, с одиннадцати тридцати до трех тридцати работа в кафе, а потом он свободен.

Люк вскочил, принял душ, оделся и спустился за любимыми круассанами Дианы. Затем насыпал кофе в специальный агрегат, который сам молол зерна, кипятил воду, пропускал ее через кофе – черт побери, все делал сам, – стоило только нажать кнопку.

Люк мигом накрыл поднос с завтраком, особенно тщательно осмотрев розу, – Диану больше всего трогал этот знак внимания.

– Ох, нет, еще рано! – сонно возразила Диана в ответ на его стук.

– Доброе утро! – сказал Люк с безмятежной улыбкой.

Диана кое-как уселась в кровати: одеяло натянуто до подбородка, волосы немыслимой копной торчат во все стороны – такая милая, трогательная девчушка не старше двенадцати лет! Трудно было поверить в то, что не пройдет и часу, как она оденется, накрасится и преобразится в утонченную деловую даму, способную заставить любого плясать под ее дудку.

– Ты сегодня сияешь как медный грош! – заметила она. – Как учеба?

– Лучше не придумаешь. Правда, вкалывать приходится много, но я не в обиде. Сплю и вижу, когда наконец смогу заняться делом!

Диана, пробормотав что-то невнятное, пригубила кофе.

Люк терпеливо ждал, пока она проснется окончательно. Не всегда понимая, что ей нужно, Люк боялся дышать – лишь бы не сделать какую-нибудь ошибку и не разозлить Диану.

Ведь она выбрала его – именно его, Люка Мерримэна – из толпы и сказала, что у него есть талант. Врожденный дар. Люк частенько думал о себе как о живучем усике земляники, нуждающемся лишь в капельке воды и удобрений. Диана дала ему и то и другое – и он был глубоко благодарен ей.

– Диана, сегодня я закончу пораньше и успею получить жалованье. Конечно, это ничто в сравнении с тем, сколько я вам должен, но мне было бы очень приятно угостить вас обедом.

– Ох, Люк, это отличная мысль, честное слово, но только не в пятницу! У нас назначена генеральная репетиция, а потом запись. Будем гонять дубль за дублем, пока не получится то, что надо. Придется торчать там до девяти или десяти. И к концу дня я буду почти трупом.

– Ух ты, да ведь это так интересно! В школе нас готовят не к телешоу, а к театру. Наверное, играть перед камерой – совсем другое дело. – В его голосе слышались неуверенность и трепет. – Никогда еще не видел, как телестудия устроена внутри!

– Конечно, где бы ты мог это увидеть! – Посмотрев на него внимательнее, Диана добавила: – Но рано или поздно ты все увидишь. Знаешь, давай сделаем так. Зайди ко мне днем, когда освободишься после работы. Только учти, тебе придется тихо сидеть в углу и следить, как мы снимаем дубли. Это вовсе не так весело…

– Нет, мэм, только не для меня! Готов поспорить, что не соскучусь! – Люк благодарно улыбнулся. – Спасибо за приглашение! И не беспокойтесь. Я буду сидеть тихо как мышь! Нет, вы уж занимайтесь своими делами. Я сам уберу посуду в моечную машину. Черт, когда у тебя дома такая куча всяких механизмов, хлопотать по хозяйству – одно удовольствие!

Ничто не влияло на его безоблачное настроение. Даже в душной толкотне метро Люк умел находить хорошие стороны. Если отключиться от неприятных эмоций, всегда отыщешь превосходный материал для наблюдений, а потом скопируешь чью-то речь или манеры, как советовали лекторы на курсах.

Одно внушало некоторые опасения: многие объекты наблюдений начинали тоже глазеть на него. Пришлось прятаться за темными очками даже в помещении.

Ну, в основном это, конечно, связано с тем, что в купленном Дианой прикиде он смотрится как очень богатый парень. Взять, к примеру, кожаную куртку – оказывается, она от Перри Эллиса. Теперь-то Люк знал, что это одна из самых шикарных фирм.

Сегодня утром ему предстояло заниматься современными танцами, то есть играть роль не только лицом, но и всем телом. Ну, поскольку тело всегда слушалось его, современные танцы стали для него самым легким курсом. И в Салеме, и потом в Портленде Люк много занимался спортом, чтобы не терять форму.

К полудню ресторан почти заполнился. Один из столиков занимала дамская компания: молодые туристки шумно обсуждали недавний поход по художественным галереям и достоинства профессионального историка-искусствоведа, их гида.

Люк решил, что это домохозяйки из Нью-Джерси, которым некуда девать время. Он с любопытством наблюдал, как они ковыряют вилками и ножами свинину на ребрышках, а потом все же пускают в ход руки.

Одна из дамочек отличалась каким-то редкостным оттенком волос. Вроде бы седые, но не совсем. Во всяком случае, выглядели они почти как настоящие. Леди с ходу положила на Люка глаз. И, улучив момент, сунула ему в руку записку. В укромном уголке на кухне Люк прочел ее имя и номер телефона с припиской: «Только в дневное время».

Он с ухмылкой вышвырнул бумажку. Все как всегда. Что Нью-Йорк, что Салем или Портленд – повсюду дамочки висли на нем одинаково.

И что ему до этой красотки? Диане она и в подметки не годится! Вот кто настоящая леди – и посмотреть есть на что, и котелок варит что надо!