Плам Сайкс - Дебютный развод

— Знаем, — кивнула Саломея. — Пойдем есть десерт.

Саломея и Фиби исчезли, а мы с Лорен остались в обществе Сэнфорда. Он повернулся и пригвоздил мою подругу к месту повелительным взглядом:

— Я серьезно, Лорен! Мне нужны запонки Фаберже, принадлежавшие Николаю Второму. Но я понятия не имею, у кого они теперь.

Я обнаружила, что Сэнфорд обладает поразительно тонким вкусом. Владельцы запонок Фаберже вряд ли захотят теперь за них цепляться: слишком много охотников, хотя цена достигает восьмидесяти тысяч долларов и выше. Если они когда-то красовались на царе, их стоимость может взлететь до небес. Что же касается Лорен, то чем сложнее поручение, тем больше сил и энергии вкладывает она в его выполнение. Как-то она призналась, что, гоняясь за драгоценностями, обычно тратит больше денег на частные самолеты, чем составляют комиссионные за очередную сделку. Но, как она говорит, что еще ей делать между ленчем и ужином?

— Я сумею найти запонки, но, Сэнфорд, неизвестно, согласится ли владелец их продать.

— Вы способны убедить любого отдать вам все на свете, только моргнув глазом! — игриво заметил Сэнфорд.

Лорен рассмеялась:

— Сделаю что могу.

— Спасибо, дорогая, — поблагодарил Сэнфорд и, расцеловав ее в обе щеки, с трудом поднялся. — Мне нужно идти, но держите меня в курсе, договорились?

Лорен кивнула и смотрела ему вслед, пока он не исчез за дверью.

— Он такой милый, — вздохнула она.

— И по уши в тебя влюблен, — добавила я.

— Пф! — фыркнула она. — Он хороший друг. И это блестящий проект. Подобные запонки — редкость. Вносят в жизнь хоть какое-то оживление. Если не считать секса, разумеется.

— Дорогой, это Сильви, — сказала я.

— Милая, ты еще не спишь? Который у тебя час? — спросил Хантер.

В Нью-Йорке было три часа утра. В Париже — девять. Я стояла на кухне с зажатой в руке трубкой. Сна не было ни в одном глазу. И вряд ли я смогу уснуть после такого приема — слова Фиби ужасно меня расстроили, хотя еще несколько часов назад я не желала этого признавать.

— Я только что вернулась с послеразводного приема Лорен. Он начался в полночь.

— Иди спать, поговорим, когда ты проснешься.

— Хантер, мне ужасно одиноко без тебя, — пробормотала я.

После той неприятной беседы, пару недель назад, когда Хантера не оказалось в отеле, все, похоже, вернулось на круги своя. Я почти забыла о той истории, а Хантер был еще внимательнее обычного и звонил при каждой возможности. Мне очень не хотелось упоминать о разговоре с Фиби, но и молчать тоже не было сил.

— Сегодня я встретила твою старую подружку Фиби, — все-таки сообщила я.

— Сто лет ее не видел. Как она? — поинтересовался Хантер.

— Сто лет? А как насчет пары недель назад? — Мысленно готовясь к худшему, я пояснила: — Она очень сильно беременна. Сказала, что встретила тебя две недели назад. — И, помедлив, спокойно добавила: — В твоей тайной лондонской поездке.

Воцарилось молчание. Я рывком открыла холодильник и налила бокал шампанского из открытой бутылки. Сделала глоток. Ничего не произошло. Я не ощутила восхитительной легкости. И голова не закружилась. Может, Саломея и была права насчет шампанского: оно не действует.

— Фиби! — наконец воскликнул Хантер. — Она вечно несет чушь. Гормоны в ней так и бушуют! Я действительно видел ее у «Жоржа» в Париже. Она была с Питером, своим мужем. Огромная и переваливается как утка.

— Почему же ты сказал, что не видел ее сто лет?! — взорвалась я.

— Сильви, дорогая, я очень тебя люблю. И тебе не о чем беспокоиться.

Разве я упомянула, что беспокоюсь? Почему он вдруг вообразил, что я встревожена? Означает ли это, что у меня действительно есть повод для тревоги?

— Я не беспокоюсь, — солгала я.

— Вот и хорошо. Ни о чем не волнуйся и иди спать. Забудь о Фиби. Мало того что она беременная, так еще и с тараканами. Кстати, не хочешь поужинать с ней и ее мужем, когда я вернусь?

Этой ночью, лежа в постели, я гадала, возможно ли, чтобы брак оказался короче, чем у Лиз Тейлор и Ники Хилтона? Всего шесть недель, а я уже подозреваю, что мой муж вдали от меня ведет нечестную игру. Но стоит побывать на приеме по случаю развода, и выясняется, что мир населен коварными мужьями и бойфрендами, а на следующее утро ты просыпаешься (очень поздно) и обнаруживаешь, что твой муж святой. О чем я думала прошлой ночью? Я не следующая Лиз Тейлор, и Хантер мне не лгал. Он вполне определенно заявил, что видел Фиби, но в Париже. Фиби просто ошиблась, и все из-за своей беременности. Может, у меня мозги набекрень из-за того, что слишком много времени провожу в обществе разведенных дам?

Следующие несколько дней я полностью погрузилась в работу и ремонт квартиры. Команда Милтона творила чудеса, и квартира превратилась в настоящий дворец. Хантер должен был вернуться через несколько дней, и я умирала от нетерпения. Ему наверняка понравится квартира.

Работа оказалась хорошим способом отвлечься. Я сумела дозвониться до Саломеи, которая любезно согласилась надеть платье Теккерея на прием Аликс Картер. Мы договорились о встрече через неделю. Теккерею понравился тембр ее голоса.

Так или иначе, теперь Аликс Картер мне ни к чему. А вот саудовская принцесса — это то, что надо.

Несколько дней спустя в квартиру ввалился Милтон, еле тащивший две привезенные из Парижа люстры. Я помогла пристроить их в коридоре, после чего мы организовали экскурсию по квартире. Выглядела она ослепительно, и мы закончили поход в моем любимом помещении — на кухне. Теперь там стояли красивые кремовые шкафчики, над раковиной красовалась зеркальная плитка, на окнах висели ярко-красные шелковые занавески с шоколадно-коричневой гросгрейновой отделкой. В центре возвышался старый дубовый фермерский стул, рядом — винтажные бамбуковые стулья. Милтон настоял на маленьких стенных бра с абажурами красного шелка вместо утопленных в потолок лампочек, как у всех остальных.

— Вам тут нужна «Ага» {Кухонная плита, работающая на мазуте, газе или электричестве}. Новая, белая. Тогда здесь будет по-настоящему уютно, — объявил Милтон и, взглянув на часы, покачал головой. — Я ненадолго. Утром улетаю в Узбекистан. Иду по следам Дианы фон Фюрстенберг и Кристиана Лабутена. Три месяца на Новом шелковом пути. Хочу поработать над моей линией мебели «Таргет». Не вернусь до января. Как вам нравится квартира?

— Я от нее без ума. Не дождусь, когда Хантер ее увидит! — весело выпалила я.

— Вы такая славная, — заметил Милтон. — И влюблены в него, верно?

Я слегка покраснела и кивнула.

— Интересно, кто в наше время действительно влюблен в своего мужа? Не знаю таких. Даже голубых.