Тиана Веснина - Брачный приговор, или Любовь в стиле блюз

На пляже Игорь крутился во все стороны, высматривая Миллу. Но едва она появилась, как к ней тотчас подошел высокий черноволосый мужчина. Однако Игоря это не смутило. Он тоже подошел к Милле. Она обрадовалась ему и протянула руку. Молодой мужчина бросил на Игоря испепеляющий взгляд. Так как они оказались друг напротив друга, Милле ничего не оставалось, как познакомить их.

— Анджело! Игорь!

Они кивнули друг другу, по-прежнему обмениваясь неприязненными взглядами.

— Пойдемте искупаемся! — предложила Милла.

Оба проявили готовность. Но в этот момент Игоря окликнула Лика. Он возвел глаза вверх, чувствуя, что сейчас взорвется. Однако сумел подавить вспышку гнева и подошел к ней.

— Это кто? — спросил у Миллы Анджело.

— Знакомый. Тоже русский.

— Он что, женат? — проследил он взглядом за Игорем.

— Да.

Аджело взял Миллу за руку и повел к океану. Она попыталась высвободить свою руку. Но он держал крепко.

— Смотри, у твоей Лимановой красивый любовник из местных. Так что ты зря потратишь время, — не преминула уязвить Игоря Лика.

— И что? — едва сдерживаясь, чтобы не сказать Лике, что он думает относительно нее, спросил Игорь. — Что, по-твоему, она должна была сидеть на берегу и ждать меня? Ты же не ждала, хотя знала, что нравилась мне.

— А теперь? — устремила она на Игоря взгляд, переполненный нежностью.

— Лика, мы уже выяснили наши отношения, — заметил он ей и поспешил догнать Миллу, уводимую Анджело в океан.

Анджело не утерпел продемонстрировать свое превосходство перед европейцем. Он, словно дельфин, бросился в воду и поплыл. Игорь воспользовался этим и предложил Милле вернуться на берег выпить по коктейлю.

Они устроились за барной стойкой. Милла не выдержала и спросила:

— А это ничего, что ваша жена одна? Может, стоит ее пригласить.

Игорь слышал вопрос и ему казалось, что он уже отвечает Милле, но на самом деле он молчал и, не отрываясь, смотрел на нее. Милла улыбнулась и повторила свой вопрос.

— А? Да-да! — проговорил Игорь. — То есть, нет. Понимаете… дело в том… впрочем, это долгая история. Скажу в двух словах: мы женаты фиктивно. Так было нужно. На время. Как только вернемся в Европу, тотчас подадим на развод.

Милла с недоверием смотрела на Игоря.

— Я говорю правду.

— И что, вы живете в разных номерах? Игорь смешался.

— Нет, но… — Милла кивнула с понимающей усмешкой. — Но это не имеет значения! — с твердостью закончил Игорь.

— Для вас, может быть. Но не для вашей жены. Она все время наблюдает за нами.

— Не обращайте внимания. Я так рад, что мы познакомились. Вы в жизни еще красивее, чем я вас представлял, видя по телевизору, — сам того не замечая, он взял руку Миллы.

Ему хотелось ей что-то сказать, но что, он сам еще толком не знал.

— Милла! — раздался голос Анджело. — Отчего так быстро вышла из воды? Ты же обычно подолгу плаваешь.

Он сел на табурет рядом с ней.

— Захотелось поговорить с соотечественником, — чуть повернув голову, сказала она. — Я скучаю по своей стране.

— По снегу? — удивился Анджело.

— И по снегу! — бросила она и заметила Игорю по-русски: — Все считают, что мы живем, словно на Северном полюсе. Что у нас снежные равнины и реки, покрытые льдом.

— Пусть, — улыбнулся Игорь и вдруг почувствовал себя в ладу со всем миром. Это было неожиданное, краткое, но сильное ощущение. Оно возникло оттого, что Милла была рядом.

Милла, как женщина, не смогла не заглянуть в будущее, подумав: «Жаль, что он женат». Что означало: никакой перспективы быть вместе.

Анджело безуспешно пытался вклиниться в их разговор. Они не отвечали, на его фразы на английском и, смеясь, говорили только на непонятном ему языке. Он покрутился на табурете и ушел.

— Так вы ученый? — удивилась Милла.

— А что?

— Нет, вы не шутите? — бросила она недоверчивый взгляд на бицепсы Игоря. — Ученые, по-моему, не очень жалуют тренажеры. А вы, можно сказать, атлет.

— Ну, до атлета мне далеко. Времени, да и желания не хватает. Но в спортзал хожу почти регулярно.

Солнце поднималось все выше и постепенно пляж начал пустеть.

— Надо идти, — сказала Милла. — У меня сегодня занятия. Я беру уроки у одной местной певицы.

— Можно вас проводить?

— Пожалуйста, если хотите, — Игорь опять взял ее руку. — Тогда встретимся под аркой минут через сорок, — предложила она.

Он кивнул, но руку так и не отпустил. Они продолжали сидеть и смотреть друг на друга. Соприкосновение их мерцающих, подобных радуге, аур нарушил бармен, что-то уронив на пол. Они вздрогнули. Обаяние минуты рассеялось.

Игорь влетел в номер, не заметив притаившуюся в кресле, словно кобру, готовящуюся к прыжку, Лику. Он быстро переоделся и собрался уходить.

— Ты куда? — сухо спросила Лика.

Игорь подумал, что она неисправима. «Кажется, я теперь начинаю понимать Макса. Она достала его».

— Куда хочу, Лика. И ты иди, куда хочешь.

Она с силой вдохнула в себя воздух, намериваясь разразиться упреками, но Игорь опередил ее.

— Что с того, что мы живем в одном номере? Что с того, что мы переспали несколько раз? — выпалил он и выскочил за дверь.

«И все же веду себя, как заяц. Надо обратиться к менеджеру и попросить переселить меня».

Но менеджер, следуя указанию, полученному от Тони, вежливо отказал Стромилину, сказав, что свободных номеров нет.

Тони не понравилась та настойчивость, с какой Игорь принялся ухаживать за Миллой.

«Только голову закружит, а потом уедет со своей дурой женой. Надо же, куда она только смотрит?! Другая бы на ее месте такое ему устроила, что он лишний раз носа из номера не высунул бы».

У выхода с территории отеля Миллу поджидал джип.

— Тут недалеко, но пешком идти очень жарко, — сказала она Игорю.

Дом сеньоры Сесиль был окружен высоким каменным забором. Посреди двора, погруженного в тень, бил небольшой фонтан. Певица поднялась с кресла-качалки и протянула обе руки навстречу Милле. Лиманова представила ей Игоря и спросила, не будет ли она возражать, если он останется?

— Ничуть, — ответила та.

Такого пения Игорь никогда не слышал. Хрипловатый голос островитянки сливался с сильным, ярким голосом Миллы. Они словно танцевали вместе, обнимаясь на одной ноте и расставаясь на целые такты. Голоса то убегали друг от друга, то сливались, поднимаясь ввысь и обрываясь в бездну. Незамысловатая островная мелодия наполнилась русской тоской, вечно ищущей выхода и никогда не находящей его.

— Ну что, идемте? — возглас Миллы заставил Игоря вздрогнуть.

— Как, уже? — спросил он.