Хелен Данн - Легче перышка

Мы едем молча, но я замечаю, что Себастиан не выпускает мою руку из своей.

— Ты уверена? — спрашивает он, когда такси останавливается у моей двери.

— Идем.

Он отдает водителю деньги и входит в дом следом за мной.

В квартире моя уверенность ослабевает. Я нервничаю и смущаюсь. К счастью, Финн убрал свой спальный мешок. Я внимательно осматриваю комнату, чтобы убедиться, что его трусы нигде не валяются.

— Ну что, — беззаботно говорю я, а сердце колотится с бешеной скоростью. — Выпьем?

— Думаю, мне на сегодня уже хватит. — Себастиан усаживается в одно из кожаных кресел. Ну почему я не купила диван? Два кресла сейчас совсем некстати. Он улыбается и хлопает по своему колену. Нет. Раздавлю. Несмотря на то, что он играет в регби.

— Ерунда. Сейчас принесу бутылку, — отправляюсь на кухню.

— А как насчет десерта? — кричит мне Себастиан. — Я думал, у тебя есть предложения.

— Ну да, порция мороженого «Бен энд Джерри», — поддразниваю я.

— Неужели. — Себастиан появляется в дверях кухни. — И что ты с ним собираешься делать?

В голове проносится фильм «Девять с половиной недель». Во мне поднимается паника. В спальне хоть убрано?

— Схожу за открывалкой. — Я проскакиваю мимо него.

— А разве она не здесь должна быть? — Он указывает на кухню.

С каких пор у мужчин обнаружилась логика?

— Нет. Здесь хранить нельзя. Мой брат — ужасный алкоголик. Приходится прятать в другой комнате, — выпаливаю я на одном дыхании. — Сейчас вернусь.

Пролетаю гостиную, маленький коридор, открываю дверь в спальню, быстро осматриваю пол в поисках случайно забытого белья, перевожу взгляд на кровать, чтобы проверить, заправлена ли она… И вижу Финна. Он сидит скрестив ноги на моем стеганом одеяле и читает «Журнал для тех, кто на диете».

— Тс-с, — шепотом говорит он, прислонив палец к губам, другой рукой машет, пытаясь меня успокоить. — Тс-с. Ты ведь не хочешь, чтобы он знал, что я здесь?

— Это я не хотела знать, что ты здесь, — отвечаю я сквозь зубы.

— Извини. Ты, конечно, просила меня уйти, но я подумал, что, с учетом твоего прошлого опыта, Себастиан с тобой не поедет. И тогда решил, что уходить мне нет смысла. А когда услышал ваши голоса за дверью, то испугался и спрятался здесь. Вы ведь не собираетесь воспользоваться этой комнатой, да?

Я испепеляю его взглядом.

— Прости, — по голосу слышу, он изумлен. — Так вот что имелось в виду под «приехать вместе». Я вспомнил, как ты просила меня исчезнуть, когда к тебе приходили одноклассники. Вроде бы вы с Майридом Райаном хотели послушать альбом Бакса Физза. Знаешь, — он роется в карманах джинсов, — вот твои 50 фунтов. Так будет честно. — Он виновато улыбается.

— И что я должна с ними сделать? Что мне теперь делать?

— Может, я спрячусь под кроватью?

— И зачем ты мне подо мной, когда Себастиан будет на мне?

— Я нашел здесь беруши. — Финн показывает мне те, что я стащила из самолета. — Я ничего не услышу.

— Нет, — шепотом говорю я.

— Орла, — из гостиной раздается голос Себастиана, — так можно от жажды умереть. Ты еще не нашла открывалку?

— Ты хранишь открывалку в спальне? — недоверчиво спрашивает Финн. Открывает ящик шкафа и начинает в нем копаться. — Где? Здесь?

— Нет. Это был повод проверить комнату. — Я в бешенстве. — Хватит лазить по моим вещам. — Он тут же закрывает шкаф. — И что мне теперь делать? Ты все испортил. Ты и думай.

— Если через две минуты не выйдешь, то зайду я, — кричит мне Себастиан.

Сколько раз я мечтала услышать эти слова? Теперь они нужны мне не больше, чем низкокалорийный шоколад в моем холодильнике.

— Минутку! — кричу я в ответ. Поворачиваюсь к Финну. — Сиди тише воды. Ни звука, бормотать тоже нельзя. Мне придется развлекать его в гостиной. И вот еще что — ни шага из комнаты.

— А вы там надолго?

Смотрю на него во все глаза. Скажите же, что мы от разных отцов!

— Я тебя предупредила. — Выхожу из комнаты и вижу, что Себастиан идет мне навстречу. Он включил «Шугабейбс».

— А я уже к тебе собрался. Нашел открывалку и voila… — Он показывает мне открытую бутылку белого вина и два бокала. — Возьмем их с собой в спальню?

— Обалдеть. Ничего себе, — шепчу я. Надеюсь, что сексуально и страстно, не так как в рекламе микстуры от кашля. Кладу руки ему на плечи и подталкиваю его в обратном направлении, он отходит и при этом целует меня. — К чему спешить? Может, посидим и выпьем для начала? — показываю на маленький персидский ковер у камина.

— По-моему, там на двоих места не хватит. — Он с сомнением смотрит на потрепанный коврик.

— Риск — дело благородное.

Опускаюсь на колени, беру у него бутылку и бокалы, разливаю вино. Он придвигается ко мне и целует. Его губы холодные от вина.

— Ты не представляешь, как много это для меня значит, — шепчет он и укладывает меня на коврик.

Спорить я не люблю, просто знаю. Скажем так, чувствую. Он начинает медленно расстегивать мою кофточку, целуя грудь после каждой расстегнутой пуговицы. Маленькие легкие поцелуи, его губы едва касаются меня. Он добирается до моего живота и расстегивает пояс на юбке. Я в экстазе, не в силах пошевелиться. Он медленно расстегивает молнию на юбке и тянет ее вниз. Я в другом мире, возбужденно вслушиваюсь в музыку. Девичья группа издает нежные стоны. Как я понимаю, что они чувствуют.

— Интересно, — шепчет мне Себастиан, отделив от меня юбку. — Словно ты умеешь отделять от себя свой голос. Такое чувство, что ты сейчас стонешь в соседней комнате.

Что? Открываю глаза и, оттолкнув Себастиана, принимаю сидячее положение. Внимательно прислушиваюсь к музыке. «Шугабейбс» не стонут вообще. Я не стонала точно. Звук доносится издалека. Из спальни. Финн! Чертов брат-идиот бормочет свои мантры! Себастиан смотрит на меня.

— В квартире есть кто-то еще, да?

— Мой братец, — бормочу я. — В спальне. — Беру юбку, прикрываюсь ей, отчего чувствую себя не в своей тарелке.

— А он что здесь делает? Ищет открывалку? — Себастиан разозлился. — И зачем он устроил этот гам?

Финн в режиме глубокой мантры. Надеюсь, он молится о своей жизни. Потому что сейчас я его убью.

— Пойду разберусь.

Спешно натягиваю юбку, накидываю кофточку и шагаю в спальню, распахиваю дверь: Финн сидит рядом с кроватью, его глаза закрыты, в ушах — пробки. Подхожу к нему, выдергиваю одну пробку и ору в ухо:

— Какого черта ты здесь делаешь?

Он испуганно шарахается от меня:

— Орла! О нет. Только не говори, что не сработало.

— Что не сработало?

— Моя мантра.

— Я тебе говорила, чтобы ты сидел тихо? — ору я.