T Novan - Под прицелом ...

Новая подружка мала ростом, но с большим бюстом. Подозреваю также, что она особо не блещет умом, но стараюсь не поддаваться стереотипам, несмотря на пустой взгляд голубых глаз. Однако она хороша собой – крашеные светлые волосы, красивые черты лица. Сразу чувствую себя невзрачной, но Эрик приобнимает меня за плечи.

– Нет, спасибо, – пытаюсь найти отговорку. Эрик тоже уже почти придумал причину, по которой мы не сможем присоединиться к ним.

– Да брось, Келс, – дразнит она, сверкая своими синими глазами. – У нас выдался тяжелый день, ты пришла сюда развеяться. Воспользуйся случаем. Сейчас 9.30, и в это время ты не найдешь место ни в одном приличном ресторане.

Пытаюсь придумать хоть какой-то вразумительный ответ, но она вызывающе продолжает:

– Или же вы, девушка, боитесь сидеть за одним столом со мной и вести себя, как подобает взрослым людям? Я имею в виду, что как будущий диктор сетевого канала, ты должна быть готовой к намного более опасным ситуациям во время интервью.

«Вот стерва!», – вздыхаю я. Харпер бросила мне вызов, который просто невозможно проигнорировать.

– Разумеется, нет, – натянуто улыбаюсь. – Не я же создаю опасные ситуации.

Эрик удивленно смотрит на меня, понимая, что мирный праздничный вечер не состоится. Мы следуем за Харпер и ее пассией в кабинку в конце зала.

Присаживаюсь возле стены напротив подружки Харпер и рядом с Эриком. Не в силах сдержаться, мило улыбаюсь:

– Ты не представила свою девушку на этот вечер, Харпер. Насколько я помню, днем была Марион.

Эрик тихо стонет. Харпер ухмыляется. Блондинка не издает ни звука, но выглядит слегка озадаченной. Она похожа на кокер-спаниеля. Мне кажется, цвет ее волос очень подошел бы этой породе. Тут же пытаюсь стереть эту ассоциацию, но ничего ни выходит.

– А мне показалось, что ты уже знакома с ней. Мы встретились в гей-баре. Там тусуются все знакомые лесбиянки… Если, конечно, ты там была.

Мне кажется, что у Эрика сейчас глаза вылезут из орбит. Не знаю, есть ли у нее гей-радар, или она пришла к такому выводу другим способом, но я не собираюсь удовлетворять ее любопытство или дать малейший намек на то, что она права.

Лениво отмечаю, что кокер-спаниель также выглядит слегка сконфуженной.

– Я там не была, – отвечаю самым скучающим тоном. – Но твое отклонение от темы означает, что ты не знаешь ее имени.

Она понимающе усмехается, но позволяет сменить тему беседы.

– Вероника, познакомься с моим партнером Келси, в несексуальном смысле, и ее другом Эриком.

Блондинка протягивает руку через стол.

– Привет, – кротко говорит она. – Меня зовут Виктория, очень приятно.

Перевожу взгляд на Харпер, но у этой женщины нет понятия стыда, и она лишь беззастенчиво усмехается, пожимает плечом и берет меню. Затем склоняется над своей подружкой и что-то шепчет той на ухо, от чего Вероника …. э … Виктория краснеет.

– Ну, Харпер, расскажи, что произошло сегодня, – она по-детски смотрит в синие глаза моей неистовой партнерши.

Меньше всего на свете мне хотелось бы сейчас услышать пересказ сегодняшних событий. И Харпер, должно быть, думает так же, потому что, взглянув на меня, коротко бросает:

– Какой-то придурок с пистолетом запугал до смерти детей, ну а там оказались я с камерой и Келс. Все это показывали в новостях, и добавить тут нечего.

Я облегченно вздыхаю. Думаю, Эрик тоже. Он не хочет знать детали, считая, что это было слишком тягостным переживанием.

– Эрик, скажи мне, – медленно начинает Харпер, и я чувствую, что сейчас у меня начнутся неприятности. – Что ты думаешь о смене должности Келси?

Он прочищает горло, отпивая глоток воды.

– Я думаю, Чамберс скоро ее продаст.

– Она рассказывала тебе про эту милую сделку, Эрик? Про должность штатника в Нью-Йорке?

– Конечно. У нас нет секретов друг от друга, – улыбается он, поглаживая мою ногу.

– А она тебе говорила, что это сказки и что у нее нет ни малейшего шанса получить эту вакансию? Они просто разыгрывают ее.

Харпер мило улыбается, будто обсуждает погоду, а не мою жизнь. Кроме того, слегка раздражает, что она говорит обо мне в третьем лице, как будто меня здесь нет, и я ставлю ее на место:

– Не стоит говорить обо мне за моей спиной. Я пока здесь, – стараюсь улыбаться в тон ей, но знаю, что моя улыбка выглядит более принужденной.

– Так что, Келс, ты со мной будешь еще долгое время. И ничего не сможешь с этим поделать.

Качаю головой и оборачиваюсь к Эрику. Он выглядит лишь слегка озадаченным – все-таки он хороший актер:

– Кажется, Харпер считает, что Ривс не уйдет на пенсию. Но он уйдет, и по контракту мне гарантирована эта должность.

– И много тебе помог твой контракт на прежней должности диктора, Келс?

У меня не возникает желания комментировать этот вопрос.

– Очевидно, что нет, – самодовольно констатирует она. – Поэтому я бы не особо рассчитывала на работу в Нью-Йорке. Но зато могу порекомендовать тебе хорошего юриста. Он хорошо составил мой контракт, пока еще проблем не возникало.

– Забавно, но что-то не припомню, чтобы просила тебя о помощи.

Харпер пожимает плечами, делает знак официанту и заказывает бутылку вина.

– Ну, Харпер, может, теперь ты расскажешь о своей предыдущей работе. Бульварная журналистика, должно быть, очень захватывающее дело. И, несомненно, очень уважаемое.

Бедняжка Виктория кивает с воодушевлением:

– Да, Харпер, расскажи. Я слышала, ты знакома с Джерри Спрингером. Я просто обожаю его шоу. Как вы думаете, это ж надо быть очень умным, чтобы вести его? – Спарки* оборачивается ко мне.

Я усмехаюсь, втайне радуясь, что ее подружка сделала все за меня.

– Да, надо быть очень умным. А как насчет True TV? Там теперь освободилось местечко, где можно начать карьеру.

Виктория согласно кивает. Эрик уставился на обои, будто их дизайн – это самое интересное из всего, что он когда-либо видел, а во взгляде Харпер неожиданно заиграли искорки смеха:

– Да, это отличная платформа для старта, с которой я попала в программу сетевых новостей. Мне только двадцать пять, а я работаю оператором и режиссером в той сфере, которая мне нравится. Но это даже рядом не стоит с твоим продвижением, Келс, – ухмыляется она. – Я слышала, что ты ухватила свой шанс, ведь у нас могла бы работать Вотерс.

Кровь стынет в жилах, и я молюсь про себя, чтобы это не было правдой. Почему Чамберс выбрал на эту должность меня, а не Джессику? Эта высокомерная дура, как никто другой, отлично подошла бы. Харпер дразнит меня, а я злюсь, что ей это удается. И меня бесит, что ей только двадцать пять. Вот стерва!