После развода. Красное и черное - Екатерина Руслановна Кариди

как это между ними могло быть.

Было горячо. Но сейчас действительно ляпнул лишнее.

Надеялся, что прокатит. Не прокатило.

Влада настороженно зыркнула на него и выдала:

- Мы не в тех отношениях, Пожарский, чтобы я ездила к тебе домой. К себе будешь водить своих баб.

А ему стало обидно.

- Я, между прочим, не припоминаю тебе при каждом удобном случае всех, с кем ты пробовала.

 

Да, Егор знал это. Знал, мать его. И у него здорово пригорало при мысли, что у жены… бывшей жены (неважно!) может быть кто-то другой. Наверное, если бы это в конце концов произошло, он бы не вынес. Устроил скандал, разбил морду или еще что-то. Но Влада в итоге всегда оставалась верна их дочери. И он держался. Всегда держался рядом.

 

Влада потрясенно застыла и уставилась на него.

- Я?

Потом резко отвернулась.

- Это не твое дело.

Сейчас ему было обидно еще больше.

Некоторое время они так и молчали оба, потом Влада сказала:

- Извини. Я не должна была срываться. Просто нервничаю.

Зябко повела плечом, а он выдохнул с облегчением, завел мотор и проговорил:

- Значит, к тебе?

- Да.

- Угу, - он кивнул, настроение снова пошло в позитив. - И давай по пути еды какой-нибудь купим. Кхм.

- Пожарский…

- Я сам могу приготовить, если что.

Она покосилась на него.

- Знаю я твои кулинарные способности.

Но в супермаркет они все-таки заехали по дороге. И там в мясном отделе Егор оторвался, нагреб всего. И еще то, что просила купить Олеська. Вышла полная тележка с верхом. Они выбиралась из супермаркета как семейная пара, решившая затариться продуктами на неделю.

Было непривычно, необычно, давно забытые ощущения. Когда грузили в багажник, Влада проворчала:

- Куда мне столько одной?

Егор имел что сказать, но это было опять по Фрейду, и он благоразумно промолчал. К тому же теперь надо было срочно ехать домой и просмотреть наконец записи из ресторана. Они и так потеряли уйму времени.

 

***

Дома (мусора, кстати, в межквартирном коридоре не было) Влада сразу побежала включать ноутбук. А он на кухне быстро выложил на широкую плоскую тарелку всякой нарезки. Зацепил батон, минералку и со всем этим пришел.

Влада сидела перед включенным ноутбуком.

- Ну что? - спросил он.

А она как-то сжалась, видно было, что чувствует себя напряженно, наконец проговорила:

- Без тебя открывать не хотела.

- Тогда сейчас, - кивнул Егор и выложил на стол еду, прихваченную в кухне. – Будешь?

Она качнула головой.

- Нет, ты ешь, а у меня нет аппетита.

- Ладно, - Егор потянулся и включил первую запись, отправив попутно в рот бутерброд.

Но вот на экране появились первые кадры, и оба замерли, уткнувшись в экран.

 

***

Влада сама не могла сказать, чего ждала от этого просмотра. Сейчас она до рези в глазах вглядывалась в картинку и… У нее не было прежней уверенности.

Видеонаблюдение фиксировало все, но без звука. И это уже не вызывало такой однозначной реакции. Они просмотрели запись еще несколько раз. Потом Егор, сидевший рядом практически вплотную, повернулся к ней:

- Что скажешь?

Его глаза сейчас были так близко, что видно каждую ресничку и темно-серые крапинки на радужке.

- Ох, не знаю… - ответила Влада, стащила с тарелки последний кусок нарезки с хлебом и механически его зажевала. - Если беспристрастно, то трактовать можно как угодно.

В кабинках не уединялись, за ручки нежно не держались. Люди, которые едят за одним столом. Но и улыбки были, да. Но опять же ничего явного.

Ни да, ни нет сказать невозможно.

Получалось, либо она надумывает, либо их зять чрезвычайно осторожный и ловкий. И то и другое могло быть правдой. Но был еще и третий вариант.

- Слушай, - она повернулась к бывшему мужу. - Вот если бы ты был на месте нашего зятя Женьки...

- Не надо сравнивать. Я отец Олеськи и за нее порву любого. Это другое.

Как раз в этот момент пришел входящий на телефон Влады.

Звонила Олеся.

Влада выставила громкую связь и ответила:

- Да, дочь.

А та с ходу выпалила:

- Мам, представляешь?!

Как наждаком по нервам. Егор подался ближе, но Влада жестом показала, чтобы не мешал. И, стараясь не показать волнения, проговорила:

- Что такое? У тебя все в порядке?

- Да, мам, не волнуйся, у меня все хорошо! Это у Женьки неприятности.

Они с Егором переглянулись, а после Влада осторожно спросила:

- Какие? Что у него произошло?

- Ой, у него какие-то проблемы возникли с гаишниками. Машину на штрафстоянку отогнали, еще и влепили штраф. Короче, мрак.

- О, - пробормотала Влада, зажала гаджет ладонью и покосилась на бывшего мужа.

А тот вскинул руки и одними губами сказал:

- Про штраф уговора не было. Может, это они для натуральности?

- Ага, для натуральности!

- Я выясню и возмещу пацану, - сказал Егор.

Но Влада уже отвечала дочери:

- И что же Женя теперь будет делать?

- Да ладно, ничего страшного, мам, он выкрутился! - голос дочки был полон оптимизма.

- Да? - Влада нахмурилась, почему-то предчувствуя подвох. - И как?

- А ему помогли. Одна сотрудница согласилась подвезти его и обещала завтра в ГАИ помочь дела уладить. У нее там знакомые, прикинь? Так что теперь он сможет пойти на тот корпоратив! Там будут представители головного офиса, а его как раз из филиала планируют перевести туда с повышением. Еще там будут видные бизнесмены и люди из администрации города. Это же просто идеальный вариант, познакомиться с будущим начальством в приватной обстановке, показать себя. В общем, Женя сказал, что вернется домой поздно. Может быть, ему придется там пить. Раз он не на машине, отмазаться не выйдет.

Владе ничего не оставалось, как только сказать:

- Я поняла.

Это был подвох. Еще какой подвох, ход конем по голове. Ай да Синицына!

Она повернулась к Егору, а тот вдруг полез в карман за гаджетом и стал что-то быстро листать, губы беззвучно шевелились, явно произнося что-то матерное.

- Мам! - неслось из трубки. - Ну ты приедешь ко мне?

- Конечно, дочь, - сказала Влада. - Мы с… - она снова оглянулась на бывшего мужа, который в этот момент что-то читал в своем телефоне, и поправилась: - Я купила все, что ты заказывала.

- Отлично! Да, кстати!