Как приручить училку - Ульяна Николаевна Романова

уже не чужое, а мое, я выставила ее в центр стола. Пока доставала бокалы, заботливый Ринат вытащил пробку и щедро налил нам всем.

– Арина, у тебя стресс? – уточнил Ринат.

– Угу, – согласилась я.

– Понял, – улыбнулся он, двигая мой бокал по столешнице в мою сторону, – за любовь!

Я выпила до дна, не чувствуя вкуса от страха. Ольга сделала то же и сразу после этого снова наполнила наши фужеры.

– И пьете вы прям по-учительски, – уважительно протянул Барсов, когда меня немного отпустило, а в голове вместо роя тревожных мыслей поселилась блаженная пустота.

– Девочки, мобильные в ладошки обе, на коньяк не налегайте, дверь заприте, открываете только мне. Все всё ферштейн? Арина? – Барсов неожиданно поднялся на ноги, на ходу выдавая ценные указания.

– Ты уходишь?

– Родионовна, у тебя стресс, а я уходишь? – Он протянул руку и щелкнул меня по носу. – Скоро вернусь.

– Куда ты? – испугалась я. – Ринат?

Но Ринат уже поднялся и ушел в гостиную.

Ни капли не стесняясь, снял футболку, домашние штаны и послал мне очаровательную улыбку.

Натянул брюки, рубашку, ловко застегнул пуговицы, при этом не отрывая от меня горящего взгляда.

Подошел вплотную, взял за подбородок и проникновенно заговорил:

– Никого не воровать, никуда не уходить, стресс не снимать, меня дождись. Я скоро.

– Куда ты? – Я ухватилась за его руку и поняла, что дико напугана его предстоящим уходом.

И, как ни странно, боялась, что он не вернется.

– Вернусь через два часа, – словно прочитав мои мысли, пообещал Барсов. – Не бойся, все будет хорошо.

Он забрал у меня свою ладонь, обнял меня за плечи, притянул к себе и поцеловал в висок.

С видимым трудом сделал шаг назад, убрал руки с моих плеч, заиграл желваками, выдохнул и развернулся на пятках.

– Ольга Константиновна, будьте тут, – крикнул напоследок из прихожей.

Дверь за ним закрылась, а мы с Ольгой остались дома.

Глава 15

Ринат

У меня закончились матерные выражения! Ни одно из знакомых мне под ситуацию не подходило, а выразить свои эмоции культурно не получалось.

Проблемы Родионовны для меня проблемами не были, я и не такое видел и решал. Пару звонков, немного времени, чуть попозориться в кабинете нашего главбуха Фрекен Борисовны Бок, и проблем нет.

Напрягало меня то, что появлялись они как из волшебной шляпы: откуда не ждали, каждый день, по чуть-чуть. Я предпочитал знать врага в лицо и фронт проблем вдоль и поперек. Работать вслепую не было ни сил, ни желания.

Зря я все-таки усатику морду не набил! Сейчас бы не было так обидно и досадно. И кулаки бы не чесались.

Подставлять под удар свою женщину, да любую женщину – это ниже плинтуса. Заставлять ее выплачивать твои долги, что-то оформлять на нее – грязно и ниже плинтуса для любого уважающего себя мужика.

Мой дядька, например, на одном поле не сядет с кем-то с подобной репутацией, и меня этому всю жизнь учил. Никаких контрактов и договоренностей с тем, кто подставляет женщин. Это правило!

Мой дядя Багратыч самых честных правил в том, что касалось женщин. Этакий благородный атавизм, что, впрочем, не мешало ему применять хитрость и немного мошенничества, но исключительно в благих намерениях.

Что ж ты там еще намутил, усатый?

Я позвонил охране, выяснил, что Алан отрядил к нам две машины, и попросил парней отвезти меня.

Сел в тачку и набрал номер начбеза.

– Слушаю, – гаркнул Алан.

Военное прошлое сказывалось, границы он знал, но частенько нарушал. Постебать начбез умел виртуозно.

– Надо встретиться, срочно! – отрезал я.

– Я в офисе.

– Ночью? Багратыч тебя упахать решил? – иронично уточнил я.

– Бронирую тебе билеты в Магадан, – бодро отчитался начбез. – Когда Багратыч узнает, в какие приключения ты влез, поедешь там торговые дома строить.

– Фигня вопрос, – легко махнул я рукой, – хоть торговые, хоть жилые… Алан, дело есть.

– А деньги? Ты ж вроде последнее мне отдал. Чем рассчитываться будешь? Учти, исподнее не возьму, оно ношеное.

– Я тебе сейчас новое куплю, хлопковое, с рисунком. Ты какое предпочитаешь? – засмеялся я. – О, недавно в интернете со слоником видел, хочешь, подарю? Себе хотел, но тебе нужнее.

– Засранец, – хмыкнул Алан.

– Кстати, машину мне потом верни!

– Везде обман, – философски вздохнул начбез, – ты как это потом своей училке объяснять будешь?

– Я найду выход, – оптимистично пообещал я.

– Не сомневаюсь. Что за проблема?

Я коротко пересказал начбезу всю ситуацию, не забыв упомянуть кражу проститутки милейшей Ольгой Константиновной. Алан крякнул, но комментировать ситуацию не стал.

Пообещал все выяснить и сказал, что ждет меня в офисе.

Я спрятал мобильный в карман и задумался.

Родионовна заводила. Так заводила, что хоть на стену лезь и оттуда на луну вой. Я в боевом режиме двадцать четыре на семь с ней рядом находился без возможности выдохнуть и расслабиться.

Но было и что-то другое. Что заставляло меня переживать о ее безопасности. Что-то в груди, что вызывало животную ярость от мысли, что ей может грозить опасность.

Что-то на инстинктах, когда хочется взять свое, схватить, отнести в самую дальнюю пещеру и оберегать пуще всех сокровищ в мире.

Она не такая, как все. И не только потому, что она единственная динамила меня на протяжении долгого времени. Это что-то другое, что не поддавалось анализу, погребая логику под толстым слоем чувств, ранее мне незнакомых.

И не то чтобы я отличался повышенным чувством справедливости или страдал средневековым благородством, нет! Просто с ней хотелось быть другим. Не засранцем и мажором, а рыцарем в сияющих доспехах, спасающим прекрасную даму сердца из лап усатого суслика.

Сегодня я почувствовал вкус другой жизни. С ней. И если раньше совместный быт с женщиной наводил на меня скуку, то с Родионовной было весело.

Одно ее родео на стиральной машине чего стоило!.. И готовила она сексуально. А когда полы мыла, стоя на коленях, я готов был душу продать ради того, чтобы утащить ее в спальню, и по памяти всю Камасутру с ней попробовать. Я бы и две продал, если бы спрос был, но уже за возможность побыть с ней чуть подольше.

Я поэтому и в собственном вранье не признавался – боялся, что выгонит жить к себе. А мне с ней так хорошо было, как ни с кем. Даже с такой напуганной, дерганной…

Нормально тебя вставило, Барсов!

И ведь если разобраться – что в ней есть такого, чего нет в других? Почему меня не клинит на Машеньке, Катеньке или Веронике, которые и сами готовы ради меня на