Мистер Февраль (ЛП) - Гудин Николь С.

Она выглядит так, будто увидела приведение, и я бы солгала, если бы сказала, что я не наслаждалась её очевидным дискомфортом.

— Правда? Это избитое оправдание? — Я поднимаю брови. — Знаешь что, Лиззи? — Я презрительно ухмыляюсь. — Если бы ты не хотела причинить ему боль, ты бы не трахалась с его лучшим другом. Это было бы хорошим началом.

Ее глаза расширяются.

Я не то что бы веду себя тихо, и некоторые люди за столиками вокруг нас выглядят так, будто вот-вот достанут попкорн, чтобы насладиться шоу.

Я хватаю ежедневник и начинаю запихивать его в сумку.

— Подожди, куда ты уходишь? — спрашивает она меня испуганным голосом.

Я выдавливаю из себя смешок.

— Леди, если Вы думаете, что я буду планировать вашу свадьбу, Вы, должно быть, под кайфом. В отличие от тебя у меня есть моральные принципы. — Я встаю и окидываю её взглядом с ног до головы. — И интеллигентность.

Я отхожу на пару шагов, но потом передумываю и возвращаюсь.

— И еще одно… Ты променяла Джексона на него? Детка, проверь зрение.

Я бросаю на Гранта последний взгляд и даю ему совет:

— Если она изменила с тобой, она и изменит и тебе, просто к сведению.

Я ухмыляюсь ему, прежде чем разворачиваюсь на каблуках и выхожу из кафе.

Я надеюсь, что моё выступление выглядело более уверенно, чем то, как я себя сейчас чувствую.

Я только что устроила адскую сцену в привычном для встречи с клиентами месте, но, когда я села в свою машину и завела двигатель, я дрожала даже не из-за этого. Больше всего меня беспокоит то, что мне придётся сообщить Джексону, что два человека, которые причинили ему больше всего боли, долго и счастливо живут вместе.

Глава 17

Джексон

Мой телефон звонит на столе, и я улыбаюсь, прежде чем взять трубку.

Всё с Кэти идёт лучше, чем я мог бы себе представить. Она — все, что я когда-либо хотел видеть в женщине, в сочетании со всем, о чем я даже и не думал просить.

Это звучит как дурацкое клише, но она идеальная, по крайней мере для меня.

Она заставляет меня забыть всю чушь из моего прошлого, и я наконец-то в той точке, когда провожу больше времени в ожидании будущего, чем оглядываясь на прошлое.

Я нажимаю на зелёную иконку, чтобы ответить на звонок.

— Я как раз только что думал о тебе.

— Джексон, — говорит она, и я сразу могу сказать, что что-то не так. Она потрясена.

— Улыбашка, ты в порядке?

Я встаю со стула и закрываю дверь в свой кабинет.

— Я в порядке… Я имею в виду, не в порядке, но я не ранена или что-то такое. — Она глубоко выдыхает, и я слышу дрожь в её дыхании.

— Что происходит? — требую я. Если кто-то сделал что-то, чтобы расстроить её, я собираюсь разобраться с этим.

Она делает глубокий вдох и снова выдыхает, прежде чем наконец говорит:

— Помнишь, я говорила, что собираюсь встретиться с клиентом, когда уеду от тебя?

— Ага…

Тишина была достаточно долгой, чтобы заставить меня нервничать, прежде чем она, наконец, заговорила снова:

— Это была Лиззи… и Грант.

— Лиззи и Грант? Но ты организатор свадеб… — Произнося эти слова я осознаю, что это означает.

Они женятся.

Моя бывшая выходит замуж… за человека, которого я когда-то считал другом.

— Прости, Джексон, — шепчет она. — Я клянусь, что не знала, что это будут они. Ты никогда не говорил мне его имя, и она связалась со мной называясь Элизабет… Я не знала.

Конечно она не знала. Она никогда бы не встретилась с ними, если бы это было не так.

— Что случилось? — требую я гораздо более резким тоном, чем намеревался.

— Я ушла, — говорит она мне тихо. — Возможно я сказала ей кое-что…

— Возможно?

— Хорошо, я определённо сказала кое-что им обоим, но я не смогла уйти оттуда достаточно быстро, если быть полностью честной.

— Так ты не будешь организовывать их свадьбу?

Она выдавливает смешок.

— Чёрт возьми, нет. Ты сошёл с ума?

Я киваю, хотя она даже не может видеть меня.

— Хорошо, — бурчу я. — И да… Возможно.

Я хожу по комнате, не зная, чем себя занять. Я разрываюсь между тем, чтобы закричать или ударить что-нибудь, но не могу сделать ничего из этого, пока разговариваю с Кэти по телефону.

Во всем этом нет её вины, но мой тщательно построенный довольно маленький мирок только что снова рухнул.

Это не два шага вперёд и один назад, скорее два шага вперёд и резкий рывок в противоположном направлении.

Прямо сейчас я снова там, на кухне, с Лиззи, которая говорит мне, что она встретила другого. И она уходит. Между нами всё кончено.

Я снова вернулся к тому, что моё сердце разбито.

— Ты в порядке? — спрашивает Кэти, и, честно говоря, я забыл, что она всё еще здесь, на другом конце трубки, прижатой к моему уху.

Я не могу ей позволить увидеть то, что я чувствую. Я уже заставил её пройти через всё это и дал ей так мало взамен, я не хочу, чтобы она видела меня таким.

— Можем перенести наш сегодняшний ужин? — удаётся мне выдавить из себя. — Я не очень хорошая компания сегодня.

— Джексон… Пожалуйста, не делай этого, — умоляет она.

Она знает меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что сейчас происходит. Она знает, что я близок к тому, чтобы развалиться на части.

— Я в порядке, — говорю я ей, и это первая наглая ложь, что я когда-либо говорил ей, и я начинаю ненавидеть себя в ту же минуту, когда говорю это.

Я вообще не в порядке. Она знает это так же хорошо, как и я, и я чувствую, что отталкиваю её, хотя понимаю, что должен прижать её ближе, но я совсем не в себе.

Она долго молчит, а когда снова начинает говорить, это вот-вот разобьёт мне сердце даже больше, чем когда-либо могла разбить его Лиззи.

— Я действительно беспокоюсь за тебя, Джексон. Я здесь, если нужна тебе, хорошо? Просто возьми телефон и позвони мне. Я обещаю, что не подведу тебя… Я не она.

У меня даже нет шанса ответить, прежде чем она кладёт трубку.

Я сжимаю телефон в руке и раздумываю насчёт того, чтобы швырнуть его в стену своего кабинета, но не делаю этого. Даже сквозь свою всепоглощающую ярость я снова и снова слышу у себя в голове слова Кэти, говорящую взять телефон и позвонить ей.

Она всегда выступает в роли голоса разума.

Я не позвоню ей, не сейчас, когда я в таком настроении, но что-то у меня в голове подсказывает мне, что я не должен полностью исключать этот вариант. Я не хочу подводить её еще больше, чем уже это сделал.

Я довольствуюсь тем, что швыряю телефон на диван и издаю полукрик разочарования.

Чёрт возьми, мне нужно выпить.

Думаю, мне нужно около десяти порций, и, к счастью, я знаю нужное место.

***

— Знаешь… Это просто чушь… Ты понимаешь? — Я оглядываюсь, пытаясь найти, где оставил Брина.

— Я тут, здоровяк, — говорит он мне, садясь рядом и хлопая по плечу. — И я тебя слышу, да, это чушь собачья.

— Бред, — бормочу я себе под нос, делая ещё один глоток выпивки.

— Это будет звучать как клише, но ты знаешь, что тебе будет лучше без неё, правда? Отдай Гранту свои грязные объедки.

Я смотрю на него и опрокидываю в себя ещё одну порцию даже не знаю, чего.

— От этого я не чувствую себя лучше.

— Ну, так и должно быть. Лиззи была сучкой.

— Сучка, — бормочу я, соглашаясь.

Я жестом прошу Ника подойти и налить мне ещё, но Брин останавливает его взмахом руки.

— Ты здесь закончил, босс.

— Но это мой бар, — бормочу я.

Даже я знаю, что слишком зол, но, как и настоящий пьяный мудак, я не хочу уходить тихо. Прямо сейчас я похож на свой самый худший кошмар во время смены в баре.

— Ты чертовски прав, твой, и у тебя здесь целая чёртова куча клиентов, которые платят деньги, так что как насчёт того, чтобы прекратить устраивать сцену и вместо этого тихо пойти спать.

Я пытаюсь развернуться на своём месте, чтобы посмотреть на него, но вместо этого каким-то образом умудряюсь упасть на пол.