Даже если ты уйдешь (СИ) - Султан Лия

-Спасибо за вечер, - поблагодарила Эсми, когда они подошли к ее машине. Сейчас каждый из них сядет в свой автомобиль и уедет. Магия рассеется, останется лишь приятное послевкусие и воспоминания.

-Тебе спасибо. Ты можешь не верить, но мне давно не было так легко, - признался он, наблюдая за тем, как она поежилась и растерла ладонями плечи. - И хорошо.

-Не верю, - с легкой усмешкой прошептала Эсми.

Желтый свет фонаря озарил ее лицо. Муслим в один миг понял, что никого прекрасней не видел. Оставалось только одно “но”...

-А так?

Все случилось за считанные секунды. Он подошел вплотную, положил ладонь на ее шею и мягко притянув к себе, коснулся губами ее губ. Эсми распахнула глаза от неожиданности и удивления, но на поцелуй ответила, потому что он был таким теплым, волшебным, прощальным и в то же время обещающим новую встречу. В этот вечер лед, под которым билось горячее сердце, треснул. Несмотря на то, что на дворе стояла прохладная осень, внутри нее начиналась оттепель.

Глава 19. Я тебе не нравлюсь?

-Ты мне нравишься. Очень, - на одном дыхании проговорил Муслим, когда закончил целовать. Расстояние между ними все еще было очень маленьким, казалось, еще миллиметр и столкнулись бы носами.

-А ты не торопишься? - Эсми слегка нахмурила брови.

-Нет. Нам же не по пятнадцать, чтобы ходить вокруг да около.

Она только сейчас поняла, что мужчина по-прежнему обнимает ее, но уворачиваться не стала.

-Какой ты! - цокнула она. - Пришел, увидел, поцеловал. И это мы даже на свидание не сходили.

-А это что по-твоему было? Целых два часа? - удивился Мамедов.

-Мы просто сходили попить чай…и кофе.

-Мне показалось, это было полноценное первое свидание, когда люди узнают друг друга. До этого ты была моей пациенткой.

-А ты - соседом, который просверлил дыру в моем магазине.

-Вот и история о том, “как я встретил вашу маму”, - пошутил он, а Эсми прыснула и прикрыла рот рукой, потому что вспомнила знаменитый американский ситком, который смотрела для поднятия настроения.

-И все равно ты слишком торопишься, - заявила она. - Я даже не подозревала, что грозный, строгий и серьезный доктор может быть таким…

-Каким? - он сложил руки на груди и застыл в ожидании

-Шустрым. Я десять лет в разводе, - она отошла от него на несколько шагов.

-Я тоже.

-У меня дети-подростки.

-У меня тоже.

-И наши дети ходят в один класс, - продолжала сыпать своими “но” Эсмигюль.

-Так, ладно, - Муслим опустил глаза, посмотрел на ботинки и спустя пару секунд, снова глянул на Эсми. - Я вижу, ты сомневаешься и ищешь любые предлоги. Я тебе не нравлюсь?

Эсми ошарашенно выпучила глаза от его вопроса. Вот уж воистину напористый и несгибаемый медведь - что думаю, то и говорю. И ей внезапно показалось это таким верным, что она ответила:

-Нравишься. Не нравился бы, я бы не дала себя поцеловать, - повела плечом она.

Взгляд его тут же прояснился, а уголки губ, вздрогнув, поползли вверх.

-Второе свидание? - Муслим шагнул вперед.

-Созвонимся или спишемся завтра.

-Как скажешь, - еще шаг.

-И дети пока не должны об этом знать.

-Согласен, - теперь мужчина снова был близко. В тишине сентябрьского вечера ему показалось, что он слышит, как стучит ее сердце. - Можно еще раз тебя поцеловать?

Взмахнув густыми черными ресницами, Эсмигюль подняла на него глаза, в которых отразились золотистые огоньки ламп подсветки. Он подумал, что не видел никогда очей настолько выразительных, глубоких. И когда она, наконец. дала свое согласие, Муслим, осмелев, обнял ее и забылся…Забылась и она.

***

Оказавшись на пороге квартиры, он не включил свет в прихожей, а на ощупь нашел замок и повернул его влево. Никто не встречал, не выбежал с криками, не бросился на шею и не поцеловал. Когда Лейли жила с ним почти месяц, он возвращался с радостью, приносил ей сладости, любил, когда она обнимала его. Теперь она в другой семье, а он опять один. И всё могло бы быть предсказуемо, если бы не ощущение полета после встречи с женщиной, которая занимала его мысли все последние дни. В самолете, в Баку, снова в небе и уже дома Муслим думал об Эсмигюль и даже не пытался выкинуть ее из головы. Нежный образ встал перед глазами и сейчас, в кромешной тьме, становясь его спасением, лекарством от одиночества. Он сказал ей, что она ему нравится, но соврал. Он влюбился, хотя и не думал, что это еще возможно. Слишком рациональный, слишком зацикленный на целях и задачах. Один раз обжегшись, Мамедов никогда не позволял пожару разгореться. А с ней позволил, потому что никто его не спрашивал. Одной спички оказалось достаточно для искры и фейерверка.

Привалившись к стене и сжав в ладони ключи, вспоминал их первую встречу, то, какой растерянной и пугливой она была позже, в его кабинете, то, как порхала по своему магазину, смахивая длинными пальцами прядь с лица. А еще вечер, когда хотелось остановить мгновение и любоваться ею открыто, а не украдкой. И чувствовал он себя не взрослым мужчиной, а юношей, что плывет и сходит с ума от женщины, живя от встречи до встречи.

Второго свидания на следующий день не случилось. Она весь день была в разъездах, а вечером задержалась в цехе. Когда они все-таки списались в девять вечера, она предложила встретиться в субботу днём, так как ее д ети уедут с отцом. А он не мог, потому что в субботу утром забирал дочь на ночевку. В воскресенье она проводила с детьми, а он с Лейли. И снова пролёт. Поэтому условились, что пересекутся в понедельник…на том же месте, в тот же час.

Наступила суббота и в десять он уже стоял за воротами двухэтажного особняка, где теперь жила его бывшая жена и ее новая семья. Муслим позвонил Севиль и сказал, что приехал. Она пригласила его внутрь, но он любезно отказался. Тогда вышла сама Севиль. Кутаясь в вязаный кардиган, она была по-прежнему красива и стройна, как в тот день, когда они впервые познакомились. Но теперь, спустя так много лет, сердце его не болело, а раны не кровоточили. В конце концов, он сам дал ей уйти.

-Муслим, привет! - увидев его, она обрадовалась. - Как дела?

-Отлично, - кивнул он. - Как сама?

-Тоже хорошо. Лейли, кажется, уже освоилась в новом классе. Ты был прав, хорошая школа.

-Очень сильная.

-Да! - Севиль улыбнулась. - И кстати, по секрету тебе скажу, у нашей девочки появился там поклонник.

-Какой еще поклонник? - насупился он.

-Тссс! - женщина поднесла к губам указательный палец. - Не выдавай меня. Она потом сама тебе расскажет.

-А ты как узнала?

-Вчера она принесла домой клеры. Сказала, что одноклассник подарил. У его мамы то ли своя пекарня, то ли своя кондитерская. Название еще такое интересное - “Вкусняшки от апашки”.

Муслим мгновенно изменился в лице.

-А поклонника случайно не Руфат зовут?

-Дааа. А ты уже знаешь, что ли?

-Нет, - сразу же пробурчал Муслим. - Просто слышал, что есть такой одноклассник.

-Только не говори ей, что я ее сдала. Пусть сама скажет, - спохватилась Севиль.

-Не уверен. Девочки не делятся такими вещами с отцами, - потер он лоб.

-Папа! - калитка открылась и дочка за считанные секунды повисла на нем и расцеловала. - Пап, я так соскучилась.

-Я тоже, - он прижал Лейли к себе и погладил по шелковистым волосам. - Все взяла? Ничего не забыла?

-Всё, - отстранившись, она подарила ему самую любимую лучезарную улыбку.

-Поехали тогда.

-Мама, пока! - девочка обняла мать на прощание, побежала к машине и запрыгнула на заднее сидение. Когда автомобиль тронулся и развернулся узкой улице, Лейли еще раз помахала рукой Севиль, которая стояла у забора и смотрела вслед машине, пока она не скрылась за поворотом.

В дороге дочка взахлеб рассказывала о том, как прошла неделя в школе, о своих успехах и новых друзьях. Когда упомянула имя дочери Эсми, Муслим крепче сжал руль и посмотрел на дочь в зеркало заднего вида.