Измена. Любовный треугольник - Марта Левина

мне Ирина. — Я посомтрю?

— Конечно, — отдаю ей фотоаппарат.

— Ты четко улавливаешь образы клиенток. В нашем случае студенток. Ты где-то училась?

— Нет. Я вообще десять лет в браке и не работаю нигде, увы.

— Правда?

— К сожалению. Вот думаю заняться поисками работы, поэтому меняю образ. Да и вообще надо всегда выглядеть отлично. Все благодаря вам.

— Знаешь, Настя. У меня к тебе будет предложение.

— Какое?

— Поработать со мной в качестве моего ассистента. Мне нужен классный фотограф.

— Но я не профессионал, — сомневаюсь я.

— Это даже лучше. У тебя свое видение человека. А если бы ты их фотографировала в разных локациях в этих же образа — получились бы фотки пушка.

— Думаете?

— Даже не сомневайся. Сначала в качестве ассистента я тебя возьму, а потом кто знает, вырастишь до профи. Или как фотограф, или как стилист.

— Спасибо большое, это шикарное предложение. И очень вовремя.

— Значит, да? — она улыбается.

— Да, — твердо заявляю я.

— Отлично. Тогда давай на следующей неделе я жду тебя. В нашем офисе.

— Договорились.

Мы все прощаемся, обещаем друг другу не пропадать. Алиса уже куда-то умчалась. А я собираю свои пакеты и отправляюсь к парковке. На выходе из торгового центра сталкиваюсь с Петром.

— Привет, Настя, — обрадовано здоровается он. — Давай помогу, — берет мои пакеты, и мы идем к машине.

— Привет, Петя. А что ты тут делаешь? — я уже начинаю его подозревать, что он следит за мной.

— За продуктами заехал.

— Понятно. А как ваша командировка?

— Все хорошо.

— Развлекались наверное? — шутливо спрашиваю я. Петр напрягается. Значит, он тоже все знает.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну как? — улыбаюсь я, совершенно спокойно. — Другой город, другая обстановка, ты — человек холостой. Неужели обошлось без девочек?

— Насть, ну за кого ты меня принимаешь? — я чувствую обидчивые нотки в его голосе.

— Извини.

— Проехали. — Мы ставим пакеты на заднее сиденье. — Давай я тебя провожу?

— Ты же ехал в магазин? — напоминаю я.

— Потом зайду.

— Ну нет. Давай мы сходим за продуктами, а потом уже разберемся.

Мы возвращаемся в торговый центр. Петр внимательно выбирает продукты. Его корзинка постепенно наполняется одними полуфабрикатами.

— Петь, ты только полуфабрикатами питаешься? — спрашиваю я.

— Ага, зато быстро и без проблем. Не надо стоять у плиты. Тем более времени на это все равно нет.

— Ты такой классный парень, и почему до сих пор не женат? Любая девушка бы тебя забрала с руками и ногами.

— Мне любая не нужна, — очень серьезно заявляет он, смотря прямо в мои глаза. Мне даже становится не по себе.

— Да, я что-то припоминаю. Альберт говорил про твою несчастную любовь.

— Она не несчастная, а невзаимная.

— Согласна, когда не взаимно, это очень тяжело.

— Ладно, хватит о грустном. Пошли, кажется все.

Мы рассчитываемся на кассе и возвращаемся к машине.

— Я тебя отвезу до дома.

— А ты? Где твоя машина?

— В ремонте. Я на такси.

Он садится за руль. Я могу расслабиться. Очень устала за сегодня. Я сморю на Петю и замечаю, как он уверенно ведет машину. Совсем не как Альберт, с которым иногда даже страшно ездить.

— Ты отлично водишь, — произношу я.

— Спасибо.

Подъехав к дому, я вижу машину Альберта.

— И что в такую рань приперся, — вырывается у меня.

— Что? — не понял Петя.

— Да так, мысли вслух. Альберт дома.

— Так пора уже.

Обычно он в это время у любовницы — чуть не произношу я. Но вовремя осекаюсь. Петр достает мои пакеты и провожает до дверей подъезда.

— Спасибо, что подвез, — говорю я.

— Всегда пожалуйста. Если вдруг что-то нужно, понадобится моя помощь, звони в любое время. Я всегда на связи.

— Спасибо, — искренне благодарю я.

Захожу в квартиру. Везде включен свет, стоит просто гробовая тишина. Мне становится не по себе.

— Берт? — зову я.

— Явилась? — раздается наполненный злостью голос мужа.

— У нас было финальное занятие.

— Петр тоже принимал в нем участие?

— Он просто меня подвез. Мы случайно столкнулись в магазине.

— Случайно! Ну-ну.

Он появляется в коридоре. В руках держит какой-то конверт.

— Как ты это объяснишь? — рявкает Берт и швыряет фотографии мне в лицо. Я в панике. Что я должна объяснять? Какие еще фотографии? Ставлю пакеты на пол, собираю фото и не могу поверить в то, что там изображено.

Это какой-то страшный сон. Этого не может быть. Просто не может быть никогда. Я пересматриваю еще раз. Но на фото действительно я. Но как? Как это могло произойти?

— Что это такое? — орет он на меня.

— Я не знаю, — шепчу я. Руки уже дрожат. Я смотрю то на него, то на фото.

Глава 22 Алина

Я быстро сдаю две статьи главреду и ухожу на обед. Меня ждёт Павел с отчётом.

Он выбрал самый удаленный столик, чтобы никто не мешал.

— Долго мне ещё этим заниматься? — спрашивает меня Павел, как только я делаю заказ.

— Ты чем-то недоволен? — внимательно смотрю на него. — Ты получаешь хорошие деньги между прочим.

— Мне надоело ломать комедию, и строить из себя влюбленного дурачка.

— Ой, какие мы нежные вдруг стали, — смеюсь я.

— Противно просто. Она вообще ни в чем не виновата. И я не хочу причинять ей лишние страдания.

— Раньше тебя не волновала моральная сторона дела. Влюбился что ли?

Павел замолкает и смотрит в окно.

— Паш, не стоит ее жалеть. У нее прекрасная жизнь. И немного дегтя не повредит.

— Не тебе судить, какая у всех жизнь.

— Короче, солнце мое, завтра сгребаешь все свои сопли, нюни, и едешь к ней, да так, чтобы муж был в курсе.

— Нет, — отрезал он.

— Ну тогда и денег не жди.

— Не, милая, бабки ты мне заплатишь. Основную работу я сделал. Фото ты получила.

— Вошёл в игру — играй до конца. Иначе, сам понимаешь.

— Ты не посмеешь…

— Уверен? — ехидно уточняю я.

— Ну ты и сука, — он встаёт и уходит из кафе.

Я, может и сука, да только ты тряпка. Как был никем, так и останешься никем. Всю жизнь свою будешь получения других исполнять. Сопляк.

Он подпортил мне настроение. Но я не отчаиваюсь. Главное, он все равно провернул. Теперь остаётся наблюдать за результатами.

А они не заставят себя долго ждать.

Плохо одно, если Паша действительно передумает? Что тогда? Придется искать замену? Но это долго и сложно.

С Пашей все было просто. Ему нужны деньги, он согласился. И никакая моральная сторона его не беспокоила. И вот на тебе — проснулась совесть что ли?

Нет, так дело не пойдет. Надо еще раз