Нам нельзя (СИ) - Виктория Лукьянова

Но я продолжаю напирать, помогая складывать посуду на поднос и делая вид, что мне только в радость быть полезной. Лидия Павловна сдается без боя. Возможно, и ей приятно, что кто-то замечает ее труд и по достоинству ценит, и уж тем более предлагает свою помощь. Ну, а я должна помнить, что Лидия Павловна — мои уши и глаза в этом доме. Дружить с ней означает знать все тайны семейства.

— Что-то случилось? — осторожно интересуюсь, когда на поднос поставлен последний прибор со стола.

Лидия Павловна тяжело вздыхает и качает головой. Вижу, что ее что-то беспокоит, но она не торопится говорить. И догадываюсь почему — я пока еще посторонний человек в этом доме, а дело очень деликатное.

— Вернулся Арсений? — едва ли не шепчу, подавшись вперед. — Это он так смеялся?

Лидия Павловна резко оборачивается и смотрит на прикрытые двери. Словно ждет, что кто-то услышит наш разговор, а после кладет руки на стол и, опираясь, вздыхает.

— Да, уронил вазу с цветами в холле, — говорит женщина.

Я молчу. Помню ту огромную вазу, которую видела, когда шла сюда.

— В ней были цветы со свадьбы, — продолжает говорить Лидия Павловна. — Ох, Арсений так тяжело воспринял новость о свадьбе, что до сих пор смириться не может. Ой, что-то я лишнего болтаю! — спохватившись, она всплескивает руками и тут же подхватывает поднос. — Пойду-ка порядок лучше наведу.

Я остаюсь стоять возле стола, наблюдая, как женщина торопливо покидает комнату, но на пороге она все же останавливается и оборачивается, одаривая меня извиняющейся улыбкой.

— А ведь торт так и не попробовали. Ты уж прости их. Арсений вроде бы парень взрослый, но тот еще бунтарь.

Киваю. О да, я уже успела заметить его тяжелый характер. Ощутить, так сказать, на собственном теле. Инстинктивно потираю запястье, на котором, к сожалению, не осталось следов, было лишь небольшое покраснение, которое исчезло к вечеру.

— Думаю, завтра все уладится, — заключает Лидия Павловна и покидает столовую, оставляя меня наедине с безрадостными мыслями.

Я была права. Арсений зол на отца из-за свадьбы. Самойлов-старший злится на сына, потому что тот ведет себя, как избалованный ребенок. А мама просто в бешенстве, потому что все идет не так, как она хотела бы. И лишь я оказываюсь свидетелем того, как трещит по швам новая семья Самойловых, и предвкушаю сладко-горький финал.

Спустя несколько минут выхожу из столовой и направляюсь в свою комнату. В коридоре тишина. Скорее всего, мама отправилась к себе, Станислав Валерьевич выясняет отношения с сыном, а Лидия Павловна начищает фамильное серебро, успокаивая тем самым расшатанные нервы. И лишь я бреду по пустынному холлу, подмечая то самое место, где совсем недавно стояла огромная ваза с букетом. Теперь там пусто и лишь влажные следы на полу напоминают о происшествии, которое уничтожило весь призрачный налет торжественности момента.

Но стоит мне сделать еще несколько шагов, пересекая холл, как я тут же останавливаюсь и с удивлением смотрю на парня, спускающегося по лестнице. Я уже видела его. Утром он приезжал за Арсением, и они вместе уехали на белой машине.

Он тоже замечает меня. Удивление сменяется интересом, который вспыхивает в его голубых глазах, устремленных на меня.

— Привет! — здоровается первым, я же теряюсь на миг, раздумывая над тем, как себя вести с ним. Друзья Арсения по умолчанию мои враги. — Ты же Элла? — зато он не теряется и, спустившись еще на несколько ступенек, протягивает мне руку.

Я кошусь на длинные пальцы и тронутую загаром кожу и киваю.

— Добрый вечер.

И опять не отвечаю на попытку рукопожатия. Чем меньше касаюсь людей, тем легче переношу общение с ними. Тем более, с незнакомцами.

Парень не удивлен моему отказу пожать его ладонь и опускает руку, продолжая с интересом рассматривать меня.

— Арс рассказывал про тебя, Элла, — говорит он, едва не вгоняя в краску бархатистым голосом, от которого могут и коленки подгибаться. Я же чувствую парализующий страх, понимая, что нахожусь здесь совершенно одна. Как и с Арсением утром в столовой, когда он позволил себе жестокость по отношению ко мне. Чего ждать от блондина я не знаю, и тем более не понимаю, как реагировать на него.

— Мне пора, — произношу, набрав побольше воздуха в легкие. — Уже поздно.

— Поздно? — он удивляется, и светлые брови изгибаются дугой.

Кивнув, я делаю попытку обогнуть парня и уйти, пока не стало слишком поздно. Я на нервах. Вечер отнял у меня последние силы, а еще этот…

— Даже не спросишь моего имени? — Его голова наклоняется немного вбок.

— Неинтересно.

Тихий смешок отзывается мурашками по коже. Я щурюсь, пытаясь выказать всем своим видом полное безразличие к нему и свое раздражение. Но, увы, блондин лишь забавляется. Под стать своему дружку. Арсений такой же — двуличный мерзавец, который получает по жизни всё, что хочет.

— Ну ладно, — неожиданно парень сдается и отступает. — Пока, Элла. До новой встречи.

Я молчу. Быстрым шагом поднимаюсь по лестнице, отчетливо ощущая его ледяной взгляд на спине. Еще одна проблема на мою голову.

Глава 12

Я думала, что на встрече с безымянным другом Арсения все и закончится, но крупно ошибалась. Стоит мне подняться на второй этаж и направиться в сторону своей комнаты, как до меня доносится визгливый голос матери. От неожиданности я замираю, словно застыв в оцепенении, и жду, что же услышу еще. Кажется, за этой дверью, которая чуть-чуть открыта, и мимо которой я проходила несколько раз за день, находится кабинет Станислава Валерьевича. Именно там сейчас находятся мама и Самойлов, и, судя по тону, которым звучит ее голос, она на взводе. Голос, которым отвечает Самойлов, спокоен, но даже я могу представить каково ему с сыном, вытворяющим безумные вещи, лишь бы насолить новой «мамочке».

Прислушиваюсь, надеясь, что меня не поймают. Хотя, что еще может быть хуже?

— Ты должен повлиять на него, — негодует тем временем мама, и голос ее полон раздражения. — Стас, ты же понимаешь, что это уже перебор. Его чуть не вышибли из академии. Трижды! А это всего лишь первый курс. А что будет дальше?

Вот так дела! Я поражена услышанным. Не думала, что Арсений такой бунтарь. Но это даже забавляет. Ведь на его фоне я выгляжу просто идеально. Скромна, тиха, умна. Хорошая дочка. Привычная роль, но она мне определенно нравится.

— Оль, я поговорил с ним. Он возьмется за ум.

— Ха-ха, так я и поверила! Он погубит тебя, Стас, когда наворотит таких дел, от которых ты уже