Алмаз. Книга первая - Елена Григорьевна Макарова

в нем каждый уголок и оживлю каждую деталь.

Костя молча смотрел на меня, будто был впечатлен.

— И это приземленно? — наконец, произнес. — Выше облаков, Марго. Великолепная мечта.

— Это не мечта, — смущенно разглядывала скатерть на столе, — так, фантазии.

Магия момента продлилась не долго, парень знал, как парой слов разрушить ее.

— Не переживай, я позабочусь, чтобы ты собственноручно спроектировала наш дом.

— Наш? — его самоуверенности не было предела. — Не высоко ли прыгаешь?

— Нет, — широко улыбнулся, — это моя любимая высота, детка.

Скоро принесли еду, и разговор плавно перетек в обсуждения условий, при которых я согласна работать с Костей. Моим первым и главным требованием стало табу на обнаженку, бикини и прочего минимализма в одежде, вторым — не допускались откровенные сцены, и никаких поцелуев на камеру.

— Значит, за кадром ты позволяешь себя целовать? — казалось, этот хитрец мог найти лазейку в любом моем ограничении.

— Тогда придется вносить еще один пункт в договор — о физических увечьях.

Он все понял без лишних объяснений.

— Вопрос снят с повестки дня, — в воздухе парень нарисовал галочку.

В таком духе переговоры длились до конца ужина: я упиралась, он — настаивал на своем. Для короткого ролика в несколько минут время и силы, потраченные на споры и препирания, казались несопоставимыми. Косте легче было нанять любую неприхотливую модель, которая на съемочной площадке выполняла бы все его требования, но он почему-то возился со мной.

Тот ужин не стал последним обсуждением условий съемок. Несколько следующих дней мы переругивались виртуально. Социальным сетям Костя не доверял, потому как его аккаунты частенько взламывают, и мы общались через скайп или переписывались с помощью старых добрых СМСок.

И вот, когда перемирие было достигнуто, Костя позвонил и сказал, что планы изменились и съемки откладываются на некоторое время.

— Почему? — у меня было плохое предчувствие. Наверняка это связано с тем, что я недавно заехала ему по носу.

— Надо кое-что дописать в студии.

Не сомневалась, он лгал, но смягчилась, когда поняла, что делал он это для моего спокойствия.

— И насколько все серьезно? — не стала ходить вокруг да около и задала прямой вопрос.

— Марго, не думай об этом, — отнекивался он. — Но если тебе станет легче, можешь загладить свою вину, — тут же предложил.

— Например? — опасливо поинтересовалась.

— Например, можешь завтра заглянуть ко мне в гости. — Вот и подвох, решил заманить к себе. И, конечно, же я буду единственной гостью. — Будут парни из группы, ничего особенного, — словно читая мои мысли, развеял все догадки. — Артем называет это семейными посиделками.

— Твои безумные дружки и семейные посиделки несовместимые вещи, — засомневалась в правдивости его слов.

— Марго, порой люди не те, кем кажутся, — он как-то устало вздохнул, будто устал доказывать, что не такой, каким я его себе рисую. — Приходи и сама убедишься.

Пожалела бедного парня, репутация которого оказалась подмоченной — его побила девчонка. Хотя на самом деле я хотела увидеть Костю. За короткое время он успел приучить меня к себе, и в моменты, когда его не было рядом, я все острее ощущала, что привязываюсь к нему. Это один из звоночков, к которому мне бы стоило прислушаться, но голос сердца глушил его. А может быть, песни Кости, что Аня, словно нарочно, каждый день крутила в нашей квартире.

***

На следующий день у подъезда ждала машина с водителем, так предусмотрительно присланная Костей. Прям еще один щелбан по носу: «Смотри, как я могу!»

Спустя где-то час унылой поездки автомобиль остановилась перед высокими белыми воротами, скрывающими дом и его обитателей от любопытных взглядов. Видно было лишь верхушки покатой коричневой крыши и окна второго этажа. Одни только они восхитили меня как архитектора — высокие, чуть ли не до потолка. Я представила, сколько благодаря этому в комнатах света и воздуха. Захотелось совершить по дому экскурсию и посмотреть, какие еще изюминки скрывает в себе сооружение.

Мне не пришлось звонить в дверь, Костя встретил на пороге. Несмотря на мои опасения, парень выглядел прекрасно, и в частности — лицо.

— Добро пожаловать!

— Покажешь мне дом? — почти потребовала вместо приветствия.

— Это в тебе говорит архитектор? — мой неподдельный интерес его позабавил. — Можно ненадолго увидеть Марго? Обещаю, я отниму немного времени, хочу познакомить ее со своими друзьями.

— Марго соглашаться, — припомнила одну из наших шуток.

***

Первой мне представили девушку по имени Вика, с длинными каштановыми волосами и приятным успокаивающим голосом. Вскоре выяснилась причина ее такой манеры говорить.

— Викуль, Эля требует тебя, — из комнаты показался Артем с милым малышом, которому на вид не было еще полугода. В руках такого здоровяка ребенок выглядел совсем крохой.

— Ой, прости, Марго, — певуче заговорила девушка, обращаясь ко мне, хотя всем ее вниманием целиком и полностью завладело маленькое чудо. — Ничего, что я на «ты»? Надеюсь, мы подружимся.

Она взяла на руки недовольно кряхтящую дочь, и я не смогла остаться равнодушной к этой картине.

— Просто красавица, — восхитилась и потом подумала, что вышло слишком слащаво, пошутила: — Это у нее явно не от отца.

Вика рассмеялась, а Артем возмутился:

— Эй, я бы попросил. Все говорят, что она моя маленькая копия.

— Ей всего пять месяцев, — мать с ребенком направились наверх, видимо, чтобы переодеть малышку, — она еще изменится.

Артем, больше похожий на наседку, кружил вокруг двух своих любимых женщин.

— Ты тоже считаешь, что она не похожа на меня?

— Конечно, похожа, дорогой.

За такой милой беседой они скрылись из вида.

— Хочешь такую же? — поинтересовался Костя за моей спиной, намекая на ребенка. — Могу организовать прямо сейчас.

Я обернулась к парню с одной только целью — узнать шутит ли он или говорит серьезно. Тот улыбался.

— Нельзя направо и налево разбрасываться таким ценным биологическим материалом, Константин, — пожурила в расточительстве. — Лучше сделайте вклад в специализированный банк для сохранности, — дала добрый совет.

— Предпочел бы обзавестись детьми естественным путем, — подошел ко мне и положил руки на талию. — Это же намного приятней, — соблазнял томным голосом.

— Не хочу слушать о твоей интимной жизни, — сделала шаг назад, ненавязчиво освобождаясь от его объятий.

— Хочешь стать ее частью? — играл со мной, крепче прижимая к себе.

— Все, что тебе светит, — извивалась лишь бы вырваться, — так это эротические фантазии с моим участием.

— Так ты давно в них, — заявил, глядя в глаза. Скромностью парень точно не отличался.

— Извращенец, — изо всех сил я сдерживала улыбку и пыталась сохранить серьезное выражение лица, но рядом с Костей это просто невозможно.

По всему дому прокатился раскатистый женский смех. О таком обычно говорят «заразительный».

— Это невеста-хохотушка, — пояснил Костя, чем вызвал только