Фиктивный муж (СИ) - Вишневская Альбина

Дядя видимо не подозревает, на какие именно мучения меня подписывает. То паспорт ему подавай и невесту, а теперь проживание на одной территории. Прекрасно. Просто прекрасно. Я рыдаю, громко и отчаянно… в душе.

– Марта все собирает, не переживай, я ей сообщение из аэропорта отправила.

Выхожу из автомобиля дяди и радуюсь, что вновь дома. Вот ни капли не жалею, что так быстро пришлось вернуться с райского островка. Пытка, а не отдых. Не смогла бы я там отдохнуть на сто процентов. От отчаяния сошла бы с ума. Впрочем, и сейчас могу сойти. Не иду, а ползу, словно черепаха, в квартиру. На пороге стоит взволнованная Марта и нервно теребит поясок халатика.

– Март, я же сдохну от отчаяния, – всхлипываю от обиды на всех и вся, на себя больше всего.

Зачем я в него влюбилась? За что мне такие страдания? Обнимаю подругу и просто рыдаю, ведомая ею в квартиру.

– Я же не смогу жить с ним рядом, я же рехнусь.

– Сможешь, – уверенно говорит, взяв меня за плечи. Заставляет посмотреть на себя и вкрадчиво говорит. – Ты сильная, ты сможешь. Он же тебя не обижает?

Она проводит меня на кухню, достаёт из холодильника ведерко с мороженым и протягивает мне.

– Ты лучшааяяя падругаа, – реву я, уплетая ложечкой мороженое, – у него такая красивая задница, на кой черт я тогда ночью смотрела на него?

Мысли как бы вслух, не совсем соображаю, что говорю и кому.

– Слушай, ну что там ещё было? Как он вёл себя, когда ты раздевалась? Когда вы целовались, когда были на ужине? Мельчайшие подробности.

– У меня двоякие ощущения. Иногда впечатление, что он отвечает очень и очень пылко, а порой кажется, что едва терпит меня и мои причуды, словно злится на что–то. И мне кажется, его просто раздражает то, что ему приходится мириться с моим присутствием на одной территории. Пора мне завязывать с этими чувствами, иначе я сойду с ума. Мне нужно срочно с кем–то познакомиться. Мы должны с тобой в эти выходные смотаться в клуб.

Я не сразу замечаю, что нервно покручиваю колечко на пальчике. Вроде бы замужем вроде бы как и нет. Маразм и дикость.

– Но отвечает же. С чего бы ему отвечать, если он не по этой части? Где ты видела таких геев? Раздражен, понятно, вы оба противитесь обстоятельствам. Лана, ты должна поехать к нему и дожать его!

– Только не утверждай, что он делает это специально... Прикрывается голубым флагом. Вот зачем только?

Я сама напрягаюсь, ведь последние наблюдения меня сильно удивили.

– Да что угодно! Может он недавно расстался с кем–то и боится новых отношений? Может он вообще баб боится и его в прошлом обидели? Может дядя твой сказал, что пипку ему открутит, если он полезет к тебе? А может у него и есть баба, но это всё ерунда, если есть шанс, то нужно его использовать!

– Какая баба! – взвилась я.

Об этом я вообще не думала.

– Да я ж сказала «может»! Лана, соберись! Езжай к нему и положи к своим ногам. Я упаковала все развратные комплекты!

– И как я должна понять, что он повелся? Он же кремень, а не мужик! – едва не застонала от отчаяния.

И да, я туплю.

– Парус в трусах увидишь – он повелся. Ещё ни один Титаник не миновал этого айсберга, стояк на желанную бабу не такие кремни ломал. Давай, девонька, пора задать жару этому изваянию льда!

Я краснею до корней волос. А я туда ни разу не смотрела. Дура. Вижу в глазах подруги искринки веселья. Ну, наивная я, не того ждала и не туда смотрела. Все в его глаза красивые засматривалась. Плохая я ученица.

– Мне нужно ставить неуд по искусству соблазнения. Я это осознаю.

Очередная ложка мороженого попадает мне в рот. Да мне уже тошнит от сладкого. Прижимаю ладошку к животу и тяжко вздыхаю.

– Обещаю: я исправлюсь. А теперь обнимашки, а?

Марта обнимает меня крепко и с воодушевлением говорит:

– Ты всему научишься, детка. Если этот мужик твоя судьба, ты сама этого захочешь и освоишь. Куда смотреть, ты помнишь, если совсем осмелеешь – и потрогать можно. А теперь прибрала сопли, умылась и поехала жить к мужу!

– Ты права! Я это сделаю! А потом откручу ему голову, если окажется, что он не гей! – смеюсь уже веселее, чем минутой ранее.

Прочь страдашки, плохое настроение. Не люблю себя в таком состоянии. Марта – мой живчик, огонек, мы идеально дополняем друг друга.

– Я тебя люблю, солнце. Держи за меня пальчики.

Я выскочила из квартиры и из дома совершенно в другом настроении. Тебе, Ромка, не увернуться от моего хитрого плана. Впрочем, та мысль о другой женщине в его жизни меня немного волновала. Но это поправимо. Все разузнаю.

Сажусь рядом с Ромкой, прежде забросив сумку с вещами в багажник.

– Ну что, муж, вези меня в свое логово холостяка.

Ловлю в зеркале взгляд дяди, сопит, но молчит. А я не молчу.

– А ты как думал? Я тебе не актриса театра, поэтому должна двадцать четыре на семь практиковаться, чтобы было реалистично. Только нотации не читай.

– Да я молчу, детка, ты что такая взвинченная? – пробасил дядя, и я понимаю, что глаза у него огромные, удивленные.

– Просто устала.

Кладу голову Роме на плечо и довольно зарываюсь в его объятия. Наши пальцы скрещиваются, и я блаженно выдыхаю ему в шею. Он такой вкусный, что я просто дурею.

– У тебя дом? А где? Почему ты ни разу мне его не показал на фото?

– Квартира, – отвечает, а затем самодовольно ухмыляется, – в центре. Тебе понравится. Вид из окна закачаешься, рассветы и закаты только и фоткать для Инсты.

– Заинтриговал, тогда завтра утро у нас будет очень ранее. Ты готов? – смотрю ему в глаза с улыбкой, а ладошкой глажу его живот.

Понимаю, что оба мужчины смотрят на меня слишком внимательно, почти пристально.

– Я не сова, – отвечает коротко, и я чувствую его дискомфорт. Он даже пытается пошевелиться, чтоб избежать столкновения моей ладошки с ремнем на его джинсах.

Внутри меня все запело, хочу верить, что он реагирует на меня, а на то, как на нас смотрит дядя.

– Вы пока знакомьтесь с квартирой, а я домой смотаюсь, переоденусь. К трем жду тебя в ресторане, будь с иголочки, Шустов. Племяшку береги, она наше всё.

– Не переживай, Рома настоящий мужчина, он не обидит меня.

– Ты же знаешь, – криво усмехается дяде, – я голубой джентльмен.

Он прерывает фразу, но беззвучно добавляет "блядь".

Я пулей вылетаю из салона автомобиля. Да чтоб его! Что за реплики не в тему. Ромка, ты меня, вынуждаешь действовать более радикально!

Как только муж забирает мои сумки, я иду к подъезду, зевая ртом. Впитываю в себя красоту, которая меня окружила.

– Как красиво! А сколько в твоей квартире комнат?

– Шесть, – отвечает вновь самодовольно и нескромно. – Столько достаточно, тыковка, чтоб ты расположилась с комфортом?

– А я не привередливая, могу и с тобой спать, – подавляю желание показать ему язык, но сдерживаюсь, очень сдерживаюсь и параллельно наблюдаю за его реакцией.

– Не можешь, – дразнит в ответ, – придется выбирать себе хоромы, тыковка.

– Не гостеприимный ты, Рома, не исполняешь пожелания жены. Сложно нам будет ужиться, – улыбаюсь, сунув руку ему в карман джинс, ищу там ключи от квартиры.

Сам попросил, а я исполняю.

– Ой, я тебя не ущипнула? – делаю удивленные глаза, хотя все сделала специально.

– Я просил достать ключи, а не мой пенис, детка, – смотрит на меня сверху вниз, отступая на шаг в сторону и позволяя открыть дверь в квартиру. Сам держит наши сумки и терпеливо ждет.

– Я его еще даже не трогала, милый, но если ты настаиваешь...могу повторить.

Я сама на себя не похожа, потому что веду себя смело и вызывающе.

Распахиваю дверь квартиры и даю возможность Роме войти первым.

Он заходит, сгружает сумки в коридоре и бормочет мне:

– Я в душ. Гуляй, чувствуй себя как дома и ни в чем себе не отказывай.

– Хочу кофе, а ты что будешь? – кричу ему немного позже, после того, как быстро пошныряла по комнатам. В ту, что больше всего понравилась, сбросила сумочку и очки на кровать.