Помощница (СИ) - Февраль Алена

После окончания стажировки, в фирме оставили только меня, поэтому остальные, и Геля в том числе, собрали вещички и свалили из кабинета, который мы делили на шестерых. Вот тогда и началось самое лучшее время моей трудовой деятельности в той конторе: в кабинете один, а главное никто не лез. Позже я взял себе ещё несколько фирм, а через пару лет мне предложили должность программиста в одной ведущей американской компании.

Деньги полились рекой, да и квартиру снимала организация, но главное я всё время мог совершенствовать свои умения. Постоянное обучение сотрудников было обязательной составляющей работы в этой компании. Но я не просто тупо брал всё то, что мне давали — я не паразит. Я пять лет работал по двадцать часов в сутки, благодаря чему приносил компании не малый доход. А в одной из командировок меня полностью перевели на индивидуальные проекты, благодаря чему я больше не посещал офисы, а работал из дома. Но самое главное — я мог брать лишь те заказы, которые меня интересовали. Казалось бы — расслабься и бери минимальное количество заказов, но я не мог остановиться. Вкалывал по полной и отдых позволял себе крайне редко. И в один такой вечер, свободный от работы, Никита познакомил меня с подругой своей невесты.

Друг всё время называл меня аскетом и твердил, что мне обязательно надо искать бабу. Причем даже меня проняли его уговоры и я согласился.

Помню шел тогда в клуб, а сам о последнем заказе думал и мало обращал внимание на окружающую действительность. Очнулся уже в клубе за столиком, когда Никита представлял мне свою невесту Свету и ее подругу Ольгу.

Ольга мне сразу не понравилась. Ярко накрашенная, выбеленная перекисью блондинка, кроме отторжения ничего во мне не вызывала. Но Оля умеет играть и казаться лучше…

Весь вечер она пела мне такие искренние дифирамбы, что я, прилично выпив, сдался и размяк. По-видимому годы воздержания дали о себе знать и я повез её в гостиницу.

Орала она тогда как сумасшедшая. От такого ора я даже кончить долго не мог, а она всё кричала и кричала. Я уже решил послать её на хер, как она подскочила и принялась делать мне минет. Я тогда подумал, дурак, что никакого удовольствия она на самом деле не получила, но не хотела меня обидеть, поэтому так орала. А я мало того, что ноль в постели, так ещё и хотел её послать, бедную. В общем совесть меня помучила знатно, поэтому ещё пару раз я с ней встретился. Но никакого секса между нами больше не было.

А потом она пришла ко мне в дом и заявила, что беременная. Вначале я ей не поверил. Кончать я в неё не кончал, а от одного минета забеременеть не реально. Но Оля стала плести, что и во время секса может вырабатываться семенная жидкость, и что кроме меня, за эти три месяца, у неё никого не было… Слезы… всхлипы и я купился.

Я сам предложил ей зарегистрироваться… потом она переехала в мой дом и…. Она потеряла ребенка!

И опять чертова совесть придавила меня к полу. Ежеминутно в голову лезли мысли — я ребенка не хотел, Олю не любил, в работу уходил… Поэтому моей вины в её выкидыше больше.

Как дурак утешал её, выдавливал из себя фальшивые эмоции и в итоге решил, что ей нужно ещё забеременеть…

И вот именно тогда мне открылось истинное лицо змеюки, которая пришла в мой дом. Причем сведения о жене полились со всех сторон…

Армия любовников! Множество заболеваний, передаваемых половым путём! Фальшь! Сплошной обман!

Эта сука сотворила с моей жизнью то, что не доделал детский дом. Я просто думал загнусь от такого масштабного предательства и лжи.

Я её совсем не любил. Не страдал и не скучал по ней. Мне без неё даже стало легче, но… Но я ещё раз убедился, что меня уже никто не способен полюбить по настоящему. И тогда я окончательно решил — никогда и никого я больше не подпущу к себе.

Как же я тогда ошибался. Причем уже дважды.

В первый раз я это понял, когда увидел появившегося на свет Андрея. Посмотрел и осознал, что ради и для сына я пойду на всё. Впрочем и моя бывшая жена тоже это поняла, и показала себя с новой скотской стороны.

А потом ко мне явился ОН — проклятый убийца моей матери. Рак — сука, решил и меня перетащить в могилу, но я решил, что буду брыкаться до последнего. Ради сына. Ради его будущего. Я всё сделаю, чтобы Андрей не повторил мою судьбу и не попал в совсем недетский детский дом.

Но был и второй раз, когда я понял, как сильно я ошибался. Ещё один человек пробил мою броню и все те чувства, от которых я бежал после смерти мамы, возродились во мне с новой силой.

30

Варвара

Под струями теплого душа, тело постепенно расслабляется, а в голова уже не так остро воспринимает слова Алекса. Может быть он и не думал меня обидеть. Это я, глупая, размечталась, а он хотел поступить как можно лучше?

Надо ему обязательно сказать, что я не жалею о том, что между нами произошло, а главное, что он мне ничего не должен. Тем более — я сама к нему пришла и дала согласие на секс, я тоже сама. Более того, физической боли я почти не испытывала. Даже когда его толчки стали размашистыми и быстрыми, особого дискомфорта я не чувствовала. На самом деле мне даже было хорошо от мысли, что я тоже могу подарить ему наслаждение.

А когда я выходила из душа, мне в голову пришёл ещё один чудесный вывод — Алекс меня хочет. Меня. Девушку, на которую никто и никогда не обращал внимания. Меня — трусиху и мямлю. Меня — не обладающую особыми внешними и внутренними данными.

Сам же Алекс был очень красивым мужчиной. Даже при своей худобе, он был довольно мускулистым и рельефным. Про таких говорят — поджарый. Щетина на впалых щеках добавляла ему строгости, но не отталкивала, а наоборот притягивала. Вот оно, самое подходящее слово для Алекса — он был очень притягательным.

Проведя ладонью по губам, оцарапанным этой самой щетиной, я вновь возвращаюсь мыслями к жадным и обжигающим поцелуям Алекса. Разве может холод отражать такой огонь. Точно не может. Уже в который раз я убеждаюсь, что он просто умело скрывает свои истинные эмоции и чувства. Хотя иногда они всё же вырываются наружу…

Нетерпеливый стук вырывает меня из размышлений и я стремительно открываю дверь. Неужели что-то случилось?!

СтОит двери распахнуться, Алекс быстро входит в ванную комнату и тихо спрашивает.

— У тебя всё нормально? Ты почти на час здесь закрылась.

Бледно-розовые губы и круги под глазами мужчины, возвращают меня на несколько часов назад. Ему же плохо было ночью, как я могла забыть.

— Всё хорошо. А ты как? Тебе же ночью было нехорошо.

В ответ Алекс проводит рукой по ежику на голове и быстро отводит глаза в сторону. При этом на шеи мужчины дергается кадык, а по щекам начинают ходить желваки.

Что это с ним?

Обеспокоенная его поведением, я подхожу к Степанову и осторожно провожу ладонью по его лбу. Надо проверить температуру.

Алекс отдергивается от моей руки словно от огня. Шумно выдохнув, он очень хрипло шепчет.

— Я пойду…. Не буду тебе мешать.

От такого игнорирования моего вопроса, я опускаю глаза в пол и чуть ли не вскрикиваю от шока.

Я опять опозорилась.

После душа я обтерлась полотенцем, натянула трусики и лифчик, а вот до халата так и не добралась. Поэтому сейчас я стояла перед ним в одних трусах и бюстгальтере. Блин.

Резко отвернувшись, я ищу глазами халат и с бешеной скоростью накрываюсь им. За спиной сразу же закрывается дверь, поэтому я медленно разворачиваюсь.

Вот надо же так. И почему я всегда выставляю себя дурой перед Алексом?!

Выровняв дыхание и затянув пояс халата потуже, я наконец покидаю ванную комнату.

Алекс сидит за столом и пьёт кофе. Тут же на столе стоит тарелка с горячими бутербродами.

— Садись завтракать. Я сделал бутерброды.

Подойдя к столу, я наливаю себе кружку зеленого чая, который заварил для меня Алекс, и усаживаюсь напротив него за стол.

По коже расползается тепло, а волны счастья наполняют меня изнутри. Он именно для меня сделал и чай, и бутерброды. Знал, что я кофе не пью, а ещё он вспомнил, что этот сорт сыра мне очень понравился. Для кого-то это мелочи, а меня буквально разрывает от восторга.