Мажор по соседству. Сердце на куски - Даша Коэн

рядом с мерно сопящей подругой, я вдруг не выдержала и завела шарманку.

‍— Акси?

— Ась?

— А Макс твой тоже сгасился?

— С утра звонил с двух незнакомых номеров. К обеду прислал письмо на «мыло». И где только адрес нарыл? Непонятно. Но после обеда угомонил своё туловище, слава Богам.

— М-м...

— А что?

— Да ничего. Просто мне так показалось, что всё.

— Всё?

— Ага. Можно выдохнуть.

— Думаешь? — повернулась ко мне Акси и уставилась в темноте пугающим взглядом.

— Да, такие мажоры, как эти два, долго не заморачиваются и быстро себе на замену находят более покладистых цыпочек, — хмыкнула я и закинула руки за голову.

— А может это развод?

— В смысле?

— Ну, чтобы усыпить нашу бдительность. А потом хвать, — и накинулась на меня, щипая за бока.

— Дура! — зашипела я на нее, хватаясь за сердце.

— Не верю я в то, что они чудесным образом отвалились от нас, Ляль, — подытожила Аксинья.

«Да хоть бы!» — про себя подумала я, но тут же стукнула ладонью по лбу. Сильно!

— Надеюсь, что ты ошибаешься, — пожала я плечами, но сама незаметно скрестила пальцы на руках.

Ну как? Я бы еще поиздевалась над этим перекачанным увальнем. И вообще! Я тут решаю, когда конец нашей войне, а не он.

Вот так вот!

Вот только еще один «тихий» день прошел мимо нас. Мажор Мажорьевич и его брат по крови так более и не отсвечивали на нашем горизонте. Просто тишь, гладь, да Божья благодать.

И нет бы сразу так, а?

Короче, в понедельник утром в город я возвращалась злая, аки настоящая стопроцентная ведьма. И возле своего дома даже специально кинулась обниматься с Арсом, который помог мне достать из багажника мою сумку.

— Так, для кого стараемся, малая? Мистер «Х» еще и сосед твой что ли? — хохотнул рыжий здоровяк.

— Заткнись. Улыбнись. И делай вид, что я единственная звезда на твоем небосклоне.

— Моя звезда уже взошла, Ляль. Только светить для меня не хочет, — как-то грустно хмыкнул парень.

— А, так не только для меня в субботу спектакль ставился?

— М-м, нет. Я не настолько альтруист, — и улыбнулся во все тридцать два зуба.

— Она дура, — тут же сделала я логичные выводы.

— Да и твой умом не блещет.

— Он не мой!

— Ладно, малая. Как скажешь. Бывай!

Усмехнулся, подмигнул в последний раз, сел за руль и укатил восвояси. А я медленно побрела к своему подъезду, ожидая, что вот прямо сейчас из дверей выскочит Егор и начнет костерить меня на все лады.

Но Егор не выскочил.

И даже в лифте мне не встретился.

И на следующий день тоже.

Ни утром. Ни в обед. Ни вечером.

Я даже, грешным делом, стала высматривать его и Куки на собачьей площадке, но и так меня ждал отрицательный результат.

Соседа не было. От слова «совсем».

Но и это было не все. При очередной проверке активности пользователя @egor_sechin оказалась, что он ограничил мне доступ к своей странице.

Просто. Бан. Понимаете?

И сердце забилось уже не в груди, а где-то в горле.

— Помнишь, я говорила про «развод»? — спустя две недели спросила у меня Акси, а я встрепенулась, совсем не слушая её.

Я вся была натянута, словно оголенный провод, прислушиваясь к каждому шороху за стеной в собственной спальне. Но там была оглушающая тишина. Как будто никто никогда и не жил в этой проклятой квартире.

— А-а? Развод? — переспросила я.

— Ну да, я про этих мажоров.

— И что с ними? — нервно стиснула я пальцы. Признаться, я сама хотела спросить у Акси про Макса, чтобы таким образом разузнать хоть что-то про Егора. Но не посмела, а точнее приказала себе не падать так низке.

И так, кажется, уже на дне.

— Да вот именно, что ничего. С той субботы в деревне от этого Максима ни ответа, ни привета.

Внутренности резко и неприятно стянуло узлом.

— Значит всё, да?

— Думаю, что да, — кивнула Акси.

И мы обе замолчали, слепо глядя в окно.

Глава 19 — Peccare licet nemini*

Егор

Мне настойчиво хочется кого-нибудь придушить. Или отмудохать. Сильно. До беспамятства. В моих воспаленных мозгах копошатся гигантские ядовитые черви, которые требуют чьей-то крови, и я в кой-то веки не собираюсь их травить. О, нет! Я намерен дать им то, чего они хотят, чтобы уже заткнуть этот перманентный визг.

Снова хватаю свой несчастный телефон и набираю номер лучшего друга. Не берет, падла такая. Звоню еще и еще, словно кнопку действия заело. И плевал я с горы высокой, что у него могут быть дела. На повестке дня я и моя злость – остальное вторично.

— Да? — рычит в трубку недовольный Макс.

Голос сбит. Надсадно дышит. На заднем плане приглушенные девчачьи стоны.

— Это я, — психую и со всей дури пинаю банкетку. Баринову сейчас по кайфу, а у меня даже с этим нехитрым лекарством нынче проблемы.

Вот что эта гарпия невыносимая со мной сотворила – довела! До ручки, мать ее ети!

— Ты не вовремя, — шлепок, глухой приказ «прыгни сверху».

— Ты дома?

— Нет.

— А где?

— Да хрен бы его знал, Егор, — в голосе друга слышится нескрываемое раздражение, — Резче рожай, что надо-то тебе?

— Кончай и дуй в спортзал. Мне надо морду кому-нибудь разукрасить.

— Ну, а я-то тут причем?

— Ты охренел? — форменно выпадаю я в осадок.

— Ладно, через час буду.

— Полчаса.

— Ларину позвони, он вчера хотя бы на стакан не присаживался. А я куролесил до утра. И сейчас у меня тут...м-м, шикарный вид!

— Ладно, жду, — но Макс меня уже не слышит, бросил трубку и вперед на «Эверест».

— О-о, давай, Акси, детка! Двигайся быстрее, — слышу хриплое рычание от Макса.

— Я не Акси! Я Ксюша!

— Ну, а я как сказал?

Ржу и отключаюсь. Ага, не только меня штырит по полной программе.

Беру ключи от тачки и спускаюсь на подземную парковку. Пора выбить дурь из моей больной головы. Слишком много акцентов расставил. Дебил! А она того вообще не стоила, от слова «совсем».

Подумаешь, красивая. П-ф-ф, у меня