Женщина отца - Ксения Богда

Из меня полилась злость. Я бы повторно врезала ему по яйцам, но эта скотина уже втиснулась между моих ног.

И у меня не было ни единого шанса сбежать. По телу прошел разряд, сосредоточившись между уже влажными складками. Я не понимала, что он творил со мной, но тело отказывалось слушаться. Здравый смысл просто свалил в закат, оставив меня сражаться с этим монстром.

– Если честно, мне похрен, но я уже знаю, что ты не любовница отца. Так что, Мальвинка, ты теперь будешь трахаться только со мной.

Я не сдержала смешка, но быстро пожалела о своей несдержанности. Антон глубоко и резко ввёл два пальца, нажимая на точку G. Все нутро прострелило желанием, а спина выгнулась. Его зубы сомкнулись на соске, и я закусила губу, чтобы не вскрикнуть. Это было слишком. Слишком много его. Рука Антона сжимала моя ягодицы, пока пальцы беспощадно трахали.

– Мокрая. И не говори, что не хочешь меня.

Бедро обожгло от резкого рывка, и трусики разлетелись на куски.

Один мощный толчок огромным членом послал меня за грань. Меня сотрясло от накрывшего оргазма.

– Да, вот так.

Быстрые и мощные толчки, от которых стол сдвинулся с места. Ягодицу обожгло от сильного шлепка, и я снова кончила.

–Ты все поняла? Не дай Бог узнаю, что в твоей постели кто-то, кроме меня…

– И что будет? – слабым голосом прошептала я, все ещё не до конца обретя рассудок.

– Поверь, Лика, ты не захочешь узнать. Теперь ты принадлежишь мне!

Глава 15

Антон

Думал, что после того, как эти слова вырвались из меня, я мгновенно о них пожалею. Потому что не было у меня в планах отношений. А потом понял, что это не обязательно должны быть отношения в широком смысле этого слова. Можно же просто секс без обязательств. Для чего навешивать эти ярлыки? Но Лике совсем не обязательно об этом знать.

– Поехали?

Девушка уже успела привести себя в порядок и с отчетливо различимым непониманием уставилась на меня.

– Куда?

Я фыркнул. Неужели настолько качественно отымел, что все мозги вылетели из этой прекрасной головки?

– Ну, к тебе или ко мне, не имеет значения.

В голубых глазах вспыхнула ярость, а у меня снова в венах разлился жар. Мне нравилось, когда она злилась. Сейчас, конечно, обрушится поток бессмысленных угроз, но я не собирался идти у неё на поводу. Не в этот раз. Тогда я отступил, чтобы продумать дальнейшую стратегию. Сейчас я себе такого не позволю.

– А ты не охренел ли, Антоша? С какой стати я должна вообще делить с тобой одно жилое пространство?

Голубые молнии из её глаз так и грозили испепелить меня, но она могла хоть лопнуть сейчас, своего бы не добилась. Достаточно уже того, что она один раз меня выставила.

Я преодолел несколько шагов, которые нас разделяли, и запутался в растрепанных волосах Мальвинки. Ещё немного – и ее пряди станут моим фетишем. Я ловил кайф от того, как они ощущались между пальцев. Притянул её лицо вплотную и поймал взгляд.

– А какая часть моей реплики про то, что теперь ты спишь со мной, тебе непонятна?

– Отвали, придурок! Я не собираюсь становиться твоей персональной секс-игрушкой. Баб полно вокруг, выбери ту, что тебе по зубам.

Я едва не зарычал от волны желания, ударившей в голову. Такими темпами мы отсюда вообще не уедем. Мне-то плевать, где успокаивать эту девчонку, хоть на капоте машины. Кстати, давно мечтал опробовать.

– А мне по зубам именно ты, Мальвинка. Выбирай, либо ты сейчас покорно тащишь свою задницу в мою машину, либо я выволакиваю тебя отсюда и плюю на все возражения.

– Да пошел ты!

Я видел, как в ней бушует злость и негодование. А ещё видел, как расширились ей зрачки, и как она сжала бедра. Лика всегда так делала, когда начинала заводиться. В штанах снова стало тесно, и я едва не застонал от дискомфорта. Рядом с ней в маньяка превращался. Все мало было.

– Хотя, – я намеренно сделал паузу, чтобы разбудить интерес девушки, и не прогадал, – я передумал. Мы никуда не едем, Мальвинка.

И, чтобы не выслушивать очередной поток возражений, просто заткнул рот поцелуем. Под моим большим пальцем тут же ускорился её пульс, а сквозь майку я ощутил, как напряглись соски Лики, и уже не сдержал рыка.

–Бл*дь, какая же ты ненасытна девочка. Мне, определенно, это нравится.

Впился в нежную шею, вырывая длительный стон. Во второй раз проложил себе путь к её влажным складочкам. Хотелось развернуть её, нагнуть и вбиться в податливое тело. Лика дрожала от каждого моего проникновения, а у меня перед глазами плыло, когда ощущал припухлость губок после нашего недавнего секса. Мне нравилось, как она реагировала на меня. Нравились её тихие стоны, и я осознал, что в ближайшее время не променяю их ни на одни развратные крики девок, которых имел до Лики. Эта девчонка впилась мне под кожу, потекла по венам. И пока я не насытился ею, хрен отстану. Потом она могла валить на все четыре стороны, но сейчас она моя!

– Ты меня поняла, Мальвинка. Ты принадлежишь мне!

Пальцем проникал между складочек и с упоением наблюдал, как глаза девушки закрываются. Лика двинула бедрами навстречу, чуть не послав мое самообладание к чертям.

– Не слышу ответа.

Я замер внутри, доводя нас обоих до исступления. Лика откинула голову назад, снова открывая доступ к шейке, и я не упустил момента. Да, потом она снова будет рассматривать мои засосы на своей светлой коже, но мне плевать.

Добавил к одному пальцу второй, растягивая внутренние мышцы. Её смазка текла по руке, а я вцепился в стол, чтобы не потерять контроль над ситуацией. Хотел услышать, что она сдалась мне на милость. Лика начала извиваться, теснее прижимаясь ко мне грудью.

– Ну.

Согнул пальцы, надавливая на её эрогенную зону.

– Поняла.

Короткий выдох окончательно вывел из равновесия. И я посылаю самоконтроль в задницу.

– На колени! – прорычал на ушко, стиснув стройную талию. Лика дернулась в моих руках, и в её глазах мелькнул страх.

– Зачем? – выдохнула Лика и попыталась отстраниться. Но кто бы ей позволил. Не сдержался и пробежался поцелуями по шее. Увидел, как бьётся венка и захотел впиться в нее зубами.

– Хочу, чтобы мой член оказался глубоко в твоём ротике.

Не припомню, чтобы был любителем всех этих грязных словечек во время секса. Вот что со мной делала Мальвинка. Лишала здравого смысла, и я терял голову